Драконье Солнце

– Ничего подобного, - ответила она.
– Это имя.

– Чье имя?

– Кевгестармеля.

Это сказала не Святая. Это произнес тихий, почти шелестящий голос откуда-то сзади. Я обернулся. Курчавая девушка стояла позади меня, и смотрела... как она смотрела! Почему-то я подумал о пустыне и воде.

Вдруг девушка шагнула вперед и прижалась к моей груди. Очень быстро: я не успел даже схватить ее, отстранить или еще что, хотя стояла она, надо сказать, не вплотную. Руки мои сомкнулись на пустоте, и так вышло, что я обнял ее.

Она подняла голову и поцеловала меня. Это, движение, пожалуй, оказалось еще быстрее, но поцелуй быстрым не был. Он был... эй, вы никогда не пробовали целоваться с солнечным лучом? Ей-богу, только так я и мог бы это описать... Хотя откуда солнце? Тут же луна везде!

Свирель упала на траву.

А Святая куда-то пропала. Ушла, наверное. Даже если бы она улетела на метле или утанцевала бы вприпрыжку, потряхивая бубном, я бы и то не обратил внимания.

Записки Безымянной

Когда ты не живешь по-настоящему, а просто идешь к своей цели, все очень просто. Тебя, по сути, даже и нет; ты - одна мысль, одно стремление. Ты ищешь не вкусной еды - а источник силы, не теплого ночлега - а укрытия на ночь, не друзей и спутников - а тех, кого можно использовать. Когда используют тебя саму, ты не отчаиваешься и не гневаешься - ты это просто терпишь. Тебе вообще все равно.

Единственное, ты не хочешь умирать. Раньше времени.

Шаманка проснулась инстинктивно, когда Стар поднялся и вышел из землянки. Она ожидала, что он скоро вернется, и на всякий случай чутко вслушивалась в темноту - слух у нее был очень хороший. Нет. Не возвращался.

Впрочем, ничего тревожного снаружи тоже не доносилось - обычные ночные звуки. Меч Стар с собой взял, она слышала это совершенно точно. Следовательно, беспокоиться за него не стоило.

Безымянная осторожно села. Подтянула согнутые ноги к груди, положила подбородок на колени. В детстве это была ее любимая поза... да и до сих пор, наверное, оставалась. Снаружи ветер разнес облака и выглянула луна - темнота в землянке вдруг пропала, изрезанная синеватыми лучами. Это крыша щелястая... хорошо, дождя нет. "Красиво", - подумала Безымянная. "Я бы написал стихи", - подумала она. "Без тебя тошно", - подумала она. "Заткнитесь все", - подумала она.

Астролог спал рядом, на полу. Лицо его выглядело во сне очень спокойным, он чуть улыбался, как будто ему снилось что-то невероятно смешное или просто хорошее. Стар вот во сне всегда выглядел напряженным, каким-то несчастным... кошмары мучают?..

Безымянная рассматривала Райна, и думала, что он очень красив. Точнее, это думали на разные голоса живущие в ней. Улыбка у него добрая. За такой улыбкой многие женщины на край света отправились бы... да и некоторые мужчины, пожалуй. Стар тоже был красив, но смотреть на него без горечи и боли шаманка не могла. А на этого - могла. Пока.

"Он убил дракона, - подумала шаманка.
– Вот не думал, что такое возможно!" "Он может помочь мне", - подумала шаманка. "Он очень милый", - подумала шаманка.

Она уткнулась лбом в колени, так, чтобы ничего не видеть. Закрыла глаза. Сосредоточилась на темноте. Не спать... во сне исчезает все, в том числе, и та ее часть, которая каким-то образом до сих пор может управляться со всеми остальными. Надо ведь разобраться... надо разобраться, что хочет та самая часть - которая не живет, а просто стремится к цели, которая...

Когда все ушли, осталась только одна мысль. Она не хотела уходить - вертелась, как робкий, застенчивый щенок, терлась у края сознания и смотрела издали. С ней Безымянная никак не могла справиться - потому что мысль пахла шалфеем, и молоком, и утренним светом...

"Он бы тебе понравился, сестра?
– подумала шаманка с болью.
– Ты бы его полюбила, да?"

Она сама не знала точно, кому принадлежит эта боль.

Глава 10. Медина-дель-Соль

Город, любимый всеми богами...

Ольга Тишина

Записки Астролога

Ди Арси разбудил меня на рассвете. Был он крайне бодр и весел, что-то там эдакое насвистывал себе под нос... а вот мне, против обыкновения, просыпаться совершенно не хотелось. Обычно я встаю легко, но сегодня с утра я чувствовал себя препаршиво - спина болела, в горле першило...

Это все Рая, наверняка. Я еще по тому разу заметил: любой разговор с ней столько сил у меня выпивал - куда там трех-четырех часовой разминке с шестом или шестичасовому сидению над гороскопом! Она мне сама же объясняла: во мне дело. Она-то никому сейчас вреда причинить не может. Это у меня с окружающим миром разлад, и чем дальше, тем больше.

Виду я, разумеется, не подал - еще не хватало. Но умываться мне пришлось буквально через силу, а о том, чтобы лезть на лошадь, и вовсе подумать было тошно. Хорошо хоть, этого и не требовалось - как и вчера, на коня вскочила Вия, а я всего лишь повел Гая в поводу.

Когда мы подошли к Источнику, чтобы вернуться на дорогу, то встретили Святую. Она, как всегда по утрам, сидела прямо на траве у каменной чаши, неподвижная, будто изваяние - каждая морщинка была словно подчеркнута влажной обводкой росы. Чуть в стороне, под деревьями, там, где вчера ждала свита леди, ожидали ученики Святой... или правильнее было бы назвать их охранниками?.. Последователями?.. В общем, кем бы они ни были, они ждали ее там.

Стар почему-то очень пристально вглядывался в ее учеников - ребята были закутаны в серые плащи с капюшонами, скрывающими лица. Не поймешь даже, мужчины или женщины.

– Не подходи к Святой близко, - вполголоса проговорил я.
– Она вообще-то этого не любит.

– Благодарю за совет, - довольно холодно кивнул Ди Арси, не прекращая сверлить взглядом помощников Святой. Что ему было так интересно?

Когда мы проезжали мимо источника, Святая неожиданно поднялась и столь же неожиданно быстро приблизилась к лошадям, ухватила Иллирику за стремя.

– Приходите еще, милорд, - сказала она Стару.
– Обязательно. Года через три. С ним или без него, - она кивнула на меня, - но приходите. Договорим, о чем не успели.

– Я в вашем распоряжении в любой момент, мадам, - чуть поклонился Стар.

– В любой момент - не надо. Приезжайте, когда я сказала.

– Госпожа...
– Стар нахмурился.
– Кто это был? Ночью?

– О чем вы, милорд?
– Рая улыбнулась той самой ясной улыбкой, которая всегда появлялась на ее лице, стоило девчонке как следует напроказить... улыбка совсем не изменилась, в отличие от лица.
– Разве что-то было? Сон вам приснился. Сон.