Хранительница

Если бы я мог существовать, не тратя своё время на вздохи и выдохи, то определенно точно потратил бы жизнь на то, чтобы целовать её. Это никогда не надоест мне.

– Теперь я на вкус как шампанское? – спросила Эбигейл.

Как я.

Сладко-солёная.

– Я ещё не попробовал тебя, – вместо этого ответил ей.

В моей голове уже вовсю разворачивалась сцена, как я меняю нас местами и наслаждаюсь её киской на своём языке. Поэтому, желая скорее исполнить эту фантазию, я ухватился за талию девушки, встал со стула и усадил её на него, а сам опустился на колени. Бёдра Эбигейл были уже раскрыта для меня, когда я просунул ладони под платье, задирая его выше, чтобы каждый сантиметр её ног обнажился.

Она тяжело дышала, следя за моими действиями.

Шампанское блестело на её шее и груди, причёска больше не была так идеальна, как когда мы только начали своё представление, а губы оказались слегка приоткрыты, словно ей было мало того, что она уже сделала со мной.

Можем повторить позже этой ночью, Куколка. И завтра утром. Мне никогда не наскучит видеть тебя на коленях перед собой. Надеюсь, я нравлюсь тебе в таком положении так же, как ты мне. Потому что я хочу пожирать тебя каждую свободную минуту, что у меня есть.

– Можешь сказать кое-что?

– Что?

Ей нравилась похвала. Мне тоже.

– Хороший мальчик.

Эбигейл заметно смутилась, расслышав мою просьбу, и её щеки порозовели куда сильнее, чем во время минета. Но она удивила меня, когда перекинула одну из ног через моё плечо со словами:

– Заслужи это.

Кровь ещё не успела отлить от нижней части моего тела, а теперь и подавно не собиралась этого делать.

Я был твёрд исключительно для Эбигейл Асторе.

Не отрывая от неё глаз, стал целовать внутренние стороны её бедер, в то время как она, задыхаясь, тоже следила за мной.

Однако когда дошёл до самого верха и почти снял с неё трусики, кто-то ударил кулаком в дверь, заставив нас оторваться друг от друга и обернуться.

– Открывайте, – прорычали с другой стороны. – Быстро!

Эбигейл мигом спрыгнула со стула, одной рукой поправляя платье, а другой вытирая рот тыльной стороной ладони, будто это помогло бы ей избавиться от моего вкуса на губах.

Ни за что.

Пока я застёгивал брюки и искал рубашку, она уже привела себя в порядок и отворила дверь Арабелле. Та не медля вошла внутрь, заперла нас на замок и только после этого заметила, как мы выглядим.

Она посмотрела на ублюдка на диване, и её губы искривились.

– Как быстро?

– Даже не успели ничего сделать, – тяжело дыша, ответила Эбигейл.

Карие глаза девушки внимательно прошлись по нам обоим. Невозможно было скрыть то, чем мы занимались.

Ангел была липкой, а я удовлетворённым. По нашим лицам была размазана помада, на моём торсе проявлялись царапины, а платье Эбигейл потемнело из-за пролитого на него шампанского.

– Да, я заметила. Совсем ничего.

Я усмехнулся, начав застёгивать рубашку, попутно разглядывая её саму. Она никак не изменилась. Всё было в порядке. Я почувствовал ещё большее облегчение, удостоверившись в этом.

– Что ты подсыпала ему? – спросила Эбигейл, любопытство которой не засыпало ни на миг.

– Димедрол.

– Как много?

– Одну дозу, разумеется. Он нужен нам живым.

– Значит, он проснётся примерно через четыре часа.

– Умная девочка, – похвалила её Арабелла, подойдя к нему. – А пока я поимею с него кое-что, чтобы нам не пришлось возвращаться к нему позже.

То, зачем мы должны были прийти только в следующий раз.

Арабелла наклонилась, взяла Бенджамина за кисть, вытащила член из штанов его же рукой, после чего сделала так, что он сжал ладонь вокруг своей длины, и стала вводить ей вверх-вниз.

Эбигейл, сморщившись, отвернулась от этого зрелища. Арабелла, в свою очередь, то закатывала глаза к потолку, то смотрела на меня.

– Что с твоим?

Мы не планировали собирать биоматериал с каждого, потому что не смогли бы, однако раз выпал такой шанс для пущей уверенности, стоило заиметь дополнительные доказательства.

– Я потратила свою дозу на вас, – напомнила она, продолжая дрочить ублюдку, – пришлось импровизировать.

– Ты убила его? – спросила Эбигейл.

– Нет, – от части разочарованно выдохнула Арабелла. – Только придушила чуть сильнее, чем он просил.

Мы с Ангелом одновременно улыбнулись, посмотрев друг на друга. Затем я помог ей сполоснуть руки, найдя несколько бутылок воды, но отказался смывать с её груди шампанское, всё ещё держась за идею сделать это позже самостоятельно. В завершение перешёл к нашим испачканным лицам, хотя какая-то часть помады всё равно осталась на них.

Спустя минуту Бенджамин сдался, пролив своё семя, которое Арабелла тут же собрала в специальную ёмкость. И на всякий случай, проверив комнату на наличие камер, которых в ней не оказалось, сделали всё так, чтобы после пробуждения ублюдок решил, что его оргазм был настолько силён, что он потерял сознание.

Мы предельно осторожно шли по коридору, желая выйти из здания незамеченными, когда Эбигейл решила поинтересоваться:

– Почему это так важно для вас обоих? Почему бы не оставить это для тех, чья работа вылавливать таких, как они?

Полиция. ФБР. Интерпол.

Мы были в их списке.

А они в нашем.

– Потому что им всё равно, – выплюнула Арабелла, разделяя моё желание вернуться и покончить с этим. – Они среди них.

Ублюдок, посчитавший Эбигейл слишком взрослой для того, чтобы заставить его член подняться, работал в министерстве юстиции вместе со своей дочерью, которая присутствовала в той комнате вместе с нами.

Я был абсолютно уверен, что это он создал монстра внутри неё. Ей было слегка за тридцать, но она предпочитала проводить много времени наедине с мальчиками вдвое младше себя.

Отец извратил её.

Но это не значило, что мы позволим ей избежать наказания. Много лет назад Дэниел стал жертвой не только мужчин, но и женщин, чьи вкусы в разы превосходили её.

– Это личное, так ведь? – вспомнила девушка. – Что когда-то случилось?

Мы с Арабеллой переглянулись, так как никогда не обсуждали эту тему даже друг с другом. Нам было известно, что это произошло. И этого было достаточно для того, чтобы начать мстить.