Гринвуд

– Бегом!

Глава 40

Из последних сил, Зверь несся сквозь лес, надеясь, что погоня пойдет по его следам, а не по глубоким отпечаткам подков, что оставила угнанная лошадь, но демон рассудил иначе. За псом он отправил двоих помощников, а сам заставил лошадь исходить мылом и помчался по дороге с оставшимся помощником. В отличие от Финли, к скотине он отнесся более бережно и не загнал-таки, вложив в нее толику своей кровавой силы. Тот же фокус он проделал и с лошадью помощника. За это чудесное спасение животные заплатили адскими муками и полной потерей воли. Только ужас в глазах, да кровавая пена на губах говорили об их боли.

Но пока демон гнал по дороге относительно свежих лошадей, измученный и израненный Зверь несся через лесную чащобу. Вышло так, что к форту оба прибыли почти одновременно. Демон по привычке схватился за револьвер, да нескладная когтистая лапа только оцарапала кобуру, револьвер полетел в высокую луговую траву. Помощник дважды успел выстрелить из винтовки, но тряска не способствовала меткости. Зверь, по прямой несся в открытые двери из толстых бревен и демон решился на последнюю меру. Указательный и большой палец демон сложил кольцом и оттопырил остальные. Через это колечко он резко плюнул. Слюна воспламенилась и, пожирая метры, со скоростью пули, огненный шар понесся в открытую дверь. Маленький сгусток пламени разрастался и ревел. Едва Зверь пересек порог, в дверь врезался шар величиной с доброго быка. Врезался и потух.

– Что это было?

– Дверь закрой дубина!
– крикнул Зверь ошеломленному Лиаму. Как раз вовремя, ведь в следующий миг в бревно врезалась золотая пуля.
– Хоть наш барьер от магии защищает, но пули сквозь него проходят легко.

– А чего ты светишься?

– Тащи меня к Финли, - сказал дух и повалился без сил. Лиам аккуратно приподнял огромную тушу и почувствовал, как сила вливается в мышцы. Он начинал различать, когда пользуется магией, а когда нет.

А Финли уже давно был готов к приему. Инструменты, зелья, бинты и виски были уже давно готовы. Лиама он отправил наблюдать за врагом, а сам ловко орудуя ножницами со своего хирургического набора, снимал мешавшие лохматые пряди и заливал раны зельем с очень резким, но приятным запахом. Они сразу же переставали светиться и начинали затягиваться, а вот обвисшую половину хвоста пришлось ампутировать.

– Будет жить, - заключил Финли, вытирая вспотевший лоб.
– Отдохнет, и в путь.

– А почему не сейчас?

– Он еще слишком слаб, да и барьер наших преследователей немного задержит. Что они там?

– Я посмотрел, он похож на того, что я убил..., или не убил в академии. И еще он кричал что-то. Прапорщика какого-то звал.

– Веселого прапорщика?

– Да, именно.

– Святые небеса!

– Что такое?

– Это моя кличка из армии.
– Финли подошел к двери и крикнул.
– Прапорщик слушает, а кто спрашивает?

– Сердцеед-неудачник.

– Не верю, Стюарт слишком крут для вас. Ни один демон его бы не взял.

– Ну, судя по его памяти, он прогнал четверых только одним усилием воли. Действительно крепкий человек был.

– Был?

– Проиграл мне, хотя, скорее всего, после этого он и отправился в рай.

– А тело он, значит, тебе оставил? Не похоже на него.

– Он же не был месячным братом, как ты. Откуда ему было знать, как помешать мне. Кроме того, он слишком устал. Его почти полтора года насильно кормили мясом магов и опаивали эликсирами. Люди от такого быстро устают. Хотя он и пытался помешать тем, кто открыл мне дорогу. Однажды он даже перетер до крови кандалами запястье, после этого их заменили на шелк. А чтобы не есть мясо, сам сломал себе зубы один о другой.

– Что ж ты прав, Энтони заслужил рая.

– Теперь Энтони Стюарт, это я. Мне нравится это имя. Я назывался так всем магам, которых выпил.

– В Бримии его все равно будут помнить, как хорошего человека.

