Эксперт № 14 (2013)

Наконец, существуют и серьезные экономические конфликты. Вне зависимости от того, кто займет пост президента Узбекистана, он будет требовать от таджиков прекратить строительство ГЭС.

Более того, в случае смерти Каримова не исключено локальное обострение отношений между Ташкентом и Душанбе — таджикское руководство в соответствии с азиатскими традициями постарается сразу же испытать нового узбекского лидера на прочность.

В этой ситуации можно надеяться лишь на то, что внешние силы не позволят узбекско-таджикскому соперничеству перейти красные линии. И речь сейчас не только о российском посредничестве, но и о китайском. В Пекине заинтересованы в стабильности региона, который воспринимается как китайская энергетическая кладовая. А учитывая интересы и позиции Китая в Средней Азии, местные лидеры вряд ли решатся идти против интересов Пекина. «Китайцы зашли во все страны Средней Азии. Они не только ведут переговоры, но и коррумпируют отдельных представителей политической элиты. Поэтому невозможно взять и кинуть китайцев», — говорит Константин Симонов.

Карта

Дестабилизация Узбекистана аукнется всем его соседям

График

Узбекистан втрое беднее Казахстана и вшестеро - России

Градостроительство по-собянински

Алексей Щукин

Проект реновации ЗИЛа приобрел окончательный вид. На месте промышленной зоны будет построен современный многофункциональный район площадью 4,5 млн квадратных метров.

Девяносто процентов территории ЗИЛа уже давно не используется

Фото: ИТАР-ТАСС

В Москве завершились общественные слушания по проекту перепланировки территории ЗИЛа. Слушания прошли очень мирно. «Полуостров ЗИЛ» отрезан от остального города рекой, дорогами и забором, он живет своей жизнью, его судьба не сильно волнует городских активистов.

Но тихая жизнь заканчивается. Для администрации Сергея Собянина редевелопмент ЗИЛа на сегодняшний день главный девелоперский проект внутри МКАДа. Пока Собянин вошел в историю только как человек, который остановил стройки. ЗИЛ — проект суммарной стоимостью 15 млрд долларов со сроком реализации до 2021 года — попытка сделать в столичном строительстве что-то новое и позитивное.

В силу своих размеров проект редевелопмента ЗИЛа публичен. На его примере можно попытаться рассмотреть, каковы сегодня механизмы принятия градостроительных решений, — и понять, насколько собянинское градостроительство отличается от лужковского.

Незавершенный конкурс

Сегодня территория завода имени Лихачева пропагандируется как сущий Клондайк для девелоперов. «Уникальная площадка в 290 га, расположенная всего в пяти километрах от Кремля. Окруженный Москвой-рекой полуостров, который вот-вот станет полигоном нового градостроительства. Пилотный проект по преобразованию промышленной зоны в современный постиндустриальный оазис» — примерно так столичные власти преподносят этот проект.

А еще два года назад отношение к ЗИЛу было совсем другим: завод находился в предбанкротном состоянии. Его долги превышали 14 млрд рублей, а 90% помещений давно пустовало. Контрольный пакет ЗИЛа принадлежит московскому правительству. В 2011 году мэр Сергей Собянин распорядился выплатить часть долгов завода, реструктурировать задолженность и поручил заняться разработкой схемы нового использования земель ЗИЛа с резким сокращением площадей, занимаемых производством. То есть главным стимулом для редевелопмента ЗИЛа было даже не введение в оборот простаивающего огромного участка земли недалеко от Кремля, а попытка избавиться от долгов, которые сгенерировал завод.

Многие помнят, по какой схеме проекты по развитию крупных территорий развивались при Юрии Лужкове . Площадка обычно отдавалась близкой к мэру структуре (например, «Интеко»). Та старалась быстро застроить участок однотипным многоэтажным жильем, главной идеей проекта была максимизация прибыли застройщика. В случае с ЗИЛом также лоббировался такой вариант. Однако власти неожиданно пошли от обратного — попытались представить, что Москве нужно от этой территории, каков ее потенциал и как сбалансировать интересы города и девелоперов.

С подачи руководителя экономического блока правительства Москвы Андрея Шаронова для ЗИЛа был впервые опробован новый механизм — международный конкурс. В данном случае предметом конкурса стала концепция постиндустриального редевелопмента крупной производственной территории.

Конкурс был задуман и реализован как международный и на уровне участников, и на уровне членов жюри. В экспертный совет и жюри вошли представители столичного правительства, руководство ЗИЛа, а также урбанисты, специалисты по транспорту, экономисты. Оператор конкурса — компания IRP Group — пригласила 25 российских и иностранных бюро. Из них для участия в закрытом конкурсе по портфолио были отобраны четыре компании — «Проект Меганом» (Россия), Valode & Pistre (Франция), Mecanoo (Нидерланды), Uberbau GBR (Германия).

Идеи конкурсантов были достаточно разнообразны. Компания Valode & Pistre предложила разместить здесь крупный деловой район — по сути, вторую Москву-Сити с офисами ведущих мировых корпораций, биржей и прочим. Центральный проспект ЗИЛа должен был стать лентой небоскребов, а башня высотой 400 м — доминантой района. В концепции Mecanoo ЗИЛ становился большим технопарком — фактически производственной и отчасти образовательной базой для Сколкова. Здесь должны были быть сгруппированы наукоемкие производства и образовательные институты. Оба эти решения были признаны дорогими в реализации и не очень реалистичными в нынешней рыночной ситуации.

Промежуточными победителями конкурса в марте 2012 года были признаны немецкая компания Uberbau и единственный российский участник — бюро «Проект Меганом». Предложения промежуточных победителей расходились во многих деталях, но были идейно похожи: территория планировалась как современный европейский многофункциональный город — с жильем, офисами, торговыми центрами, образовательными и спортивными кластерами и т. д. Особое внимание уделялось общественным зонам. Предложения «Меганома» включали и проект разбивки Центрального парка площадью 25 га — с парк Горького. Сильной стороной проекта Uberbau была разработка подробных механизмов реализации проекта.

Конкурс, впрочем, завершился парадоксально. В течение двух месяцев после презентаций Uberbau и «Проект Меганом» подготовили доработанные версии своих проектов, но заключительный этап конкурса не состоялся. Руководство города так и не рассмотрело предложенные итоговые проекты. Одна из версий, объясняющих этот странный факт, состоит в том, что в 2012 году столичное правительство проводило крупный международный конкурс «Большая Москва». В основе проекта «Большая Москва» — акцент в пространственном развитии города на присоединенные к Москве территории, а не на промзоны. Конкурс Шаронова шел в определенной степени в разрез с «линией партии», которая была задана федеральными властями. Другая версия более конкретна — вмешался человеческий фактор. У Андрея Шаронова, курировавшего конкурс, умерла жена, и ему было не до этого. Тем не менее даже незаконченный конкурс внес в проект глубину и качество.

Что выгоднее строить? Жилье!

Зиловский проект интересен и как лакмусовая бумажка, показывающая, как идет процесс выработки градостроительных решений в городе. Увы, можно говорить о десинхронизации работы разных департаментов столичного правительства, о дублировании их деятельности. Пока экономический блок Шаронова проводил международный конкурс, по заказу главы градостроительного блока правительства Марата Хуснуллина ГУП НИиПИ Генплана Москвы за бюджетные деньги разрабатывал проект планировки территории ЗИЛа. Естественно, он совсем не учитывал идеи и результаты конкурса.