Где я?
Шрифт:
— Совершенно верно, — подтвердил Самвел Каренович, — Но теоретически и с помощью цифрового моделирования. Они обогнали нас на сотни лет.
— Другими словами, вы сейчас заявили, что местным подвластна магия. Мы находимся в мире магии. В каком-то грёбаном фэнтези! Так?
— Ну, какая магия? Что вы несёте? Чистая наука! При определённых технологиях возможны невероятные вещи.
— Всё-таки, вопрос упирается в технологии, — словно смакуя последнее слово, произнёс Ломов, — Тогда объясните мне, тупому солдафону, где аборигены разместили все эти генераторы поля, силовые установки, вырабатывающие мегаватты электроэнергии, изменители кристаллических
— Не знаю… — внезапно поник профессор.
— Шах и мат тебе, Проф! — заржал Мельников, радуясь, что командир сумел подловить «цыплёнка» на противоречии с действительностью, — Пешня, докажет тебе, что эта земля плоская и лежит на спине трёх верблюдов.
— Тихо! — заорал Равхан, поднимаясь с лежачего положения и принимая стойку гончей, почуявшей запах добычи, — Визуальная отметка пройдена. Ошибки быть не может. Аномалия двигается в нашем направлении.
Из помещения донеслись проклятия, ропот и панические возгласы.
— Точно? — спросил Ломов, возвращая бинокль к глазам, — Ориентир?
— На двенадцать часов. Валун, похожий на торчащую из песка лысину, — в возбуждении Равхан принялся указывать на камень пальцем, словно ребёнок впервые увидевший негра.
— Вижу, — подтвердил Ли с лестницы, — Аномалия прямо над ним.
— Изначально, между ним и аномалией было не меньше ста метров. Эта хтонь двигается.
— Новый ориентир: кусок трубы. Левее и ближе на двести метров, — отдал указание командир и, подхватив Геворкяна, поволок его к отсутствующей панели перекрытия, — Постоянное наблюдение. Доклады каждые пять минут.
Подведя Геворкяна к краю пролома, крепко ухватил за пришитый у него между плечами ремень и приказал:
— Танк, принимай. Проф, прыгай. Я удержу, а Танк примет аки младенца.
Затем спустился сам и, не обращая внимания на обращённые к нему испуганные от неведения лица, выскочил из схрона. Сафонова, подозревая худшее, бросилась следом.
Командир не паниковал. Подозрения психолога не оправдались. Он вскочил в кресло водителя и аккуратно подогнал телегу ко входу.
— Объявляю срочную эвакуацию, — сообщил он в микрофон для всех и добавил, обращаясь персонально к капитану, — На тебе Якобинец. Танк, твои люди собирают весь продуктовый запас и грузят в кузов. Нестор, Гизмо — в разведку. Направление: северо-запад. Цель поиска: безопасный проезд между развалинами. Дистанция сто пятьдесят метров. Вперёд.
Когда два бойца убежали прочь, жестом подозвал Золотарёва.
— Попаданец, запускай птичку. Направь в центр аномалии. Посмотрим, как эта штука среагирует на дрон.
— Может, к нему обычную гранату присобачить?
— А смысл? Мне интересно, как аномалия среагирует на безопасный объект. Считай это гражданским экспериментом.
— Тогда муляж видеокамеры срежу. Для чистоты эксперимента. Вдруг, кто-то примет её за лазерную пушку.
— Выполнять!
Сборы заняли полчаса, большая часть которых ушла на захоронение тела минералога. Из-за спешки закопали неглубоко. Сафонова щедро насыпала в яму репеллент, отпугивающий хищников. Митяй зафиксировал в журнале точные координаты могилы.
Продукты, воду, боекомплект и необходимые в быту вещи, компактно уложили в кузов. Туда же отправили Гейшу и Кинолога, поручив вертеть головой на триста шестьдесят градусов и докладывать о любой угрозе, даже если суслик или фенек просто выглянут
из норки, удовлетворяя собственное любопытство.Остальные выстроились позади телеги в том же порядке, которым покидали Бункер 65.
Тихо застрекотали винты квадрокоптера, и аппарат бодро взмыл над площадью.
— Объект достиг второго ориентира, — доложил Равхан с крыши, — По моим расчётам скорость небольшая. Порядка одного километра в час.
— Подтверждаю, — эхом отозвался Ли.
Золотарёву пришлось выйти из-за угла убежища, чтобы контролировать полёт квадрокоптера. Ломов последовал за ним, разглядывая полёт дрона в оптику.
Не желая оттягивать неизбежное Тимофей гнал «птичку» по прямой, на максимальной тяге. Момент столкновения с проекцией он не заметил. Слишком неудобная позиция для наблюдения. Дрон просто перевернулся в полёте. Две стойки роторов погнулись, и винты сложились. Оставшихся двух не хватило для создания полноценной тяги, и аппарат по небольшой параболе упал на бархан. Работающие винты подняли два песчаных гейзера, которые практически закопали дрон, скрыв от взора наблюдателей.
— Уходим! — крикнул Ломов, убирая бинокль в кармашек разгрузки.
Не оглядываясь на нависшую над над горизонтом проекцию, он запрыгнул в кресло водителя и, словно прощаясь с местом ночёвки, сказал:
— Десять сорок пять. Нам необходимо пройти тридцать семь километров до объекта «Шахта». Это вполне по силам, но предлагаю сделать привал и заночевать где-то посередине. Мы не готовы сходу входить в контакт с аборигенами на закате дня. С утра выступим пораньше, чтобы иметь больший запас светового времени. Девочки, вы на шухере, но не забудьте по расписанию раздать всем пайки. Хомячить придётся на ходу. Нестор, Гизмо, доложите, как найдёте подходящий схрон.
После чего неспешно направил телегу в проход между развалинами, куда ранее скрылись разведчики. Ещё не покинув площадь, отдал распоряжения для наблюдателей:
— Сахраб, Лишай, работаете в паре. Ближе пятисот метров к аномалии не приближаться. Отходите по нашим следам и постарайтесь зафиксировать, как объект поведёт себя встретив препятствие в виде зданий. Некоторые торчат достаточно высоко, чтобы проекция могла продвинуться, не задевая их. Задача понятна?
— Так точно, — ответил Лишай, — Самой явной помехой движению будет «Лестница в небо». Проконтролируем и доложим.
— Удачи, ребята, — пожелал Ломов и впервые оглянулся на притихших от волнения пассажирок.
На плече Забелиной сидела канарейка. Одна из двух, привезённых с Земли для изучения влияния атмосферы.
— Запомнила меня, — оправдывающимся тоном сказала девушка, доставая из пайка галету и разламывая её пополам.
Весь зоопарк выпустили ещё перед прорывом в бункер, а клетки расставили у стены убежища. Корм разложили рядом, надеясь, что животные смогут воспользоваться им, прежде чем научатся добывать пищу сами.
— Животные чувствуют беду задолго до человека, — внезапно заявила Дарья, крепко вцепившись в ремни, оставшиеся от люлек стрелков.
— Я в курсе, Кинолог, — успокаивающим тоном, согласился Дим Димыч и добродушно подмигнул, — Землетрясения там или извержения вулканов. Слышал, что отсутствие интеллекта с лихвой компенсируется обострённым чувством самосохранения.
— В целом верно, командир, но есть одна странность.
— Какая?
— Предчувствие катастрофы вызывает у животных панику. Они не разбираются в причинах. Им этого не нужно. Просто тупо убегают куда-нибудь подальше. А канарейка вернулась.