– В Бримии? Вот что сталось с твоей Бримией! Теперь здесь сжигают магов, а бесы - национальный символ.

– Есть и другая Бримия.

– Ты о последнем оплоте магии и монархии? Ему не долго осталось.

– О мавританских государствах забыл.

– Ты серьезно считаешь, что они помогут Новой Бримии? Да белые короли тысячелетиями разоряли их земли.

– Тем не менее, они не отказались ни от магии, ни от монархии.

– Что-то нас совсем занесло.

– И, правда, чего хотел?

– Парнишка твой, он же сын капитана и той шлюхи Буна? Мне вот все его лицо знакомым казалось, а когда тебя увидел - вспомнил.
– Лиам весь насторожился и взглянул на отца. Тот и бровью не повел, просто ответил уверенным голосом.

– Его мать была порядочной женщиной.

– Не все так считали, - хихикнул за частоколом демон.
– А почему ты взял его фамилию вы же с капитаном никогда в друзьях не ходили?

– Месячный брат не имеет фамилии, но я остался здесь, поэтому я решил взять фамилию самых смелых и самоотверженных людей, которых знал. Это моя дань Кейдену и Хейли Гринвудам.

– Эй, баронет, ты, наверное, ужасно горд своими родителями?

– Баронет?

– Ты, ты. Это наследный титул твоего отца.

– Да, горжусь!

– Так может, поддержишь честь титула? Давай устроим дуэль, только ты и я. Что скажешь?

– У нас вроде уже как была одна, и я тебе рожу нафаршировал свинцом.

– Не очень то она честной была.

– И кто в этом виноват?

– Ладно, ладно. Давай устроим честную. Обещаю не жульничать.

– Поцелуй меня в зад.

– Не по благородному как-то.

– Тебе подойдет.

– Хватит, - перебил их Финли.
– Никто тебе не поверит демон. Придется тебе нас штурмом брать.

Глава 41

– Хочешь повеселиться?

– Хочу ответов. Меня достало выуживать информацию по крупинке. Рассказывай все.

– Ну, одно другому не мешает. Пошли, поможешь мне передвинуть бочки с порохом.
– Всего бочек было три, и чтобы не оставлять ничего врагу, две из них перетащили в самые просторные комнаты, а одну оставили в мастерской.
– С твоим отцом я познакомился в восточных колониях. Тот еще был сорвиголова. Нет, перед боем он никогда не пил, да и солдат в строгости держал, они, конечно, мародерствовали, но никогда не насиловали. Ты не морщься. Война - всегда зверство. Она одновременно обнажает в людях и лучшее и худшее. Я там и был по этой причине. Где зверство, там и бесы. А иногда отдельно взятый раджа устраивал кровавый ритуал, чтобы призвать дэва на наши головы. Демона. По сути, я не служил, но по бумагам был приписан к лучшей роте легкой пехоты в армии. Командовал ей твой отец.

– Лучшие мародеры?

– Воин и мародер - почти одно и то же. Солдат обязан мародерствовать, если хочет выжить. К чести твоего отца будет сказано, его людей никогда не пороли.
– Ведя разговор, Финли раскладывал возле бочки с порохом палаши и сабли, нагромождал вокруг ружья, да рассыпал инструменты.
– Пошли за дровами. Единственным его пороком было то, что он ни одной юбки не пропускал.

– Да..., не это я хотел об отце услышать. Впрочем, в этом он на тебя похож.

– Эй! А сам-то в бордель не ходил?

– Дальше рассказывай.

– Одно время квартировали мы в Бурапхатаме. Там то, он и встретил леди Хейли. Она была приемной дочерью губернатора - лорда Аламейна из Бунов. Добрейший был старик. Одни поговаривали, что она его незаконнорожденная дочь, да только не было в ней и толики их крови. Буны, будь то мужчина или женщина все маленькие, щупленькие и добродушные.

– Погоди, разве Буны не силачи?

– Да, наследственная магия Бунов - магия силы. Неофициально их еще лордами и леди силы называют. Но именно из-за нее их мускулы не особенно то и развиваются.