Долина страха
Шрифт:
Присмотревшись к нему, Макмердо стал спокойно, работая локтями, пробираться туда, где в окружении свиты, раболепно смеявшейся над малейшей шуткой всемогущего босса, стоял Макгинти. Серые глаза молодого гостя бесстрашно глядели навстречу черному взгляду хозяина, уже заприметившего его приближение.
– Что-то, парень, мне твое лицо вроде бы незнакомо.
– Я здесь человек новый, мистер Макгинти.
– Не настолько новый, чтобы не знать, как правильно ко мне обращаться.
– Это советник
– Простите, советник. Я незнаком со здешними обычаями. Но мне рекомендовали повидать вас.
– Что ж, вот он я, и ты меня видишь. Ну и как я тебе?
– Пока еще рано судить. Если ваша душа так же велика, как ваше тело, и так же прекрасна, как лицо, то лучшего и желать не приходится, - ответил Макмердо.
– Ах ты черт! Ишь как его ирландский язык хорошо подвешен!
– воскликнул хозяин, еще не решивший, то ли посмеяться вместе с дерзким гостем, то ли изобразить оскорбленное достоинство.
– Стало быть, мою внешность ты одобряешь?
– Ясное дело, - ответил Макмердо.
– И тебе рекомендовали меня повидать?
– Да.
– А кто же это тебе рекомендовал?
– Брат Сканлан из 341-й ложи в Вермиссе. Пью за ваше здоровье, советник, и за наше будущее близкое знакомство.
Он поднес к губам стакан и осушил его.
Макгинти, внимательно за ним наблюдавший, вздернул лохматые черные брови.
– О, вот оно, что, - проговорил он.
– Тут надо будет кое в чем удостовериться, мистер...
– Макмердо.
– Н-да, удостовериться, мистер Макмердо; потому что в нашем краю мы не принимаем людей просто так и не всему, что нам говорят, верим. Зайдем сюда на минуту.
Макгинти провел его в комнату за стойкой, где вдоль стен рядами стояли бочки. Он плотно закрыл дверь и уселся на одну из бочек, задумчиво пожевывая сигару и разглядывая гостя своими неприятно-загадочными глазами. Минуты две оба молчали. Макмердо спокойно выдержал его взгляд. Внезапно Макгинти пригнулся, и в руке у него оказался далеко не игрушечный револьвер.
– Слушай меня, шутник, - проговорил он.
– Если увижу, что ты с нами игры играешь, тебе не поздоровится.
– Странное приветствие мастера ложи Свободных Работников новоприбывшему брату, - с достоинством произнес Макмердо.
– Последнее тебе надо еще доказать, - отозвался Макгинти.
– И моли Бога о спасении, если тебе это не удастся! Где тебя принимали?
– В двадцать девятой ложе, город Чикаго.
– Когда?
– 24 июня 1872 года.
– Кто там мастер?
– Джеймс Х. Скотт.
– Кто районный руководитель?
– Бартоломью Уилсон.
– Гм. Чешешь гладко. Что ты делаешь здесь?
– Работаю, как и вы, только зарабатываю поменьше.
– На ответы ты скор.
– Да, я всегда был скор на слова.
– А на дела?
– Кто близко меня знал, всегда считали меня быстрым на руку.
– Что ж, мы тебя испытаем, и может статься раньше, чем ты думаешь. Что ты слышал о здешней ложе?
– Слышал, что надо быть мужчиной, чтобы вступить в нее.
– Твоя правда, Макмердо. Почему ты уехал из Чикаго?
– На этот вопрос я вам не отвечу!
Макгинти вздернул брови. Он не привык, чтобы с ним так разговаривали, и оживился.
– Почему ты не хочешь отвечать?
– Потому что брат брату не должен лгать.
– Значит, правда такова, что сказать страшно?
– Это уж понимайте как хотите.
– Послушай, парень, не могу же я как мастер ложи принять к нам человека, прошлого которого не знаю.
Макмердо взглянул на него в замешательстве. А потом вынул из внутреннего кармана истертую газетную вырезку.
– А вы не донесете?
– Я оботру руку о твою рожу за такие слова!
– вспыхнул Макгинти.
– Вы правы, советник, - смиренно признал Макмердо.
– Приношу извинения. Ляпнул, не подумав. Знаю, с вами мне ничего не угрожает. Взгляните на эту вырезку.
Макгинти скользнул глазами по заметке, где сообщалось, что в первую неделю 1874 года в салуне «Озерный» на Маркет-стрит, в Чикаго, был застрелен некий Джонас Пинто.
– Твоя работа?
– уточнил он, возвращая газетный листок.
Макмердо кивнул.
– За что же ты его?
– Я помогал дяде Сэму чеканить доллары. Может быть, в моих золото было не такой высокой пробы, как у него, но вид они имели такой же и изготавливать их было дешевле. А этот тип Пинто помогал мне их толкать...
– Толкать?
– Да, запускать в обращение. А потом заявил, что донесет на меня. Может, он и донес, не знаю, я не стал дожидаться, что будет, просто застрелил его и подался в угольные края.
– Почему в угольные?
– Читал в газетах, что там не особенно смотрят, кто да что.
Макгинти рассмеялся.
– Так ты чеканил фальшивую монету, убил человека, а потом приезжаешь сюда и думаешь, что тебе будут рады?
– Да, думаю, что будут, - подтвердил Макмердо.
– Что ж, ты далеко пойдешь. Скажи-ка, ты и теперь можешь нашлепать долларов?