Дождь

Рамиль нехотя начал думать, что бы такое ей рассказать. Медленно перебирая в памяти давно забытые события, он начал всё глубже и глубже погружаться в них. И вдруг по мере погружения, воспоминания всё явственней начали вставать перед глазами, а затем они нахлынули огромной тягучей волной и утянули в далёкое детство.

Глава 4.

Её звали Диана. Так представил новенькую классный руководитель, когда она впервые появилась в их классе. Рамиль сначала даже не взглянул на нее, они с Алмазом о чем-то увлеченно шептались, сидя за партой. И только тогда когда она, присаживаясь перед их партой, «специально» как показалось Рамилю, раскинула свои волосы на его учебники, он обратил на нее внимание. Опешив от такой наглости, он больно ткнул ее авторучкой в спину. Диана, взвизгнув, обернулась и вопросительно уставилась на него. Увидев вблизи ее зеленные глаза, он и вовсе растерялся.

Заметив это Алмаз выпалил с издёвкой в адрес новенькой: «Рыжая – бесстыжая! Поаккуратней с волосами, здесь люди сидят». На что та фыркнула и отвернулась. Рамиль только сейчас обратил внимание на ее рыжие волосы. Они словно пышная львиная грива величественно занимали теперь все пространство перед ним, а длинные вьющиеся локоны, будто змеи Медузы Горгоны, сладко спали на ее плечах и спине. Вдруг он заметил, что новенькая наблюдает за ним в маленькое зеркальце, изучая его. И тут же поняв, что ее поймали на этом деле, показала язык, изобразив глупую гримасу. Ещё ни одна девочка не вела себя с ним так вызывающе. А после уроков Алмаз признался ему, что влюбился в неё. Это был первый учебный день нового учебного года в девятом классе. Через неделю всю школу отправили на уборку картофеля.

Ученики и учителя работали две три недели, пока длилось «бабье лето». После того как трактор перекапывал поле, им оставалось только собрать картошку. Обычно на троих давали две борозды длинной порядка пятисот метров. На соседней борозде работала Диана, и Рамиль частенько поглядывал в ее сторону. Надо отметить, что она быстро обрела популярность в школе. Выглядела Диана старше сверстниц, одевалась по-взрослому, при разговоре невольно флиртовала, и не удивительно, что вскоре возле нее начали ошиваться старшеклассники. Что-то зародилось в душе Рамиля с её появлением, такое новое необузданное, сексуальное и вместе с тем нежное и чувственное. Ещё это признание Алмаза в любви к ней, хотя и Алмаз влюблялся с периодичностью в месяц, о чем с регулярностью сообщал другу. Рамилю эти чувства были ещё не знакомы.

– Хотите, расскажу, что произошло со мной этим летом? – весело предложил Колька Захаров, который в тот день работал вместе с Рамилем и Алмазом.

– Да надоело твое вранье слушать, – грубо ответил ему Алмаз, закидывая большую увесистую картофелину в ведро.

– Да пошел ты! Сам врешь все время, – обиженно произнес Колька.

– Хватит вам опять сориться, – остановил их словесную перепалку Рамиль, оторвав свой взгляд от Дианы.

Колька Захаров был из тех ребят, что без вранья не могут прожить и дня. Сам по себе он ничего собой не представлял, друзей у него не было, учился плохо, физически был хилым и не красивым. Однако благодаря уменью преподносить свою ложь за правду, он приковывал к себе внимание и как-то умудрялся не оказываться на обочине жизни школы.

– А че он меня все время вруном называет? – начал оправдываться Колька.

– Ладно, давай рассказывай, что там с тобой этим летом произошло, – обречённо понимая, что все равно придется его выслушать, согласился Рамиль.

После этих слов Колька сразу же воодушевился, повеселел, глаза его заблестели, а на лице появилась улыбка.

– Ну, слушайте, – начал он свой рассказ, усевшись на ведро с картошкой – короче, этим летом мы с отцом сено косили, возле трассы, по той, что фуры гоняют. В тот день мы уже сено просушили, собрали в стога, и ждали машину, чтобы домой отвезти. Папа договорился, чтобы машина подъехала в три часа дня. Время пять, а машины все нет. Тогда он мне говорит: «Иди домой, надо корову из стада вовремя встретить. Мы без тебя здесь управимся». Ну, я и пошел. Там, напрямик километров пять до дому. Иду по полю, вижу, КамАЗ стоит. Ни рядом, ни в кабине никого не видать. Ну, я подошел к КамАЗу, поднялся на ступень и заглянул в кабину, а там… – вдруг не с того, не сего, Колька начал безудержно хохотать.

