Художник

И пока эльф хлопал глазами, из кибитки вылезла Мама Роза. Подойдя к Тони, она спокойно положила свою коричневую руку на его локоть.

– Я согласна с ними, Тонимэл. А твое эльфийское высокомерие частенько отталкивает от тебя тех, с кем можно было бы разделить отрезок жизненного пути.

Тот молча сбросил с локтя ее руку, развернулся и ушел в лес.

– Да что ж вы все воюете, а?
– устало поинтересовалась Мама Роза.
– Чего не поделили на сей раз?

– Марж.
– Неохотно сказал Иржи, надевая на босые ноги нарисованные ботинки.
– А ничего так получилось.
– Похвастался он, утаптывая подошвами траву.
– Жаль, что я не умею рисовать носки.

Без аппетита пожевав вчерашнюю кашу и огурцы, мальчишки вымыли посуду и собрали разбросанные по поляне вещи в фургон. А Мама Роза запрягла лошадку. Вновь воткнув дерн на место костровища и полив его водой, Иржи подхватил йонси, закусившую недоеденной колбасой, и посадил ее на сложенные одеяла внутри кибитки.

– Все, - сказал он, внимательно осмотрев место ночлега, - можно ехать.

И, запрыгнув на козлы, взял вожжи в руки. Йожеф устроил Маму Розу под тентом среди подушек. Старая ромаалка с утра чувствовала себя неважно.

– Ты хоть раз управлял фургоном, Иржи?
– спросила она слабым голосом.

– Фургоном нет, но в бегах участвовал. Вроде справлялся.
– Оптимистично ответил Иржи.

Мама Роза рассмеялась.

– Это все равно как сравнить горного тролля с тощим гномом, лезущим в золотоносную штольню. Будь осторожен, мальчик!

– Хорошо, Мама Роза, я потихонечку. Йожеф, попробуй ее немного полечить, пока мы в пути.
– И он легонько пошевелил вожжами. Умная кобыла вздохнула и тронулась по вчерашним следам на дорогу.

– Иржи, а как это сделать?
– Голова Фаркаша выглянула в прорезь тента.

– Попробуй увидеть ее ауру. Прикрой глаза и немного наклони голову, словно смотришь на нее искоса, но не рассматривай. Помнишь ведь, когда ведешь машину, глаза у тебя смотрят вперед, а обочины все равно видно? Вот здесь тоже самое. Приглядись, вокруг нее есть прозрачное сине-желтое пятно, выходящее краями за контуры тела.

Фаркаш так пыхтел, что его было слышно сквозь фырканье и топот лошади.

– Ну что, увидел?

– Н-не знаю, но у того, что я вижу, оборванные края. Там, где желтое. И темное пятно внизу живота.

Удивленный таким скорым результатом, Иржи обернулся и взглянул на дремлющую ромаалку. Лошадка, почувствовавшая обвисшие поводья, тут же пошагала к ближайшему кусту и начала щипать листики.

– Да, - протянул Иржи.
– Ты большой молодец!
– Снова повернувшись к одной слишком умной лошадиной силе, он шлепнул ее вожжей и вернул на дорогу. С сожалением посмотрев на аппетитный куст, скотинка медленно потопала дальше.

– И нечего на меня обижаться! Все утро лопала!
– укорил он ее.
– А теперь надо поработать. Йожеф, - снова вернулся он к технике лечения, - посмотри, пожалуйста, на ее голову. Что ты видишь над ней? Прямо над темечком. Только не торопись. Рассмотри внимательно.

Темную хвою деревьев пронизывали прямые белые лучи. В них кружились, подставляя крылья свету, бордовые и ярко-синие бабочки с резными крыльями. Иногда мимо лошади с гулом пролетали большие мухи. На секунду притормозив в раздумье, они улетали дальше, поскольку эльф вчера намазал ей шкуру едко пахнущей тиной, а затем - отваром мяты. В кустах, сбившихся в кучу на солнечных местах, что-то трещало и попискивало. Высоко поднявшееся голубое солнце нагрело древесные макушки, и они источали сладковатый смолистый запах, кружащий голову и вызывающий неодолимое желание растянуться на травке и немного поспать на толстом и мягком слое слежавшихся за много лет плоских иголочек.

