Драконье сердце

– Ты можешь рассказать мне сам. Я даю тебе слово. Например, мне бы хотелось услышать о Матеции.

– О ком?
– непритворно удивился Адриантен.

– Сирене Матеции, тоже из нашего дистрикта, участнице шоу 3026 года, она вышла в финал и заняла третье место. Хотя, на мой взгляд, у неё один самых красивых голосов, что я слышала за мою жизнь.

– Честно говоря, не помню такую, - поскрёб затылок Адриантен.

– Она не поёт уже пять лет. Исчезла из виду. Хотя начинала делать певческую карьеру, и очень успешно. Вот, я сейчас тебе покажу!

Вспомнила я, что могу ему дать посмотреть и послушать по Зазеркалью. Нашла её выступление, самые известные песни, и включила. В одно время они были очень популярны, их постоянно включали по визору.

А потом вдруг исчезла из визора сама Матеция, а через какое-то время перестали крутить и песни с ней. И только зазеркалье всё помнит.

– Знакомая песня, - сдвинул брови в задумчивости Адриантен.

– То есть хочешь сказать, что ты с ней не знаком?
– сунула я ему под нос фото сирены.

– Нет. Во всяком случае не помню. Это ж было давно, почти семь лет назад. Меня в то время не шоу интересовали.

– А что? Что тебя интересовало?
– спросила я.

– Ну... это...
– покраснел теперь Адриантен, и глаза засветились ярко-оранжевым.
– Я только получил права на пилотирование гидролётом. И участвовал в гонках. Ну, отмечали потом - выпивка, девушки, всё такое, - совсем зарделся он.

Да, так я ничего не узнаю. Как подвести его к волнующему вопросу. Спрашивать напрямик - не вариант.

– А чего ты боялся в рассказе Медеи?
– спросила я.

– Ну, спал я с ней, вот что, - решился признаться Адриантен.
– И не один. Но это было давно, - начал он сразу оправдываться.
– Я тогда совсем молодой был, первую ступень магии только прошёл, у меня огонь в крови, знаешь, как бурлил? Все думали, что я в гонках убьюсь - говорят, никто такую скорость не развивал как я. А после этого адреналин бушует. ну вот, сказал.
– сник он.

И посмотрел на мою реакцию.

А я обрадовалась, надо же.

Смешно.

Если бы не рассказ Медеи, этим признанием, Адриантен, расскажи он раньше, поверг бы меня в шок. А после истории сирен с моего дистрикта, забавы Адриантена показались детским лепетом.

– Вы её насиловали?
– строго спросила я.
– Это было против её воли? Её заставляли?

– Я не насильник!
– возмутился Адриантен.

– В наши первые встречи ты был очень настойчив, - напомнила я.
– И моё нежелание не знакомиться тебя мало интересовало.

– Это не значит, что я взял бы тебя силой. Да, я умею быть настойчивыми и уломаю кого угодно. Но уговорами. Медея сказала, что её изнасиловали?
– нахмурился он.

– Нет, она такого не говорила, - тут же защитила я её.
– Речь лишь шла о том, что драконов мало волнуют наши желания. И разве это не так, Адриантен? Вспомни этого маньяка, который на меня напал. Акронхын этот, решивший, что я стану его санорэ.. .Ты тоже так решил и настойчиво пытаешься добиться моего согласия.

– А как по-другому?
– спросил дракон.
– Скажи. Я хочу, чтобы ты стала моей санорэ. Что я должен сделать, чтобы ты согласилась? Не проявлять внимания? Так ты правильно заметила, вокруг тебя и так много других крутятся. И ты уступишь настойчивости другого, а я так и буду стоять в стороне. Как мне завоевать тебя, Мелопея?

А мне некстати вспомнилась утренняя порция морофруззо.

– И этот вопрос надо решить сейчас. Я поэтому тебя и позвал. Возникли проблемы.

– Что случилось?
– тревожно спросила я, потому что Адриантен резко посерьёзнел, и лицо его устало осунулось.

– У моего дяди, у Ала проблемы.

Сердце забилось часто-часто, грозясь выпрыгнуть из груди.

– Это как раз связано с тем нападением на тебя. Ал не хотел, чтобы ты узнала. Но сейчас уже нет смысла скрывать.

Да что случилось?! Долго он будет ходить вокруг да около?!

– Говори же!
– потребовала я.
– Не время медлить!

– Ал тогда испепелил Анкастеруса. Совершил самосуд. Вынес смертный приговор и привёл его в действие. Он имеет такое право, его статус позволяет. Но, конечно, это только в исключительных случаях, потому что остальным драконам такая власть у одного как ножом по яй. по сердцу. Все боятся злоупотребления властью.

Адриантен говорил, а я из-за шума в ушах уже его не слышала. Ал убил этого дракона из-за меня. И не хотел, чтобы я узнала это. Ох, Итандр.

– Но если бы этого не сделал Ал, это сделал бы я. Я тогда не владел собой, в тот момент у меня и произошёл скачок магии на следующую ступень. Когда я увидел, что он с тобой сделал.
– Адриантен сжал кулаки, и глаза полыхнули тёмно-оранжевым.

– Что он сделал? Что вы ещё от меня скрыли?!
– запаниковала я.

– Нет-нет, ничего. Прости, я напугал тебя, - подскочил Адриантен и успокаивающе погладил меня по предплечьям.
– Он не успел ничего сделать. Просто ты лежала на кровати такая беспомощная, такая невинная, что больно за тебя стало, - указал он на сердце.
– От мысли, что он мог с тобой сделать. Но не успел. Мы вовремя вас нашли. Ал нашёл. Каким-то чудом.

– Это было больше недели назад, почему проблемы возникли сейчас?
– стараясь отогнать от себя мысли о том событии, которое напомнил дракон. Панический страх снова вернулся, как только Адриантен заговорил об этом.

– Это всё Акронхын. Пару дней назад Ал с ним встретился. По поводу самоуправства, что он сотворил на последнем концерте, голосовании жюри. И потребовал, чтобы тот отстал от тебя. А теперь у Ала проблемы...

– Какие? Ты можешь рассказать чётко? И кто такой Акронхын? У него всего три слога в имени и алые глаза. Почему он имеет такое влияние?

Тут-то я и узнала то, о чём мне намекал, но не мог прямо сказать Радул. Что Акронхын -глава теневого бизнеса, а проще говоря, криминала. Что он опутал сетями шантажа всех влиятельных драконов, что имеют голоса в Завете Драконов, и потому может диктовать свою волю.

Объяснил мне Адриантен и почему, если все знают, что Акронхын занимается преступной деятельностью - он на свободе, да ещё и рукопожат. В общем, у Ала власть законная, а у Акронхына - незаконная. Они в каких-то вопросах воюют, а в каких-то власть закрывает глаза на деятельность Акронхына, потому что преступность всё равно не истребить, и лучше её контролировать. Через дракона, с которым можно договориться. А Акронхын не дурак, чтобы терять что имеет. Знает где нельзя переступать черту, и действует в строго отведённых рамках.