Драконье Солнце

– Сам по себе...
– хмыкнул Стар.
– Как ты это себе представляешь? Десятилетний ребенок - сам по себе?.. Герцог и герцогиня меня спасли. Если бы не они, я бы, скорее всего, не выжил.

– То есть все дело просто в благодарности?

– Нет, не только, - покачал головой Стар.
– Я, знаешь, вообще сомневаюсь, что люди умеют быть "просто" благодарными... какое-то недолговечное чувство. Наши цели сейчас совпадают. И слава богу, потому что герцог - великий человек. Не хотел бы я быть его врагом или просто соперником.

В голосе Стара слышалась искренняя убежденность. Вот как... А ведь ты легко введешься на авторитеты, мой вспыльчивый друг. Ты, безусловно, умен, вне сомнения, скептичен... но ты легко соглашаешься с чужими решениями... или хотя бы с решениями тех, чей авторитет уважаешь. Ты идешь за герцогом Хендриксоном, который, очевидно, отчасти заменил тебе отца... ты пошел за мной, подчинился моему блефу, хотя легко мог бы разоблачить его... не потому ли, что ты поверил в мой авторитет и способность принять верное решение?..

Но почему так, милорд Ди Арси?.. До сих пор я готов был поставить полновесное серебро, что ты - один из тех упорных и упрямых типов, которые в любой ситуации предпочтут собственное решение, каким бы опасным оно ни выглядело. И твой гороскоп говорит - вопиет!
– о том же. Так в чем же дело?..

– И еще, - вдруг сказал Ди Арси неожиданно хмуро и очень тихо, еле слышно.
– Мой отец убил бога, ты знаешь. Точнее, устроил его смерть - ради моей матери. А герцог Хендриксон ему помогал. Если дойдет до этого... он, наверное, сумеет убить бога второй раз.

Да, конечно: Стар ужасно боится. Боится себя самого. И не доверяет себе. Ха! Не бог весь какой гениальный вывод, мог бы и раньше догадаться...

Мы оба замолчали.

– Как мне убедить тебя нам помочь?
– спросил Стар.

– Скажи мне, как твой отец и Хендриксон убили бога, - рассеянно ответил я, обмакивая перо в чернила.

– Только после того, как ты присоединишься к нам, - хмыкнул Стар.

Я слегка улыбнулся.

– Вот видишь. В итоге, это все-таки вопрос доверия, и ничего кроме.

Стар ругнулся. Я же промолчал: мне-то было ясно, что не только в доверии между Ди Арси и мной было дело. Лично мне хотелось бы знать, на что надеется Вия, по-прежнему следуя за нами. Ведь она должна понимать, что, если я даже и умею поворачивать время, я никогда не соглашусь изменить историю так, чтобы шаманка исчезла бесследно.

И тут свеча потухла.

Стар от души выругался.

– Ну и, - сказал он хмуро.
– Как я должен теперь пришивать этот идиотский ремень?..

– На ощупь?
– предложил я.

В следующую секунду мне пришлось схватить со стола тетрадку и пригнуться, потому что Стар подхватил с пола вышеупомянутый набитый живностью тюфяк - тяжелый, между прочим!
– и швырнул его в меня. Эту бы энергию, и в мирных целях.

Я подумал, не швырнуть ли мне чего-нибудь в Ди Арси, но решил не поддаваться на провокацию.

– Ждут тебя тридцать три года несчастья, - произнес я замогильным голосом.
– За нападение на магистра.

– Ха! Ты мне, стало быть, гарантируешь еще тридцать три года?.. Спасибо большое, Гаев!

– Всегда пожалуйста, Ди Арси, - я подошел к окну и отворил ставню. Опять луна светила... да когда же она наконец на убыль-то пойдет!.. На улице кто-то ругался визгливыми голосами.

– Хорошо быть человеком...
– вдруг сказал Стар... и как-то очень резко замолчал, словно это у него против воли вырвалось.

– Не надейся!
– усмехнулся я.

– Ну ты гад, - и в этой фразе Ди Арси звучало неподдельное чувство.

Записки Аристократа

Гаев говорит, все дело в доверии. Ну, кому как. Доверие - вещь хрупкая и неосязаемая. Я, может, только Хендриксону и миледи на всем свете могу доверять. Даже матери своей не могу. Правда, Агни... Но Агни ведь и не человек.

Где она, побери ее этот непонятный черт или кто-то более традиционный, вроде Ормузда?! Как можно вот так исчезать, ни здрасте, ни до свидания... Причем обстоятельства... Она ведь исчезла перед боем с единорогами. Если бы Райн и Вия не заверили меня, да еще и по отдельности, что все с ней в порядке, я бы, вероятно, объявил Гаеву, что с места не сдвинусь, пока саламандру не найдем или пока не убедимся, что ее нет в живых (что бы это слово ни значило по отношению к саламандре). Райн, в принципе, мог бы и соврать, но Вии я верил. Кроме того, я и сам откуда-то знал, что Агни жива, но не возвращается ко мне. Не хочет?.. Вроде бы, я ничем не обижал ее... По крайней мере, не больше, чем всегда. Она ведь тоже со мной спорила почем зря - этот-то и составляло прелесть наших отношений.

На следующий день после длинного разговора с Гаевым, когда мы поутру снова двинулись в путь, я снова начал расспрашивать Вию, что там да как с Агни. У нее, кажется, уже не было сил от меня отбиваться. Правда, шаманка подтвердила, что действительно связывалась со своим духом, и он ей сказал, что с Агни все хорошо - при этом таким усталым голосом, что мне вдруг даже стало стыдно почему-то. Эх, Агни, куда же ты подевалась...

Больше всего меня бесило, что ведь выскочит потом из придорожной травы, как ни в чем не бывало, вильнет хвостом, вскочит мне на голову и скажет так капризно: "Ну вот! Небось, совсем не скучал! Даже не заметил, что меня рядом не было!"

Кстати, о придорожной траве. Когда мы пересекли границу Зеленого Княжества - это произошло еще до полудня - я вздохнул с облегчением. Теперь-то можно было не опасаться нападения феечек и безумия единорогов. А ведь я все-таки опасался в глубине души, несмотря на вроде бы предоставленные Гаевым гарантии. В гробу я их видал, честное слово, эти гарантии, и не один я...

Границу с Отвоеванным Королевством оформили, конечно, посолиднее. Тут была и застава с гарнизоном, и целая приграничная деревушка, ощетинившаяся высоким тыном... и, как поведал словоохотливый стражник, собирая мзду, совсем недалеко стоял замок идальго Никедия, которому король передал бенефиций на эту часть границы. Очевидно, благородный идальго правильно распоряжался доходом: стража была хорошо вооружена, все в кольчугах, а капитан даже сверкал металлическим нагрудником.

Я только головой покачал. Нет, конечно, в Радужных Княжествах общую власть со времен Годрика никто установить и не помышлял, но все-таки если бы я был полным владыкой, ни за что не стал бы бенефиций на пограничный сбор отдавать в чужие руки. Налоги - еще куда ни шло, нельзя же со всем самому управляться, местные суды часто удобнее королевского, но границы - дело особое. Кто держит границы, тот держит и государство.

А в процветающем Отвоеванном Королевстве границами торговали.

В приграничном селе мы останавливаться не стали, двинулись дальше. К вечеру уже достигли Падильи, небольшого городка. Медина-дель-Аврора осталась еще в пяти днях пути...