– Ну и что там? – нетерпеливо спросил Алмаз.

Колька только и мог сказать слово «а там», после опять срывался на хохот.

Наконец он успокоился, но все еще готовый сорваться на смех, продолжил:

– Там мужик, без штанов, с голой жопой, а под ним девушка.

Рамиль с Алмазом переглянулись.

– Голая? – с недоверием, спросил Рамиль.

– Нет, только платье задрала, но зато ноги такие аппетитные. Лежит под ним, глазки закатила и стонет, – Колька попытался изобразить это действие.

– Да, врет он все! – Не вытерпел Алмаз, обращаясь к Рамилю.

– Ладно тебе, пусть рассказывает. Что дальше-то было? – озираясь вокруг, спросил Рамиль.

Колька продолжил:

– Девка стонет, мужик скачет на ней, я смотрю как завороженный, у меня, короче, дымит уже вовсю.

– Дымит у него, – с иронией перебил его Алмаз.

– Я, наверное, минут пять смотрел на это, – продолжал Колька не обращая внимания на издёвки Алмаза, – но тут девка глаза опустила и увидела меня. Я, сразу дёру дал. Сначала бежал без оглядки, потом смотрю, мужик за мной бежит, одной рукой штаны придерживает, а в другой монтировка.

– А че он за тобой-то рванул, продолжал бы свое дело, – снова перебил его Алмаз.

– Откуда я знаю, может я ему весь кайф обломал, – недовольный, что его все время перебивает Алмаз, произнес Колька. – Я как мужика с монтировкой увидел, у меня аж ноги подкосились, он еще бежит и матом вовсю кроет. Я бегу и думаю, все хана мне настала. Потом оглянулся, смотрю, тот на земле лежит, за ногу держится, чуть погодя на помощь стал звать. Я обрадовался, а то думал, догонит, мало ли что у него на уме, такой и убить может. Смотрю, девка с машины спрыгнула и в сторону трассы побежала. Мужик, увидев ее, стал кричать: «Сука, найду, убью, из-под земли достану!» Ну, думаю, пока цел надо домой валить. И тут мужик уже в мою сторону стал кричать: «Парень, помоги, я ногу сломал, не бойся не трону».

– А ты что? – поинтересовался Рамиль.

– Помог ему. С начало, конечно, боялся подойти, но потом подумал: «Если он на самом деле ногу сломал то, наверное, херово ему».

– И что, сломал?

– Сломал. Он когда бежал, в ямку маленькую провалился. Ха, а девка эта проституткой оказалась, он ее на трассе снял. Пока я ему до КамАЗа помогал дойти, он все беспокоился, что она у него деньги стащила.

– Стащила?

– Не-а, не взяла. – Колька, помолчав немного, заговорчески произнес, – далее еще круче было.

Рамиль с Алмазом молча, уставились на него.

Довольный тем, что его внимательно слушают, Колька продолжил:

– Дядя Володя, ну так мужика звали, попросил меня до трассы его довести. Говорит: «Там на трассе колона наша стоит, ты привези меня только к ним, а там я ребят попрошу, что бы они тебя до дому кинули». Честно говоря, до этого времени КамАЗ ни разу не водил, ЗИЛок только, когда отец на нем работал. Так вот, я за руль сел, и так по непривычке неудобно. Слишком уж высоко, капота впереди нет и перед глазами сразу дорога начинается. Но пока ехал, привык, даже понравилось. Вы бы знали, как мужики меня там встретили! Руку жали, по спине хлопали. А экспедитор ихний сказал, что года через два, если я захочу, они могут меня на дальняк с собой взять. Потом попросили парня одного, меня до деревни отвезти. Прикольный парень, лет девятнадцать, наверное, Игорем зовут. Ну, теперь самое интересное.

– По-моему интереснее уже быть не может, ты и так сам себя превзошел, – заметил Рамиль.

– Интереснее или нет, ты после скажешь, – передразнил его Колька, – только Игорек этот мне на трассе проститутку снял.

– Проститутку? – громко переспросил Алмаз.

– Ты еще крикни, а то не все услышали, – с упреком произнес Колька, – Да, проститутку! Их там, на трассе, возле «Мотеля», знаешь сколько.

– И как ты с ней? – Теперь уже шепотом спросил Алмаз.

– Да никак, сама все сделала.