Договор

— Тьфу ты, из-за тебя чуть не забыл выгрузиться, — внезапно прозвучал рядом со мной голос.

— Думал, что ты уже у Астафьева бдишь, — зевнул я.

— С полдороги вернулся. Я ж перегруженный.

Он замолчал совсем ненадолго, видно, отходил выгружаться.

— Слушай, там под полом уже кто-то хранилище сделал. Нехилое такое.

Я сразу проснулся. И подскочил на кровати.

— Астафьев? Не зря же он так в дом рвется?

— Довод. Сейчас смотреть не будем. Во-первых, там много. Во-вторых, соглядатай под боком. Пойду слушать Астафьева. Без меня чтобы не лез смотреть, что под полом.

Судя по его поведению, захоронка была весьма приличной.

— А что там?

— Мешки. Внутрь не лез. Разбирать долго. Если судить по внешнему виду, запрятаны не так давно. Всё, я пошел.

— Стой!

— Что такое?

— Нужно наши вещи в другое место засунуть. Вдруг положивший придет за своим, когда никого из нас не будет, и заберет и наше?

— Довод, — согласился Валерон. — Тогда я под пол бани засуну. Там влажность высокая, долго держать нельзя. Но это же ненадолго. Деньги только забери и бумаги все.

В этот раз он ушел с концами, и я наконец уснул, хоть и поворочался перед сном в размышлениях, что лежит под полом. Вот ведь… Мог бы проковырять хотя бы один мешок, псина вредная…

Матвей честно отдежурил всю ночь и поутру выглядел сонным и невыспавшимся, в отличие от остальных артельщиков. Те пришли собранными и готовыми выяснять дело с Астафьевым до победного конца. Поэтому даже в полиции за меня говорил Демин, пока полицейский его не прервал.

— Егор Ильич, Воронов в вашей артели?

— Я доверяю Егору Ильичу говорить от моего лица, — ответил я вместо Демина. — Они тоже заинтересованные лица, потому что в результате деятельности Астафьева потеряли артефактора.

— Это еще не доказано.

— Воздействие на мой разум доказано. Общался я до разговора с целителем только с Астафьевым и его приятелем и полицейскими. Выбор не такой уж большой.

— Проверим.

Полицейский протянул руку за бумагой от целителя, но был остановленным возмущенным возгласом от Демина:

— Э, нет, Петр, не отдавай. Потеряют, как есть потеряют, а вторую тебе никто не даст. Время-то прошло.

— Я зафиксирую подлинность и верну.

Полицейский аккуратно перенес данные с моего листка на другой, зафиксировал подписью и печатью, после чего действительно вернул заключение целителя. Вообще, вел он себя на редкость спокойно, как будто это не у них под носом обворовали князя на целую реликвию, чего, похоже до сих пор никто так и не заметил. Даже сам Куликов. Вот ведь какой невнимательный князь.

После полицейского участка я направился к Матвею и купил его старый боевой топорик. Выглядел он попроще, чем тот с которым артельщик сейчас ходил, но было видно, что оружие — рабочее, не раз побывавшее в переделках и спасавшее жизнь хозяину. Из улучшений там была руна автозаточки, которую ставили почти на все рубящее оружие с магией, и внедренное огненное плетение, позволявшее с какой-то вероятностью поджечь противника. Последнее по желанию можно было сделать неактивным. Еще там было прибавление по единичке к ловкости и силе владельца. Это пришлось принять на веру, хотя врать теперь уже бывшему владельцу смысла не было: я всегда могу пойти и проверить.

— И ковка от человека с кузнечным делом. Начальным, конечно, поэтому и ловкость, и сила по минимуму, — пояснил Матвей, уже широко зевавший. — Добрый топорик-то, я с ним скока прошел.

Он ностальгически вздохнул, вручил мне чехол для топора, так же изрядно потертый, на чем мы и попрощались. Я пристроил топор сбоку на ремень, почувствовав себя куда уверенней, и пошел в контору узнавать про соседский участок с так заинтересовавшим меня кирпичным строением, которое оказалось каретным сараем. Внезапно. Я бы еще понял, если бы это была конюшня, но какие кареты в том районе, где я живу? И все же описание уверяло, что именно каретный сарай.

— А владелец точно не согласится продать часть? — все же уточнил я у служащего.

— Он был очень категоричен в этом вопросе.

— Мне нужно только подсобное строение. При условии, что город совсем скоро попадет в зону, цена на дом слишком высока.

— Я могу запросить скидку, — предложил служащий. — Но письмом, это время.

— Запросите, — согласился я. Я как раз заметил за его спиной шкафы с документацией по местностям, уже оказавшимся в зоне, поэтому посчитал уместным спросить: — Неужели там тоже есть дома на продажу?

— Разумеется. Куликовы не теряют надежды восстановить контроль над своей землей, — ответил служащий. — Это будет прекрасным вложением денег. Сейчас там дома стоят сущую мелочь.

— Еще бы, ими никто не сможет пользоваться, да и развалились они за это время.

— За десять лет даже деревянные дома не разваливаются, а там выставлены на продажу прекрасные кирпичные здания, — оскорбился служащий. — Например, собственность того же купца Воробьева в Володаре.

При этих словах внутри меня словно что-то засвербело, и не потому, что все начиналось на одну букву, а потому, что нестерпимо захотелось купить, даже несмотря на то, что я понятия не имел, что там у купца было в собственности. Чувство было необычным поэтому я глянул, что там с характеристиками, и обнаружил, что интуиция уже 3 уровень. И когда только успела? Последний раз, когда я проверял, была единица. Первый раз, поди, ночью поднялась, когда я речь про недвижимость в зоне завел.

— Что там входит в собственность купца? — внешне скептически спросил я.

— Бывшую собственность, — тут же поправился служащий, — потому что князь у него все выкупил. То есть договор на покупку будет с князем, не с купцом. И в случае отхода зоны не придется судиться с Воробьевым. Ушлый купчина.

— Так что из его бывшей собственности продается?

— Дом, лавка, мастерская, склад. Причем всё с содержимым — вывезти ничего не успели.

Я расхохотался.

— С содержимым? Там сгнило все, если мародеры не растащили.

— Не успели. Зона настолько быстро расширялась, что не до грабежей было, рванули оттуда, только пятки сверкали.

— И все же от содержимого там мало чего осталось. Наверняка в лучшем случае одни корпуса.

— Так корпуса — это тоже хорошо. Кстати, вся бывшая собственность Воробьева уходит за пятьсот рублей, ровно за столько же, сколько хотят за заинтересовавший вас дом.

— Меня там сарай заинтересовал, дом у меня есть.

— Ну вот, а на участке купца рядом с домом много чего есть. И конюшня, и сарай. У него и сад был знатный.