Дороги рая
Шрифт:
– Юля пришла из другого мира, - сказал Джейсон.
– Так мы все из разных миров.
– Ты поймёшь, - Юля сжала голову ладонями.
– Вы оба поймете... Точнее, увидите, а насчёт понимания... Где майндер?
– Хочешь сделать запись?
– Джейсон кивнул.
– Да, так лучше. И кстати, сосредоточиться удобнее всего как раз в транке. Ничто не отвлекает.
– Да что это за штука?!
– Медицинская капсула. Она в пятом отсеке, я покажу... Безболезненная и безвредная инъекция секоротина, и ты расслабляешься, а машина тебя обследует и подправляет. Снимет корд-стресс, починит
Юля встала и покачнулась - закружилась голова, кольнуло в сердце. Её снова атаковали призраки.
Память - 4.
Где Костя? Она только что позвала его завтракать, а он куда-то улизнул. Он прячется среди сверкающих труб невероятной конструкции - Башни Света, дразнит, аукает. Что за глупая игра? Какого Джонга Юля вышла за него замуж? Бледная тень обыденности... Это и есть любовь? Раньше таких вопросов не возникало. Конечно, любовь, а что же ещё, раз больше ничего нет и быть не может...
Есть Башня Света. Что она такое, где она? И если там Костя, значит, он тоже умер? А почему "тоже"? Ах да, вспомнила Юля с облегчением, ведь я умерла. Но он - жив... Как хорошо. Вокруг мчатся прозрачные люди-звёзды, кто-то окликает Юлю, чьи-то траектории пересекаются. Белый свет пронизывает всё, обжигает несуществующие пальцы. Прибывают снизу лифты...
Юля очнулась в объятиях Джейсона, он поддерживал её.
– Ты чуть не упала... Не раскисай! Полчаса транка - и всё в порядке.
Он увёл её, оставив Айсинга в одиночестве, потому что Чак увязался за ними.
20
В обсерваторию Джейсон вернулся довольно быстро, уложив Юлю в капсулу транка с майндером и необходимыми напутствиями. Он собирался обсудить с Айсингом некоторые технические проблемы, но пожарной спешки тут не было, и начавшийся разговор вскоре свернул с колеи формул и терминов. Обоим требовалась релаксация после ураганного побега с Лас-Вегаса, и оба инстинктивно избегали пока умственных усилий. Беседа вертелась вокруг случайных обрывков воспоминаний того и другого, не слишком конкретных, мало чем связанных между собой. Джейсон сбивчиво рассказывал то о Звёздной Гвардии, то о Земле, то об Адалионе.
– А ты видел Императора, Джей?
– спросил Айсинг с неподдельным любопытством.
– Один раз, на параде. Не так, как тебя, но близко.
– Какой он?
– Не такой, как на портретах. Моложе, как-то проще... Может быть, не стоит так говорить, но мне показалось, что ему не хватает.... Ну, величия, что ли.
– Напыщенного фанфаронства?
– Ага, наверное, - усмехнулся Джейсон.
– А как получилось, что ты не бывал на Адалионе? Тебя носило по всей Галактике, денег сколько хочешь...
– Да, я был очень богат... Я унаследовал состояние, а торговля антиквариатом меня развлекала, когда надоела наука и прочие излишества. Потому, вероятно, и на Адалион не торопился. Чего я там не видел, благ цивилизации? Меня манила экзотика.
– Планеты типа Лембурга?
– осведомился Джейсон с простоватой улыбкой невинности.
– Ну, не до такой же степени! На Верде был, на спутниках Горна, на Сеттаре... Вот помню, на Сеттаре, на городской площади подошла
ко мне местная оборванка, нищета беспросветная, и давай меня поливать последними словами.– За что?
– А так, ни с того ни с сего.
– Думаю, ты был одет соответственно...
– Я всегда любил хорошо одеваться, - сказал Айсинг, как о чем-то само собой разумеющемся.
– Это не преступление.
– Конечно, нет! Но сеттарианцы - злющий народ, особенно женщины... И что дальше?
– Я ей ничего не ответил, полез в карман и дал пачку денег - кажется, тысяч пять стелларов...
– Пять больших стиков?!
– поразился Джейсон.
– Учитывая сеттарианские цены... Джонг, да ты её до конца жизни обеспечил!
– Да, тем более что конец этот не замедлил наступить.
– То есть?
– Она замолчала, сунула деньги в корзину и ушла. Потом я узнал, что она совсем помешалась от злобы, свела в могилу мужа и брата, а на другой день умерла.
– На другой день?
– Дни на Сеттаре...
– Да, забыл... А деньги?
– Как мне рассказали, она не потратила ни стика, припрятала где-то. Так что скорее всего гниют они в тайничке....
– Н-да, - глубокомысленно высказался Джейсон.
Возвратилась Юля. Она выглядела повеселевшей и посвежевшей, с майндером в левой руке и длинной бумажной лентой в правой. Чак выписывал у её ног сложные графики каких-то своих кошачьих функций.
– Слава транку!
– она помахала лентой.
– Чувствую себя так, будто хорошенько выспалась.
– А мне бы поспать или поваляться в транке не помешало, - Джейсон забрал ленту у Юли и вгляделся в колонки цифр.
– О, транк считает, что ты проживёшь долго и счастливо, если будешь не слишком часто кататься на паровозах...
– Проживу долго?
– задумчиво повторила Юля со странной улыбкой. Очевидно, я всё-таки жива...
– Что за Джонг?
– удивился Айсинг Эппл.
Юля положила майндер на круглый столик.
– Здесь всё записано. В том числе и то, что я не договаривала тебе, Джей... Но Айс, есть деликатный момент. Я была на твоём суде, на Айсингфорсе - ты поймешь, когда посмотришь, это тут тоже записано. Но если ты думаешь, что Джею это ни к чему, я переделаю.
Айсинг Эппл заносчиво вздёрнул подбородок.
– Разве я недостойно вёл себя на суде?
– Наоборот.
– Тогда что мне скрывать?
– Прости...
– Стоп, стоп, стоп, - бормотал Джейсон, изучая ленту транка.
– Это что такое... А, понятно. Машину сбил с толку твой маяк. Что же делать с этими маяками? Пока мы в корде, вреда от них нет, а выйдем - засигналят на всю Вселенную.
– Попробую припомнить навыки нанотехнолога, - не очень уверенно сказал Айсинг.
– А что это?
– Говоря просто, перестройка материи на микроуровне. Попытаюсь превратить ваши маяки в газ, но надо действовать очень и очень осторожно, исследовать их, могут быть неприятные сюрпризы... На Сеттаре, например, преступникам такие маяки вживляют - только тронь, и голова вдребезги...
Джейсон поёжился.
– Надеюсь, наши благочестивцы не додумались. Ладно, потом просветишь торсионным сканером, а пока давай посмотрим Юлину запись.