Полна причудливых и ветреных утех,Весна кружится в роще пробужденнойИ теплою рукою обнаженнойСвивает вкруг себя забытый солнцем снег.И разливается хмельная синеваОт ясных глаз ее, и ветер, усмиренный,Летит к ее ногам, покорный и влюбленный,И выпрямляется замерзшая трава.А там, навстречу ей, призывный шум встает,И море темное и в пене, и в сверканьеЕй шлет апрельских волн соленое дыханьеИ звуков буйных пестрый хоровод.
Апрель
Опять, забыв о белых стужах,Под
клики первых журавлейАпрель проснулся в светлых лужах,На лоне тающих полей.Кудрявый мальчик — смел и розов.Ему в раскрытую ладоньСон, под корою злых морозов,Влил обжигающий огонь.И, встав от сна и пламенея,Он побежал туда, в поля,Где, вся дымясь и тихо млея,Так заждалась его земля.
«В весеннем небе замок белый…»
В весеннем небе замок белыйВоздвигнут грудой облаков,Струится воздух онемелыйВокруг сияющих углов.О, призрак нежный и случайный!Опять я слышу давний зов,Опять красой необычайнойТы манишь с дальних берегов,Но вот подул небесный ветер,Рванул — и стены сокрушил…Гляжу, как вдаль, и чист, и светел,Твой остов тающий поплыл.
«Истома дней опаловых…»
Истома дней опаловых,Июля тишина.Вся в ягодах коралловыхПоникла бузина.За садом речка ленитсяКатить свое стекло,Лишь парится, лишь пенитсяИ сонно, и светло.Плывет от лип разморенныхТяжелый, сладкий дух,А у окон растворенныхНе счесть звенящих мух.Ах, только и мечтается —Под липой в уголкеВесь день, качаясь, маятьсяВ скрипучем гамаке!
«Все мне вспоминаются…»
Все мне вспоминаютсяЗапахи петуний,Дачный вальс печалится,В небе — полнолунье.Сырость клумбы политой,Где-то скрип калитки,На груди приколотыйЦветик маргаритки.Счастье, запыленноеЛегкой, смертной пылью,Ты ли, немудреное,Кажешься мне — былью?1918. Москва
«Идти в полях дорогой дальней…»
Идти в полях дорогой дальней,Где тишина, где пахнет рожь,Где полдень душный и хрустальныйТак по-знакомому хорош.Идти и встретить ветер теплый,Кусты полыни, вольных птиц,Да странника в рубахе блеклой,Да спины наклоненных жниц.И знать, что нет конца дороге,Что будешь так идти, идти,Пока не смел погост убогийВ одну дорогу все пути!
«Сыплет звезды август холодеющий…»
Сыплет звезды август холодеющий,Небеса студены, ночи — сини.Лунный пламень, млеющий, негреющий,Проплывает облаком в пустыне.О, моя любовь незавершенная,В сердце холодеющая нежность!Для кого душа моя зажженнаяПадает звездою в безнадежность?
«Ложится осени загар…»
Ложится осени загарНа лист, еще живой и крепкий,На яблока душистый
шар,Нагрузший тяжело на ветке,И на поля, и на краяОсенних рощ, еще нарядных,И на кудрях твоих прохладных,Любовь моя, краса моя!
«Отчего волнует слово — роза?..»
Отчего волнует слово — роза?И о чем его напоминанье?Повторяю долго слово — роза,Слышу древнее его благоуханье.Словно я тебя вдыхала, роза,Прежде, чем вдохнула воздух мира, —Грубый воздух зноя и мороза, —Словно цвел мой дух тобою, роза,На полях блаженного эфира!Июнь 1917
Элегия
Брожу по ветреному саду.Шумят багровые листы.Пройдусь, вернусь, у клумбы сяду,Гляжу на дали с высоты.Как осенью красивы зори,Когда и золото, и стальИзнемогают в равном спореИ льют прохладу и печаль!Как осенью красивы думы!В душе и горше, и сильнейПод эти золотые шумыВоспоминанье нежных дней.Давно ли вместе, ах, давно лиМы пили дней июльских тишь?О время, время, ты бежишь,Ты непокорно нашей воле!Я милые следы найду,Скажу прости былым отрадам.Пусть стынут на скамье в садуДва сердца, вырезаны рядом…
«Сердцу каждому внятен…»
Маме моей
Сердцу каждому внятенСмертный зов в октябре.Без просвета, без пятенНебо в белой коре.Стынет зябкое поле,И ни ветер, ни дождьНе спугнут уже болеВоронья голых рощ.Но не страшно, не больно…Целый день средь дорогТак протяжно и вольноСмерть трубит в белый рог.
«Кто знает сумерки в глуши?..»
Кто знает сумерки в глуши?Так долог день. Читать устанешь.Побродишь в комнатах в тишиИ у окна без думы встанешь.Над речкой церковь. Дальше — поле,Снега, снега… За ними лес.Опять снега. Растут все боле,До самых пасмурных небес.Беззвездный, серый вечер стынет,Придвинул тени на снегу,И ждешь, когда еще придвинетПоследнюю на берегу.Уже темно. Фонарик бледныйВо тьме затеплил желтый глаз,Унылый сторож жизни бедной,Бессонно стерегущий нас.Вот бубенец звенит дорожный.В пыли метельной пролетелЯмщик с кибиткою. ЗапелИ оборвался звон тревожный.Звенит над полем высоко,Все тише, тише… Реже, реже…Есть где-то жизнь, но далеко!Есть где-то счастие, но где же?..
В Москве
Как на бульварах весело средь снега белого,Как тонко в небе кружево заиндевелое!В сугробах первых улица, светло затихшая,И церковь с колоколенкой, в снегу поникшая.Как четко слово каждое. Прохожий косится,И смех нежданно-радостный светло разносится.Иду знакомой улицей. В садах от инеяПышней и толще кажутся деревья синие.А в небе солнце белое едва туманится,И белый день так призрачно, так долго тянется.