Иржи тряхнул головой, отгоняя сон. Из-за деревьев внезапно выскочил маленький олененок. Испуганно взглянув на фургон, он снова нырнул в сумрачную чащу. Юная дриадка, вышедшая из дерева на воздух, помахала парню рукой. Он улыбнулся ей в ответ. Может быть, этот мир не отторгнет от себя двух скитальцев, появившихся на свет совершенно в ином месте? И действительно, им с Фаркашем обязательно надо учиться, раз судьба дала шанс на новую жизнь, новые встречи и необычные способности. И надо еще раз попробовать обернуться драконом. Тогда все произошло быстро и спонтанно, и он даже не успел почувствовать вкус полета. Но расправить крылья, срезая гребни облачных туманов и закрутить уходящую вверх спираль вокруг бьющих с небес солнечных лучей... какое, наверное, это счастье!

– Я увидел корону!
– тихо сообщил Фаркаш, поскольку Мама Роза дремала, пригревшись у теплого бока йонси.
– Как будто из пространства к ней в макушку входят семь разноцветных лучей. Как радуга, Иржи.

– Молодец, Йожеф. А теперь взгляни, какой луч должен питать тот орган, где ты увидел темное пятно?

– И смотреть нечего. Красный. Кстати, он - самый тонкий!

– Хорошо. А теперь попробуй наполнить этот луч. Прогнать по нему прану. Только понемногу.

Йожеф опять запыхтел, а Марж замурлыкала. Фургон мягко подпрыгивал и переваливался через корни деревьев, вытянутые поперек узенькой просеки. Где-то наверху щебетали птицы, разбирающие свои территориальные притязания и не обращающие внимания на неспешно катящийся по земле полосатый экипаж.

– Я попробовал.
– Сообщил минут через пятнадцать Фаркаш.
– До пятна доходит - а дальше - никак!

– Тогда собирай радугу в белый луч и попытайся растворить им пятно. Нам надо узнать, что оно скрывает.

Постепенно деревья становились тоньше, а подлесок - гуще. Небольшая просека расширялась, выращивая на своих обочинах высокую и густую траву. Значит, скоро они снова выйдут на южный путь.

– Ну что там, Йожеф?

– Я, конечно, могу ошибаться, но там, где у женщины должна быть... ну, эта...

– Матка?

– Ну да, - проглотил слово Фаркаш, - там сидит что-то вроде паука с длинными ножками, впившимися в ее стенки.

– Вот как?
– Задумчиво произнес Иржи.
– Странно, что она не обращалась к целителям. Давай попробуем так: ты берешь белый луч и постепенно выжигаешь его ножки, подбираясь к телу. Но само тело не трогай. Если будет плохо, сразу переставай. Это очень тяжелая и долгая работа. Думаю, с твоими, да и моими силами мы за один раз не справимся.

– Иржи, - Йожеф опять высунул голову.
– А откуда ты все это знаешь?

– Разве ты уже позабыл, что я - граф Измирский? Меня хорошо учили, парень. В том числе и йоге. И если в этом мире языком магии является латынь, то почему бы не попробовать лечить принципами йоги?

– Точно! А что еще ненужное, на первый взгляд, было в нашем мире?

– Придет время, вспомним. Кстати, если у нас будут деньги, надо купить в городе фляги и клинки. Вроде вокруг тихо, но кто знает?

– Ну, думаю, моего приза на обувь и одежду для тебя хватит точно. Фляги купим. А по поводу оружия... Мама Роза ведь гадалка? Она станет гадать, ты - рисовать, я - метать ножи!