Дыши

Ему это нравилось.

Но обычно она выключала свет и устраивалась поудобнее. И тогда Чейз притягивал ее к себе.

Сейчас же свет был включен, и она лежала лицом к нему, касаясь его бока.

Чейз обнял ее и притянул к себе.

Сонным голосом он спросил то, что и всегда:

— Закончила?

— Э-э… — она замялась, — да.

Ее нерешительность и перемена обычных обстоятельств заставили Чейза сосредоточиться на ней.

— Все хорошо?

Она прижалась к нему, беспокойно елозя ногами, и весь сон покинул Чейза, потому что она делала так и часто. Но обычно это происходило, когда он ласкал ее ртом и руками.

Она завелась.

Какого хрена?

— Фэй, — позвал он, и она закусила губу.

Затем прижалась к нему всем телом, уткнувшись лицом ему в шею, и прошептала:

— В моей книге была… ммм, — ее ноги двинулись к его ногам, и она закончила так тихо, что он едва ее услышал: — очень хорошая постельная сцена.

Чейз улыбнулся.

О, да, она завелась.

А теперь и он тоже.

— Закинь ногу мне на бедро, детка, — приказал он, и она тут же подчинилась.

Чейз мгновенно скользнул рукой по ее бедру к животу, вниз, между ног, затем поднял свою ногу выше, и накрыл ее киску ладонью.

Мокрая.

Должно быть, постельная сцена действительно хорошая, раз Фэй была полностью готова.

Он шевельнул пальцем, и ее бедра дернулись, а из горла вырвался тихий, гортанный, сексуальный звук.

Абсолютно готова.

Его член начал твердеть.

Затем ему кое-что пришло в голову.

— И много постельных сцен ты читаешь? — тихо спросил он.

— Эм… — таков был ее ответ.

Да, таких сцен она читала много.

Он активнее задвигал пальцем, и ее бедра начали двигаться вместе с ним.

Его член напрягся и начал пульсировать.

— Что ты делала до меня? — прошептал он ей в волосы.

Фэй прижалась грудью к его груди, глубже зарылась лицом ему в шею и уперлась бедрами в его руку и бедро.

Но не ответила.

— Когда ты в таком состоянии, Фэй, — мягко подтолкнул он, — что ты делала до меня?

Ее бедра шевельнулись под его пальцем, и он услышал, как ее дыхание участилось.

Она по-прежнему молчала.

Его палец остановился, и он обхватил ее между ног.

Она захныкала, прижалась ближе и уперлась бедрами в его руку.

Феноменально.

— Фэй, — прорычал он.

— Игрушка, — быстро прошептала она, — Чейз, твой палец.

Но сознание Чейза захватили видения Фэй, ублажающей себя игрушкой.

Приятные видения.

Очень приятные.

— Где она? — спросил он низким, хриплым голосом.

Ее бедра продолжали толкаться, и теперь она с волнением ласкала его тело.

— Что? — спросила она.

— Твоя игрушка. Где она?

Она откинула голову и, черт возьми, да.

Как же она завелась. Великолепно.

— Зачем тебе? — прошептала она.

— Затем, что я собираюсь испробовать ее на тебе, — прошептал он.

— В тумбочке, — тут же ответила она, такая разгоряченная, такая милая, ей этого хотелось, и очень сильно.

Бл*ть. Невероятно.

Он наклонил голову и слился с ней в долгом, влажном, глубоком, диком поцелуе, после чего развернулся только корпусом, удерживая их положение, надеясь, что игрушка в тумбочке с его стороны.

Она была там.

Не мешкая, Чейз включил вибратор и коснулся им Фэй.

Как он и ожидал, она отреагировала бурно, но по-хорошему, глубоко вжавшись сиськами в его грудь, крепко держась за него, царапая ногтями его спину, ее лицо было мягким, губы приоткрыты, бедра дергались от вибраций игрушки.

А он смотрел.

Чертовски великолепное зрелище.

Когда она была близко, Чейз хриплым голосом спросил:

— Как они это делали?

— Чт… что? — выдохнула она, ее бедра дернулись.

Иисусе.

Как горячо.

— В твоей книге, детка, — подсказал он, и она попыталась сосредоточиться на нем, но безуспешно. Он сильнее прижал вибратор к клитору, перекатывая им по чувствительному бугорку, и прорычал: — Фэй.

— На четвереньках, — выдохнула она.

Иисусе.

Да, бл*ть.

— Хочешь также? — подтолкнул он.

Они никогда этого не делали. Фэй определенно могла принять его дикую сторону в сексе, но он все еще постепенно знакомил ее со всем.

— Да, пожалуйста, — выдохнула она, сдвинув бедра, откинув голову назад, приоткрыв губы и кончив.

Чейз не стал медлить, выключил игрушку, отбросил ее в сторону, перекатил ее на живот, затем приподнял ее бедра и принял правильное положение, слава богу, что теперь, оставаясь почитать перед сном, она уже не надевала трусики.

Он вошел в нее.

Он был очень возбужден, а она была такой скользкой и все еще пульсировала от оргазма, у него не займет много времени для собственного освобождения. Она только что кончила, но будучи Фэй, его Фэй, она могла быть дикой. Поэтому, когда он в нее вошел, она подняла одну руку, чтобы обхватить пальцами железную спинку кровати, и снова кончила. Ее голова откинулась назад, волосы разметались по спине, задница вздернулась к потолку, и она кончила сильно, с громким криком, ведя его за собой, и он с радостью за ней последовал.

Придя в себя, Чейз медленно, нежно двигался в ней, лаская ладонями сладкую попку, бедра, гладкую кожу спины, бока, ребра под ночной рубашкой. Затем он вышел, лег на ее сторону кровати и притянул ее на себя сверху. Накрыл их обоих одеялом и заключил Фэй в объятия.

Она дышала ему в шею, ее тело было таким расслабленным и довольным, что она опустилась на него всем весом.

Он не возражал, потому что это ощущалось чертовски великолепно.

Наконец, она прошептала:

— Не понимаю.

— Чего, дорогая? — тихо спросил он.

— Я занимаюсь этим некоторое время, а ты все равно делаешь это лучше меня.

На секунду Чейз напрягся, снова думая о том, как Фэй прикасается к себе.

Потом его объятия вокруг нее сжались, и он расхохотался.

Успокоившись, он заметил, что ее голова плотно прижата к его шее, а тело больше не расслаблено, а сильно напряжено.

Веселье тут же пропало, он сжал ее и позвал:

— Фэй?

Она не ответила.

Его рука скользнула вверх по ее позвоночнику, пробираясь в волосы, и он снова позвал: