Так тебе спокойно, так тебе не трудно,Если издалека я тебя люблю.В доме твоем шумно, в жизни — многолюдно,В этой жизни нежность чем я утолю?Отшумели шумы, отгорели зори,День трудов окончен. Ты устал, мой друг?С кем ты коротаешь в тихом разговореЗа вечерней трубкой медленный досуг?Долго ночь колдует в одинокой спальне,Записная книжка на ночном столе…Облик равнодушный льдинкою печальнойЗа окошком звездным светится во мгле.Милый, бедный, глупый! Только смерть научитОценить, оплакать
то, что не ценил.А пока мы живы, пусть ничто не мучит,Только бы ты счастлив и спокоен был.
«Нет! Это было преступленьем…»
Нет! Это было преступленьем,Так целым миром пренебречьДля одного тебя, чтоб теньюУ ног твоих покорно лечь.Она осуждена жестоко,Уединенная любовь,Перегоревшая до срока,Она не возродится вновь.Глаза, распахнутые болью,Глядят на мир, как в первый раз,Дивясь простору и раздольюИ свету, греющему нас.А мир цветет, как первозданный,В скрещенье радуги и бурь,И льет потоками на раныИ свет, и воздух, и лазурь.
«Он тосковал по мне когда-то…»
Он тосковал по мне когда-тоНа этом дальнем берегу,О том свидетельство я святоВ старинных письмах берегу.Теперь другою сердце полно.Он к той же гавани плывет,И тот же ветер, те же волныЕму навстречу море шлет.И, посетив мои кладбища,В пыли исхоженных дорог,Увы, он с новой жаждой ищетСледы иных, любимых ног!Зачем же сердцу верить в чудоИ сторожить забытый дом?О, верность, горькая причуда,Она не кончится добром!
«Вспоминается ль тебе…»
Вспоминается ль тебеБерег в камешках отлогий,Запах дыни на арбе,Что везла нас по дороге?Мы татарских злых собакРазбудили на деревне,И скрипела нам арбаО кочевьях жизни древней,О скитаньях, о судьбе,Пожелавшей нашей встречи…Вспоминается ль тебеТот далекий крымский вечер?
«Упадут перегородочки…»
Памяти внука Алеши
Упадут перегородочки,Свет забрезжится впотьмах.Уплывет он в узкой лодочке,С медным крестиком в руках.Будет все как полагается, —Здесь, на холмике сыром,Может, кто-то разрыдается,Кто-то вспомнит о былом.И вернутся все трамваямиВ мир привычной суеты.Так умерших забываем мы.Так его забудешь ты?
«Тень от облака бежит по лугу…»
Тень от облака бежит по лугу.Пробежала — и опять светло.Дай мне руку и простим друг другу.Все, что было, — былью поросло.Не от счастья я была счастливой,Не от горя горевала я.Родилась такой уж, юродивой, —Не кори меня, любовь моя!За твою досаду, за обидуЗаплатила дорогой ценой.Если встречу — не подам и виду,Что земля уходит подо мной.
«Родится новый Геродот…»
Родится новый ГеродотИ наши дни увековечит.Вергилий
новый воспоетГода пророчеств и увечий.Но будет ли помянут он,Тот день, когда пылали розыИ воздух был изнеможенВ приморской деревушке Козы,Где волн певучая грозаОрганом свадебным гудела,Когда впервые я в глазаТебе, любовь моя, глядела?Нет! Этот знойный день в КрымуДля вечности так мало значит.Его забудут, но емуБессмертье суждено иначе.Оно в стихах. Быть может, тут,На недописанной странице,Где рифм воздушные границы,Не прах, а пламень берегут!
«Лифт, поднимаясь, гудит…»
Лифт, поднимаясь, гудит.Хлопнула дверь — не ко мне.Слушаю долго гудкиМимо летящих машин.Снова слабею и ждуНеповторимых свиданий,Снова тоска раскаляетУгли остывших обид.Полно сражаться, мой друг!Разве же ты не устала?Времени вечный потокРазве воротишь назад?Будем размеренно житьБурям наперекор!Вечером лампу зажжем,Книгу раскроем,С Блоком ночной разговорБудем мы длить до зари…Что это? Старость? Покой?Убыль воинственных сил?Нет. Но все ближе порогНеотвратимых свиданий.Слышишь? Все ближе шагиТех, кто ушел навсегда!3 февраля 1940
«Твоих очков забытое стекло…»
Твоих очков забытое стекло,Такой пустяк, — подумай!И вот уж память мне опять заволоклоМеланхолическою думой.О вещи, сверстники неповторимых дней!Вы нас переживете.Надежней вы, и проще, и верней,Не сдвинет время вас в полете.Где тот, кого в пути сопровождали вы?И был ли он? Не верю.Глухонемых вещей свидетельства — мертвы,Они не выдадут потерю.Они останутся, как памятник тому,Что в этой жизни непреодолимоСкользит к изнеможенью своемуИ улетает струйкой дыма.
«Мне снится твой голос над тихой рекой…»
Мне снится твой голос над тихой рекойИ лунный свет.Рука моя снова с твоей рукой,Разлуки нет.О, счастье мое! Я проснуться боюсь,Боюсь вздохнуть.Ты, призрак, ты, тень неживая, молю, —Побудь, побудь!Но тает твой облик, луной осиян,Струится он.Я только речной обнимаю туман,Целую — сон!
«Уж мне не время, не к лицу…»
Уж мне не время, не к лицуСводить в стихах с любовью счеты.Подходят дни мои к концу,И зорь осенних позолотуСокрыла ночи пелена.Сижу одна у водоема,Где призрак жизни невесомыйКачает памяти волна.Сядь рядом. Голову к плечуДай прислонить сестре усталой.О днях прошедших я молчу,А будущих — осталось мало.Мы тишины еще такойНе знали, тишины прощенья.Как два крыла, рука с рукойВ последнем соприкосновенье.