Хранительница

– Хочешь сказать, какой ценой? – Тон Арабеллы на мгновение изменился, будто она горько улыбнулась. – Большой. Только ты не сделал ничего плохого. Эбигейл влюблена в тебя, потому что ты заслужил быть любимым ей.

Я закачал головой, будто она видела меня. Моё несогласие с ней, потому что это было бы именно так, как она говорила, при условии, если бы я не навредил Ангелу. Если бы не лишил её невинности.

– Как бы ты ни старался, Деметрио, она всегда будет находиться в опасности здесь. Однако ты не можешь отпустить её, потому что вне ей ещё опаснее. Она сильная девочка, тем не менее…

Я был свидетелем двух нападений на неё ещё до того, как она начала работать с синдикатом. Знал, что с пятнадцати ей приходилось участвовать в боях без правил, потому что её отец, который никак не был связан с криминалом, использовал свою дочь как залог. Мир – дерьмо. И мой, и её.

– Эбигейл была здесь для тебя, но смогла помочь нам.

И что-то мне подсказывало, что она имела в виду совсем не Каморру, а себя. Я чего-то не знал?

Они на удивление поладили, несмотря на то, что Арабелла – не самый приятный для общения человек. Хоть я и запрещал кому-либо говорить о ней плохо, это правда. Эбигейл каким-то образом нашла к ней подход, а та в ответ занесла её в число своей семьи. Я не знал, из-за меня это или они на самом деле установили связь.

– Она молода, – напомнила Арабелла. – Но и ты тоже.

Мои плечи задрожали, когда в голове вспыхнуло число, внезапно ставшее ненавистным мне.

Семнадцать. Семнадцать. Семнадцать.

Слишком молода.

Я встал со своего места, подошёл к двери, но не взялся за ручку, чтобы провернуть её и впустить Арабеллу внутрь, а вместо этого сказал лишь одно-единственное слово:

– Уходи.

Она не стала противиться моей просьбе, тут же поднявшись с пола. Только прежде чем уйти, просунула под дверь тонкую папку. Дождавшись, когда Арабелла оставит меня и окончательно покинет этаж, цокая каблуками, я поднял папку, чтобы узнать, что же находится внутри.

И как только открыл её, перед глазами показалось лицо моей любимой. Сердце забилось чаще, когда я стал читать данные.

Имя: Эбигейл Ева Девора.

Дата рождения: 2 октября 2005 год.

Место рождения: Карсон-Сити, Невада, США.

Я должен был догадаться, так как мысли о ней преследовали меня не с её фальшивого дня рождения, а… Господи… Эта девушка была рождена в день памяти ангелов-хранителей.

Поистине Святая.

Я стал листать файлы один за другим в надежде найти ещё хоть что-то о ней, однако все они были пусты от информации. Вернувшись к самому началу, закрыл папку, чувствуя прилив ненависти к самому себе.

Ублюдок.

Телефон неожиданно зазвонил. Раздражающий звук проник в мою черепную коробку и начал биться о её грани прямо изнутри, мешаясь с эхом в ней. Я планировал просто проигнорировать звонок, но он не прекращался, пока я не стащил телефон с тумбы, собираясь швырнуть его об стену.

Но и этого не сделал, потому что скрытый номер остановил меня, заставив нахмуриться. Кто это? Не так много людей могли позвонить мне. Тем более так. Только…

Я принял звонок и приложил дисплей к уху.

– Неро?

Я не слышал его голос так давно, что боялся не узнать его. Обычно он разговаривал с Дэниелом. Быстро и по делу.

– Кто же ещё, Малыш?

Малыш.

Я очень надеялся, что никто нас сейчас не прослушивал. Меня не смущало, что он называл меня так с тех пор, как я был ребёнком, но не когда находился в окружении тюремщиков, которые могли немного не так его понять. Хотя ему было плевать.

– Кто тебе сказал?

Неро явно знал, что что-то произошло.

– Дэниел, – не став лгать, ответил брат. – Он ничего мне не объяснил, так что поторопись. У меня не так много времени.

Я попытался вспомнить разницу в наших часовых поясах, но всё, что не было связано с Эбигейл, вылетело из головы. Или я нарочно забыл это, чтобы освободить память для каждой мелочи о ней.

От осознания этого стало только хуже, потому что я не мог думать ни о чём, кроме этой девушки. Мысли о ней преследовали меня на каждом шагу. Я не знал, как жить по-другому.

Моё молчание продлилось слишком долго, поэтому Неро спросил:

– Где ты?

Его голос вытащил меня из подсознания, вернув обратно. В Неваду. Рино. Домик в лесу. В мою комнату. Без неё.

– Я… – Посмотрел по сторонам, словно забыл, где находился, усаживаясь на край кровати. – Дома.

Он знал, что это значит.

Я провёл в этих стенах больше времени, чем в собственной квартире в Лас-Вегасе или доме отца. С этим местом были связаны все воспоминания о детстве, которыми я дорожил.

Кроме одного самого главного.

Когда я чуть не умер.

И встретил её.

– Что случилось, Малыш?

Я сгорбился, уперевшись локтями в бёдра, желая удариться головой об пол, чтобы по моим вискам потекла кровь.

Боль. Боль. Боль.

Мне нужно было хотя бы ещё немного физической боли, чтобы перестать чувствовать это дерьмовое состояние, пожирающее меня прямо изнутри, словно паразит.

Я стыдился произнести вслух то, что натворил, поэтому сказал лишь:

– Ей семнадцать.

Мне не придётся объяснять ему, в чём проблема. Как и Дэниелу.

На другом конце провода послышался тяжёлый вздох, но Неро не стал медлить:

– То, что она солгала тебе – нехорошо.

Даже не плохо. Он уважал мой выбор и не мог оскорбить девушку, которую, как всем вокруг было известно, я любил. Хотя у него имелись некоторые проблемы с женщинами. И всё из-за его матери. Я даже имени её не помнил. Словно её никогда и не существовало.

Она не сделала для него ничего хорошего так же, как и ничего плохого, если не считать полное отсутствие в его жизни за что-то ужасное.

– Но это только твоё упущение, Деметрио. Твоя женщина должна доверять тебе настолько, чтобы не побояться признаться в том, что может уничтожить вас. Потому что это невозможно.

– Ты не помогаешь.

– Я знаю. А ты перекладываешь ответственность за содеянное на девочку? На двух, если быть точнее. Не этому я тебя учил.

Не стоило напоминать мне о том, что Арабелла с самого начала знала всю правду о ней. Я всё ещё был зол даже после её чистосердечного монолога.

И я не винил Эбигейл. Я просто больше не мог на неё смотреть.