Эхо Карфагена

– Кирилл, давай я дальше сам, вы же всю клинику осмотрели, я уверен. Тут опасности нет, – Сергей мягко посмотрел на своего верного охранника.

– Давайте так, Сергей Валерьевич, деда вы не видели, кто он – вы даже не знаете. Вот встретитесь, я увижу, что все нормально и буду рядом, беспокоить не буду. Вы же не стесняетесь меня. Тем более, Вы не в том возрасте, чтобы как маленький внук запрыгнуть к деду на колени и радостно обсуждать какие-то безделицы. Сергей Валерьевич- это по сути- незнакомый человек. И только Вы решили, что он ваш дед. И еще, Ваш юрист, Алексей, он хочет с Вами поговорить перед тем как Вы отправитесь к своему родственнику, или к тому, кто так себя называет.

– А Алексей тут как оказался? Это что за проделки, Кирилл, – Сергей поднял брови.

– Его не было в Москве, когда был этот звонок из Брюсселя. Когда Вы попросили навести все справки, я попросил Алексея помочь. Он в этот момент был в Германии, но взвесив все события, решил приехать и поговорить с Вами лично. Он уже здесь. Знаете, как в кино про разведчиков. В общем, он уже в том небольшом кафе, напротив.

– В детстве ты много наверно такого кино пересмотрел, – вздохнул Сергей. – Ладно, хрен с вами, пошли к Алексею.

В кафе действительно как ни в чем ни бывало сидел его юрист Алексей- статный блондин, делая вид, что увлечен экраном смартфона, но Сергей был уверен, что он краем глаза наблюдает за ними.

– Ребята, а не слишком большие вам полномочия я вам дал? Какая-то демократия, переходящая разумные пределы получается. Или не вы у меня работаете, а наоборот? – Сергей сверлил Кирилла и Алексея взглядом.

– Шеф, ну реально, послушайте Алексея. Он мне тут много чего порассказал, я думаю, что Вам нужно быть готовым ко всему. Мы же ради вашей безопасности стараемся. Потеря Вас для нас как потеря кормильца в большой семье, – Кирилл обезоруживающе улыбнулся.

Сергей с Кириллом сел наконец за стол и заказали обычную для кафе безделицу, кофе и что-то там еще.

– Сергей Валерьевич, я знаю, Вы не любите сюрпризов, но я взял на себя смелость и организовать нашу встречу ДО того, как Вы пойдете в клинику. Ситуация осложняется тем, что если это действительно Ваш дед, то пока у нас нет подтверждений этого. Он сменил имя и фамилию уже так давно, так удачно все провернул, что, учитывая, что прошло уже не менее 40 лет с этой перемены, а тогда был век совсем не информационных технологий, интернета не было, все подряд не оцифровывалось… В общем точно установить мы ничего не можем. Живет Ваш дед на банковские проценты, вклады у него огромные. Никакой особой деятельности не ведет. Кроме разве того, что он является учредителем клуба любителей археологии и организует познавательные шоу для детей по этой теме. Кроме того, он организовал спонсорскую помощь для нескольких довольно крупных археологических экспедиций. И собственно является спонсором некоторых интернет изданий в области археологии и истории.

– Интересуется археологией, ну нормальное хобби, -пожал плечами Сергей.

– Но если вдруг все же есть подтверждение что он Ваш родственник, то у нас может быть проблема. Он выбрал эвтаназию в Бельгии не случайно, это наиболее либеральная в этом отношении страна во всем Евросоюзе. Ваш дед (будем его уже называть так) жил до этого как минимум лет двадцать в Чехии. Жил в замке. Да, такие дела. Но теперь он в Бельгии и готовится к эвтаназии. С медицинской точки зрения его действительно не вылечить. Но проблема в том, что в Бельгии закон об эвтаназии приняли еще в 2002 году. С тех пор правам на эвтаназию пользуется так много людей, что стали возникать скандалы. Очень уж закон размыто говорит о случаях, когда человек может беспрепятственно воспользоваться правом на эвтаназию.

