Хранительница

Я могла вернуть ему остаток долга и компенсацию за время, которое скрывалась от него. Заработанного с головой хватило бы на это. Сумма, которую мой отец задолжал ему, казалась мелочью по сравнению с тем, что теперь у меня было.

Только неужели Родриго настолько глуп, чтобы связываться с Каморрой из-за нескольких тысяч долларов?

Нет, дело в чём-то другом.

Совершенно ином. В том, о чём ни я, ни Деметрио даже не думали.

– Чего я хочу?

Я сжала челюсти, когда он потёрся об меня сзади. Этого не случится. Этого не случится. Этого не случится. Мои виски гудели из-за напряжения, которое я испытывала, пытаясь догадаться до его мотивов.

У меня было плохое предчувствие.

– Чего хочешь ты, Эбигейл? – Ублюдок дёрнул лезвие кверху, заставляя меня приподнять подбородок так, чтобы мы смотрели друг на друга во время диалога. – Озвучь нам свои пожелания. Я хочу знать, что ты жаждешь получить к своему совершеннолетию.

Сердцебиение участилось, когда я поняла, чего Родриго хочет на самом деле.

Зачем ему это? Как это связано?

– Нет, пожалуйста, – шепотом взмолилась я, когда взгляд затуманился.

Деметрио должен был узнать правду от меня.

Не так. И не здесь.

– Почему? – удивился мужчина. – Твой парень не знал, что всё это время трахался с ребёнком?

Его слова стали началом конца.

Я почувствовала себя так, словно смотрела на приближающийся ядерный гриб, который собирался убить меня, а я ничего не могла с этим поделать.

Время вышло.

Первые слёзы скатились по моим щекам, когда я перевела взгляд на Деметрио. Он никогда не выглядел так растерянно. Его светлые брови хмурились, рот был слегка приоткрыт.

Он ничего не спросил, поэтому Родриго продолжил:

– Правда, сначала я даже поверил, что дети решили отличиться от родителей. Новое поколение Каморры отчасти возомнило себя героями.

Это было не так.

То есть… безусловно, Деметрио был противоположностью отца, но Каморра продолжала свою деятельность.

Синдикат тряс деньги из богатых, устраивал гонки, втягивал людей в азартные игры. И не только. Однако Глава прекратила насилие над детьми и женщинами, продажу органов и подсаживание малоимущих на иглу. Каморра не стала беднее после нововведений. Она стала… чище. Человечнее. Несмотря на то, что в число солдат входили и всегда будут входить такие, как Деметрио.

Те, кто жаждут кровопролития.

– Я был поражён, увидев тебя на той вечеринке. Даже собирался подойти, – признался Родриго. – Пока не заметил, на кого ты смотрела.

Он тоже там был? Я бы узнала его даже в маске.

Только его старое лицо. Не новое.

– И кто смотрел на тебя.

Зубы забились друг об друга, потому что моё тело сотрясалось от истерики, которую я старалась сдерживать внутри.

– Каково было моё удивление, когда я узнал, что твой тайный поклонник – никто иной, как сам Деметрио Асторе. – Ублюдок громко рассмеялся. – Ходило много слухов, но я правильно делал, никогда в них не веря. Меня не обманешь.

Наоборот. Легко поверить в образ.

Сложно отыскать что-то хорошее в плохом.

Особенно когда ты даже не пытаешься это сделать.

Пальцы Родриго в разы сильнее впились в мою кожу. Его смех сменился раздражением.

– Ты приходишь в мой клуб, убиваешь моих людей и говоришь мне, как я должен работать, имея отношения с ней!

Он дёрнул меня, напоминая Деметрио о его поражении, словно с тех пор, как он узнал правду, он не смотрел только на меня.

Только на меня.

Моё горло порезалось, но мне было всё равно на это. Боль, которую я уже испытывала, была сильнее и заглушала любую другую.

– Это вседозволенность Каморры, или она солгала тебе о своём возрасте, Деметрио? Даже не знаю, какой ответ хочу услышать больше. Хотя какая разница? Это ничего не поменяет. Ты в любом случае останешься тем, кто ты есть.

Хватит! Мне хотелось закрыть уши, чтобы не слышать всё то, о чём он говорит.

– Ну же, – напирал Родриго, – признайся самому себе, кто ты. М-м-м? Кто любит детей? Кто ты?

Я не ребёнок.

А Деметрио не насильник.

И уж тем более не тот, кем его пытается выставить Родриго.

– Каково было трахаться с ней на глазах у Бенджамина? Тебе это понравилось?

Он ничего не знал. Ни-че-го.

Мои внутренности скрутило от тошноты, когда пелена освободила взор и я смогла рассмотреть Деметрио. Он выглядел так, будто был готов вырвать нож из руки Родриго и вонзить его в своё сердце.

Не слушай его.

Не слушай его.

Не слушай его.

Я давилась собственными слезами, задыхаясь.

– А я-то думал, где ты пропадала, – обратился ко мне Родриго. – Развлекалась с Каморристом, продолжая принадлежать мне. Чем он лучше? М-м-м? Знаешь, с кем в своё время его отец любил проводить ночи? Не думай, что ты единственная. Слишком…

– Заткнись!

Я ударила его кулаком по яйцам, не задумываясь о том, что одно его неловкое движение – и он убьёт меня.

Однако то, что произошло после того, как Родриго выпустил меня из своей хватки и я упала на стол, обернувшись к нему лицом, заставило меня замереть и забыть об опасности.

Арабелла забралась в кабинет через открытое окно до того, как я увидела её, схватила ублюдка и прижала лезвие к его шее, как он сделал это со мной немного ранее.

Вот чем она нравилась мне – мужчины рядом с ней оказывались в положении беззащитных женщин, когда те были с ними.

– Нужно было сразу тебя убить, – прошептала девушка.

Не теряя времени, Арабелла взмахнула рукой и перерезала ему горло. Кровь брызнула в мою сторону, поэтому я зажмурилась и двинулась вбок, когда тело Родриго повалилось на меня. Но не упала, дойдя до края, потому что Деметрио вовремя оказался рядом. Он придержал меня за талию и отвёл назад. Моя спина упиралась в его грудь.

Тем не менее всего через несколько считаных секунд Деметрио резко отпустил меня, заставив пошатнуться, так как всё это время служил опорой для меня, и больше не прикасался ко мне.