Хранители Сальвуса

Ричард смотрел на нее, сдвинув брови и наклонив голову, будто видел ее впервые.

— Откуда ты знаешь? — сорвался с его губ вопрос, и берилловые глаза встретились с сапфировыми.

— Из опыта.

Ричард провел руками по лицу и волосам.

— Кара… я неправ. И я очень часто совершаю ошибки. Не воспринимай, пожалуйста, мои слова всерьез. Иногда я говорю то, что не думаю. Просто я не выношу, когда во мне копаются, — произнес он, медленно расставляя слова.

— Я не копаюсь, Ричард. Я единственный человек, который говорит тебе правду. И пусть даже горькую.

— Но я не изменюсь.

— Я же изменилась.

— А если я не хочу?

— Ты уже меняешься. Хочешь ты этого или нет. Но твоя жесткость к самому себе — это зависимость. И от нее очень трудно избавиться.

— Знаешь такое выражение: бывших наркоманов не бывает, — сказал Ричард, глядя в угол комнаты.

— Перед тобой сидит живое опровержение этого выражения, — холодно ответила Кара.

— Не понял… — медленно произнес Ричард, наклоняясь к Каре и заглядывая ей в глаза. Его брови изогнулись, а лицо исказилось смятением. — Кара… — сорвалось едва слышное дуновение с его губ. — О чем ты думала? — прошептал он, придерживая ее за подбородок и все еще глядя в ее синие глаза, будто бы пытаясь найти там ответ.

— О том, — также шепотом ответила она, — что я не могу больше принимать реальность.

И невольные слезы заструились по бледным щекам из ее открытых глаз. Ричард аккуратно вытер их рукой и попросил:

— Расскажи.

— Это длилось около года, — тихо начала Кара после минутной паузы. — Я тогда жила с родителями. Это было то время, когда живешь одним днем. Думать о будущем просто смешно. Каждый раз, принимая внутрь, прекрасно понимаешь, что можешь умереть. И все устраивает. А когда доходит до агонии, молишь Бога, чтобы остаться в живых. И потом все по кругу. Наркотики временно дают тебе искренность, открытость, энергию, но они забирают их из твоего будущего. Потому что уже на следующий день тебе хочется умереть. А когда я уехала от родителей, я покончила с этим. Тут нужно четко понимать, зачем ты это делал, чтобы суметь остановиться. Моя жизнь стала лучше, и я смогла обходиться без искусственной реальности. Я не жалею обо всем этом. Если бы не эта химия, я точно сошла бы с ума. А так я находилась будто бы в искусственной коме для психики. Сила воли и четкое понимание «для чего» играют здесь главную роль.

Кара прикурила еще одну сигарету.

— И ты больше к этому не возвращалась?

— Когда прошло полгода, я решила проверить себя и попробовала опять.

Ричард слушал, затаив дыхание. Казалось, он улавливает каждый вздох, каждое движение.

— И я подумала: «В каком же дерьме я была тогда, если мне ЭТО казалось спасением». После того как я попробовала, мне стало плохо, и, когда эффект прошел, я думала лишь о том, насколько же отвратительно я чувствовала себя раньше, если для меня это было хорошо. Но если ты думаешь, что было просто, — ты ошибаешься. Мне понадобилось около года, чтобы полностью забыть о наркотиках. Это как если бы ты испытал самое прекрасное, самое яркое чувство в жизни, узнал, какой очаровательной может быть жизнь, и добровольно отказался от этого.

— Но ведь тебе не понравилось то, что ты почувствовала от них спустя год, — бесцветным голосом сказал Ричард.

— Это потому, что я взяла самое безобидное из соблазнов, которые у меня были. Но даже этого было достаточно, чтобы удостовериться в их ненужности.

— Почему не взяла самое сильное?

— Я не настолько себе доверяю. Тем более именно его эффект было сложнее всего приглушить в памяти. Я не хотела будить такие острые воспоминания и потом опять стараться забыть.

— Как ты сделала так, чтобы тебе ничего о них не напоминало?

— Я прекратила отношения со всеми употребляющими друзьями.

— Не жалеешь?

— Были люди, с которыми можно было поговорить, но и отбитые тоже присутствовали. Я не жалею, потому что среди наркоманов друзей нет. Любой продаст тебя ради очередной дозы или денег на нее. Но тем не менее они принимают тебя таким, какой ты есть, на что практически не способны обычные люди.

— Хорошо хоть ты не влюбилась ни в кого из них… А то такие случаи ничем хорошим не заканчиваются.

— Это ты меня, Ричард, плохо знаешь, — с горькой усмешкой ответила Кара.

Ричард снова уставился на нее с серьезным выражением лица. В его глазах появились сочувствие и переживание за другого человека, так ему несвойственные.

— Все окончилось грустно?

— Более чем.

— Чем?

— Он меня чуть не убил, потом не сделал ровно ничего, чтобы меня спасти. В итоге я сама со всем справилась и бросила его, хоть продолжала любить даже после этих его отвратительных поступков. Он мне сильно отомстил после этого, но вот я здесь, цела и невредима, а у него опилки вместо мозгов после десятилетнего марафона.

— Иди сюда, — позвал Ричард, протянув к ней руки, и, когда Кара придвинулась ближе, крепко обнял ее.

Они сидели так близко друг к другу, что подбородок Ричарда зарылся в ее алые волосы, и Кара чувствовала, как бешено стучит у него на шее пульс. Его глаза были направлены в пустоту, и в глубине их была сконцентрирована вся боль юной девушки, будто он пропустил ее через себя.

— Ты меня спас, Ричард, — прошептала она ему в шею. — Ты подарил мне новую жизнь, когда я расщепилась той весной два года назад. Ты дал мне убежище, когда мне было некуда уйти.

Он погрузил руку в ее локоны и сильнее прижал к себе, прислонившись щекой к ее волосам.

Когда Кара уснула, с заплаканными глазами и опухшими губами, Ричард еще долго изучающе всматривался в ее лицо. Она была слишком юна для всех событий, свалившихся на ее голову, но выдержала их с мужеством. По ее лицу нельзя было сказать, что она испытала столько трудностей, и только веки, отяжелевшие под грузом пережитого, говорили об обратном.

Глава 37. ПА

Глава 37. ПА

Раздался крик. Ричард вскочил, озираясь спросонья. Кара кричала сквозь сон и держалась руками за голову. Ее тело дергалось в судорогах. Из соседней квартиры сразу же выскочили Местные и озирались по сторонам в поисках нападавшего. Ричард подскочил к Каре и обхватил ее голову. Он закатил глаза и сосредоточился. В тот же момент из Кары вырвалось что-то нематериальное и унеслось прочь. Она смогла проснуться и открыла глаза. В них читались страх и отчаяние. Она села, но ее не переставало трясти.

— Уйдите все, — сдавленно произнесла Кара, прикрывая лицо руками и глядя сквозь пальцы прямо перед собой.

«Никуда мы не пойдем», «А что случилось?» — послышались голоса местных. И лишь Ричард смотрел на нее обеспокоенным и ошарашенным взглядом. Ему хватило нескольких секунд, чтобы понять, что сейчас произойдет.

— На выход, — скомандовал он повелительным тоном, не терпящим возражений, но все медлили.

— УЙДИТЕ ОТСЮДА! — закричала Кара, и из нее вырвалась серебряная волна. Прежде чем она достигла членов команды, Ричард развел руки, и все разлетелись в разные стороны. Он — за дверь, а Местные — через стену, откуда пришли. Его реакция была молниеносной и, судя по всему, стала спасением для всех.