Хранительница

Нет, никогда.

Конечно, я всё ещё злился, но это не значило, что я её не любил.

Я исправлюсь и вернусь к тебе, Ангел.

– Неро?

– Да?

Послышался скрип, заставивший меня поморщиться. Наверное, он улёгся на свою койку, сон на которой был куда хуже сна на том же полу.

– Когда ты вернёшься?

– Скоро, Малыш, – прошептал Неро. – Скоро.

Глава 30

Два месяца спустя

Иметь деньги – очень приятно.

Я могла есть и пить, что хотела, одеваться, во что хотела, и учиться там, где хотела. Но только не быть с ним.

И весь смысл терялся.

За последние два месяца я не прожила ни одного счастливого дня. Вероятно, потому что была зависима от Деметрио Асторе?

Он – мой эндорфин.

С ним я впервые за долгое время ощутила себя легко, потому что рядом наконец появился человек, который не прибавлял проблем, а решал уже имеющиеся. Жизнь перестала обременять меня с его помощью.

Он – мой дофамин.

Мой любимый. Мой мужчина. Мой ангел смерти.

Тот, кто мне нужен. Часть меня. Я не полная без него.

Он – мой серотонин.

Впервые после того, как жизнь стала рушиться, я почувствовала себя в безопасности с ним. В его объятиях. Так как знала, что существует человек, который пойдёт на всё, чтобы защитить меня от угроз внешнего мира.

Он – мой окситоцин.

Я не знала, как доверять мужчинам. Но он – единственный, кто не просто заслужил моё доверие, но ещё и не потерял его спустя время. А также унял страхи. И избавил от тревоги.

Деметрио Асторе синоним «счастья».

Мне всё равно, если для кого-то это неправильно. Всё равно, что я люблю мужчину, который, наверное, больше не любит меня. Я буду хранить воспоминания с ним как самый драгоценный опыт.

Несмотря на то, что впереди вся жизнь, а мне пока всего восемнадцать.

Восемнадцать.

Сегодня.

***

– Сюрприз! – прокричала я, неожиданно раскрыв изнутри дверцы большого шкафа прямо перед тем, как это хотела сделать Кая.

Она открыла рот, положила руку на сердце и отвернулась, выглядя напуганной. Отлично, именно то, чего я добивалась. В раздевалке бойцовского клуба было пусто, если не считать нас, поэтому никто не мог увидеть её в таком уязвимом положении. Только я. Она ведь не станет злиться? Ей априори не нравилась мысль о том, что кто-то может знать, что ей бывает страшно, будто она – не живой человек. Я понимала причину её поведения, но со мной ей не нужно было притворяться.

– С днём рождения!

Я спрыгнула на пол и тут же обняла её. Шоколадные распущенные локоны защекотали моё лицо. Мне уже не терпелось заплести ей косы перед боем, как обычно. Они так ей шли! Кая громко выдохнула, и её руки крепко сжались вокруг меня.

– Спасибо, но не шути так больше. – Улыбка читалась в тоне девушки. – В конце концов, мне уже не восемнадцать.

Всё верно, сегодня ей исполнилось девятнадцать. И она, кстати, собиралась скрыть от меня этот факт!

– Как ты узнала?

М-м-м, ей это не понравится…

– Родриго.

Кая резко схватила меня за плечи и оторвала от себя, чтобы посмотреть в мои глаза.

– Ты ходила к нему?

– Нет, – успокоила её я. – Нет. Я просто услышала, как он упомянул об этом в телефонном разговоре с кем-то.

Облегчение показалось на её веснушчатом лице. Она притянула меня обратно в объятия и сделала это в разы сильнее, чем раньше.

– Не ходи к нему одна, – прошептала Кая. – Никогда.

Она твердила мне об этом на протяжении полугода, начиная со дня нашего знакомства. После смерти мамы никто не беспокоился обо мне, поэтому сначала я воспринимала её навязчивую заботу в штыки, пока не поняла, что она не может иначе. Потому что я тоже беспокоюсь о ней.

Это место и его хозяин – отстой.

В отличие от Каи, я не сильно интересовала Родриго. Практически всё его внимание сосредотачивалось на ней, поэтому ей было не о чем переживать, несмотря на то, что его лысоголовые охранники совершенно не внушали мне доверия.

Однако лучше ей об этом ничего не знать.

Она не побоится вступить в бой с мужчиной или несколькими.

– У меня есть подарок, – желая перевести тему, призналась я.

Пришлось приложить усилия, чтобы выбраться из хватки девушки, которая пыталась удержать меня всеми силами.

– Эбигейл…

Я отмахнулась от неё и залезла обратно в шкаф, чтобы вытащить оттуда заранее подготовленный лист.

Кая волновалась, что я потратилась, но у меня совсем не было денег для того, чтобы сделать ей подарок, который она на самом деле заслуживала, поэтому пришлось подключить фантазию. Конечно, я могла подарить ей неделю своего молчания. Это бы ей понравилось, так как она едва не плакала, когда я без умолку тараторила о чём-то, связанном с медициной.

Однако мой выбор пал на кое-что более значимое.

– Что это? – нахмурившись, спросила Кая, когда я передала ей в руки самый обычный белый лист.

– Читай.

Она, о Боги, послушалась меня, и её глаза быстро забегали по словам на бумаге. Я взяла его в школьной библиотеке и там же напечатала свидетельство о нашем сестринстве.

Мне не терпелось узнать, что она думает по этому поводу.

Кая много значила для меня, и я хотела, чтобы ей было известно об этом. Она – единственный родной мне человек. Из живых.

Всё внутри сжалось, когда она стала молчать подозрительно долго. Но не успела я ничего спросить, как девушка наклонилась и вновь прижалась ко мне. Наши грудные клетки врезались друг в друга.