– Алексей, мы не виделись никогда с моим дедом. Он решил известить о своем решении меня. Еще неделя, как он говорит и его не станет. Я сюда не ради замка его приехал, если ты это имеешь в виду. Тем более, что я только о замке узнал сейчас, от тебя. В чем проблема, если это просто встреча двух родственников. Я же не буду ему инъекцию делать, оплачивать счета. Поскольку у него деньги есть, ты сам это выяснил. Ему ничего от меня не нужно.

– Сергей Валерьевич, тут вопрос в том, чтобы не случилось так, что Ваше имя всплывет при случае возможного расследования данного случая эвтаназии. Этими случаями все больше интересуются активисты, а также правоохранительные органы. Всплывают случаи злоупотребления. В данном случае, не совсем ясно, есть ли у Вашего деда еще родственники. Если Вы – единственный наследник, то может подняться нездоровый интерес: Вы не были в его жизни и ни разу. Тут появляетесь, потом через неделю Ваш дед умирает, выбрав эвтаназию. Это все выглядит очень…

– Типа я уговорил его умереть, когда узнал о его существовании?

– Да. И в это можно поверить будет, если учесть, что тот замок, который ему принадлежит, он не просто недвижимость. Этот объект внесен в перечень культурных памятников Чехии. Находиться в Средне- Чешском крае. Примерно 100 км от Праги. Представляете, что начнется после смерти Вашего деда. Я прямо вижу заголовки местных газет: очередной новый русский отбирает историческую недвижимость у народа Чехии.

– Стоит то хоть сколько этот замок?

– Ну примерно в рублях по сегодняшнему курсу около 50 миллионов.

– Боже, больше разговоров. Мой самолет на котором мы прилетели сюда стоит около 50 млн долларов! Долларов! – Сергей усмехнулся – мне явно не очень нужен этот замок, как не крути.

– Я понял вас, Сергей Валерьевич. Ну тогда пока все, – Алексей примирительно улыбнулся.

– Кино про разведчиков, – хмыкнул Сергей вставая.

Далее все произошло так буднично, что даже немного расстроило Сергея. Он как смотрел очередной фильм из жизни людей. Только он сам был в этом фильме актером. И сыграл он крайне хреново, как он сам оценил.

Деда вывезли к берегу пруда, вернее он сам выехал на коляске с электроприводом, а следом следовала медсестра. Изможденное бледное лицо, но все те же глаза. Глаза, из-за которых Сергей все сразу решил. Сергей сидел на скамейке у пруда, Кирилл сидел невдалеке.

Петр Куренко смотрел задумчиво на водную гладь и на умиротворенно плавающих птиц. Молчали оба. Сергей не хотел торопит деда просто потому, что если это его последняя неделя, то времени все равно не хватит чтобы расспросить о всей той жизни, которую они прожили порознь. У Сергея было время, у деда его не было. Поэтому Сергей решил, что пускай дед в оставшийся свой срок сам решит, что ему говорить и когда. Но один вопрос на удивление начал проситься наружу. Это было выяснить важно. Важно для Сергея.

– А почему ты исчез из нашей жизни? – Сергей взглянул на деда.

– О, сразу берешь быка за рога? Хорошо, а то вот я не знаю с чего начать. Знаешь, у твоего отца был очень непростой характер. Когда умерла твоя бабушка, то он вообще замкнулся в себе, может меня стал обвинять, не знаю. Просто мы очень быстро стали чужими, и я просто осознал, что он просто не хочет меня видеть. Я не напоминал о себе, а он перестал приезжать, потом перестал и звонить. Это совпало с некоторыми конфликтами по роду моей деятельности, я подумал, что если я буду один, отдалюсь от вас, то вам ничего не будет угрожать. А ты помнишь хоть что-то из того времени? – спросил дед.

– Я помню один эпизод. Мы возле нашего дома в деревне на летней веранде. И ты на столе показываешь мне как освежевать тушку кролика. Видимо это довольно яркое впечатление для ребенка. Вот и запомнилось. Более – ничего, – усмехнулся Сергей.

– Тогда тебе лет пять было. Очень скоро мы расстались. Я сменил фамилию и ушел из вашей жизни. А совсем скоро уйду уже совсем. Давай я уж по порядку. Я позвал тебя вот для чего…

И дед неожиданно замолчал. Видимо, конкретного сценария разговора у него не было.