Грани обмана

Уинтропу не давала покоя сбежавшая девушка, так что вопреки собственным намерениям допрос заведующей он начал не с приезжего проверяющего, а с вопроса о служанке.

Со множества вопросов.

— Кто ее учил? Откуда она? Давно ли здесь? С кем общалась?

Уинтроп с трудом взял себя в руки под откровенно насмешливым взглядом пожилой дамы и замолчал, позволяя ей вымолвить хоть слово.

— Не думаю, что вы представляете себе процесс образования в пансионе, — степенно начала местрис Осборн. — Поверьте, на занятия со служанками у нас совершенно не остается времени. Конечно, они впитывают какие-то крохи при общении с девочками — минимальном, разумеется — ну и атмосфера пристойного заведения соответственно…

— Меня не это интересует! — не слишком вежливо оборвал ее Уинтроп. — Она магичка. Обученная. У кого?

— Понятия не имею, — развела руками заведующая, и дознаватель понял — не врет. — В Тормоте сильных магов нет. Хотя… да нет, быть такого не может.

— Что именно? — уцепился за оговорку мужчина.

Местрис недовольно поджала губы, но с места все же поднялась.

— Пойдемте, проверим, — предложила она загадочно.

И повела столичного гостя прочь из кабинета. Впрочем, недалеко. К абсолютно пустой каморке, где, судя по всему, когда-то хранили швабры и прочий рабочий инвентарь.

— Вы издеваетесь? — устало поинтересовался Уинтроп, готовя мысленно прошение о снятии престарелой дамы с должности. Маразм дело такое, сложное.

— На дверях защита, — снисходительно пояснила заведующая. — Пропускает только одаренных женщин. И их спутников.

Она вытянула руку, и прямо в воздухе материализовалась вертикальная лестница с узкими перекладинами.

Дознаватель почувствовал, как его челюсть неумолимо падает на грудь.

Высшая, мало того, древняя магия! И где — в сонном захолустье Тормот! Его на большинстве карт и не указывают за ненадобностью. Искусство иллюзий считалось прерогативой воздушников, но было утрачено давным-давно, вместе со многими другими заклинаниями из категории мощнейших. Для них требовался особый уровень дара, а магов подобной силы, увы, не рождалось уже три поколения минимум.

— Вы тоже… — он не закончил предложение и вперился испытующим взором в пожилую женщину.

Она хмыкнула, отвернулась и с удивительной ловкостью полезла вверх по ступенькам, непристойно подобрав юбку.

— Слабая, еле теплящаяся искра, — соизволила она ответить, когда Уинтроп взлетел вслед за ней, не чувствуя перекладин, и принялся озираться с нескрываемым разочарованием.

Он ожидал некий тайник с кладом, а попал на старый пыльный чердак.

Впрочем, не такой уж и пыльный. Здесь явно частенько бывали, судя по гладкому, чистому полу.

— Место заведующей в этом заведении передается не просто так, а лишь женщине со слабым даром, — пояснила местрис Осборн, оглядывая сундуки и безошибочно направляясь к самому дальнему. — Именно для того, чтобы она имела возможность наблюдать за этим хранилищем. И беречь его ценой собственной жизни, а после передать наследнице.

Она откинула тяжелую крышку без особых усилий, демонстрируя сложенные ровными стопками старинные фолианты.

— Первый раз слышу о столь странной практике, — пробормотал Уинтроп, бережно проводя кончиками пальцев по узорчатым обложкам. — Древние знания не запрещены, но зачем они женщине? Не лучше ли было сдать все это в столичную академию или библиотеку?

— Вы много таких учебников видели в столице? — усмехнулась она. — Каждый год издают все новые, улучшенные, усовершенствованные. Как и программы для моих девочек. И с каждым годом все меньше сильных магичек, которых нужно запечатать.

— Не вижу связи! — поморщился дознаватель.

Похоже, заведующая из той породы пожилых дамочек, кому трава раньше была зеленее, деревья выше, а маги сильнее.

В столице тоже изредка появлялись подобные веяния, но быстро стихали под влиянием храмовых проповедей и королевского неодобрения.

Ведь нынешний путь развития заложил лично предок его величества, а он не мог ошибаться! Сдерживать дар, не увлекаться путем самолюбования и могущества, приумножать число одаренных путем брака с запечатанной для ее же блага женщиной союзной стихии, и верно служить трону — вот основные заповеди хорошего мага.

Уинтроп был хорошим магом.

И бредни старой местрис из глухомани не способны поколебать его убеждений!

Местрис Осборн понимающе улыбнулась и достала из сундука один из учебников. Оглядела его, кивнула каким-то своим мыслям и протянула дознавателю.

В его руках книга раскрылась беспрепятственно.

— Воздушная магия. — Он снова закрыл том и прочитал заголовок. После чего бегло оглядел лежавшие сверху фолианты. Не поленился, поднял несколько стопок, проверил остальные. — Остальные внизу, а воздушная магия наверху. Странная сортировка.

— Я заметила, что замок потревожен, около полугода назад, — все так же странно, мечтательно улыбаясь, сообщила местрис. — Я не придала этому значения, но когда сегодня у служанки обнаружился дар, все встало на свои места. Мне сразу показалось, что она слишком сообразительна для деревенской дурочки.

— Дурочки? — машинально повторил Уинтроп.

В его голове не хотел укладываться упрямый факт: беглянка умудрилась изучить магию по учебникам. Одна. Самостоятельно.

Даже лучшим студентам в академии время от времени требовалась помощь преподавателя. А она — сама! Да еще так, что никто не заметил! Это же какая концентрация, сила воли…

И опасность для окружающих!

А если она сорвется?!

— Она немая, — отмахнулась местрис Осборн. — Мне казалось, что и немного не от мира сего, но как выяснилось, я заблуждалась. Немота не признак глупости.

— Да? Странно. Я мог бы поклясться, что слышал ее голос, — задумчиво пробормотал Уинтроп. — Хотя, возможно, мне и показалось. Контузия…

Болтливость потенциальной жены его занимала мало. Наоборот, приятный бонус — не будет пилить, как матушка отца в свое время.

Если бы кто-то сказал ее светлости Уинтроп, что она пилила мужа, она оскорбилась бы до глубины души. Но факт оставался фактом: душу она вынимала словами профессионально, так что после ее речей хотелось либо повеситься, либо сделать уже что она хочет, лишь бы успокоилась.

Обилие новостей оглушило дознавателя. Он с тоской уставился на ровные стопки древних томов. Опись, изъятие, обоснования, расследование… наверняка отставка для местрис Осборн за сокрытие уникальных предметов старины, представляющих историческую ценность.

Уинтроп перевел взгляд на невозмутимо стоящую рядом даму. Снова посмотрел на ларь. И со вздохом закрыл крышку.

— Я этого не видел, — сообщил он в пустоту. — И вообще на чердак не поднимался.

После чего развернулся и быстро спустился по неудобной лестнице, опасаясь передумать.