Исповедь убийцы

Высокая узкая дверь распахнулась и из шкафа выступила, иначе и не скажешь, уже знакомая мне по стычке в библиотеке блондинистая помощница Александра. Что она тут забыла, интересно знать?

Я мгновенно напряглась, инстинктивно потянувшись к сумке, в которой между тетрадей с конспектами лежал нож с очень тонким лезвием, почти стилет. Краем глаза я заметила, как лицо Нэнси приобрело выражение мольбы, а нижняя губа смешно выпятилась, но сделать поблажку врагу?.. Нет уж, увольте. Я была до предела собрана и готова в любую секунду броситься на Селину. Терпеть рядом с собой непонятную по поведению вампиршу из свиты Александра казалось мне бредом.

— Я всё могу объяснить! — выступила вперёд Нэнси, испуганно распахнув глаза.

Марго не ответила, но посмотрела на вампиршу с таким видом, будто вынесла ей смертный приговор. Я решила вмешаться, пока не поздно. С меня хватило почти состоявшейся ночной дуэли, незачем было накалять обстановку.

— Прекратите немедленно! — бросила я почти без эмоций, вклиниваясь между тремя взвинченными до предела вампиршами. — Брейк! Давайте решим дело мирно. Хватит устраивать битвы народов.

Нэнси просияла, энергично кивнула в знак согласия и отошла поближе к Селине, словно давала понять, что доверяет ей. Та начала что-то быстро говорить, как всегда путая времена и наречия. Я даже не была уверена, что там был один язык: моего образования хватило выявить английский, немецкий, латынь, испанский и немного итальянского. Создавалось ощущение, будто я стояла рядом с корреспондентами на каком-нибудь международном событии, и эти корреспонденты вели свои репортажи одновременно со всех сторон.

— Марго, дашь им время всё объяснить? — обратилась я к своей грозной телохранительнице.

— Я всего лишь пытаюсь сохранить спокойствие…

— … внося хаос, — осторожно закончила я её мысль.

— Возможно. Я, правда, в отличие от Нэнси не покрываю преступниц!

— Per risum multum debes cognoscere stultum*, — внезапно произнесла Селина, выступая вперёд. Судя по гневной интонации, она сказала что-то резкое в адрес Марго. И почему меня это не удивляло?

Хм… А всё-таки необычно было слышать такую чистую и правильную латынь, потому что я уже привыкла максимум к итальянскому в исполнении мистера Брауна. Что же будет дальше? И кто мне переведёт слова Селины, вот в чём вопрос?

— Что она сказала? — хмуро спросила Марго, и мне захотелось пуститься в пляс. Она тоже не знала латынь! Неожиданный недостаток для старого вампира.

— Дословно переводить не буду, но Селина невысокого мнения о твоих умственных способностях, — улыбнулась Нэнси, на всякий случай отходя подальше от Маргариты.

— Что? Да как ты смеешь такое говорить?

— Peraant qui ante nos nostra dixerunt! — с достоинством ответила Селина.

— Пусть погибнут те, кто раньше нас высказал наши взгляды, — продублировала Нэнси.

— Какое чудо! И кто же говорил обо мне подобное?

— Алекс, — коротко и понятно бросила белокурая вампирша.

— Я не удивляюсь. И что ещё он говорил, если не секрет?

— Multa renascentur, quae jam cecidere.

— Многое может возродиться из того, что умерло.

— Бред, если честно. А теперь ответь, раз уж ты такая разговорчивая, зачем ты здесь? Шпионишь для своего хозяина? Втираешься в доверие?

— Faber est suae quisque fortunae, — обиженно заявила Селина.

— Каждый сам кузнец своей судьбы, — не менее обиженно перевела Нэнси.

— Это так, но не судьбы вампира-убийцы, — вмешалась я, пока ещё оставалось немного времени.

Мне хотелось поскорее вернуться домой и сделать пару звонков, чтобы выследить Александра без помощи городских монстров. Даже новенький по имени Эрик меня мало интересовал: собственная шкура была дороже.

— Селина не виновата, что совершила ошибку и присоединилась к Маркула!

— Нэнси, ты сама-то в это веришь? — поддержала меня Марго. — Её никто палкой не гнал на сторону этого психа. Она сама приняла неверное решение, так почему мы должны быть к ней снисходительными? Пусть её Александр жалеет!

— Чёрт, история приняла странный поворот, но мне, наверное, уже пора домой, — сказала я донельзя расстроенным голосом.

Тревожный звоночек интуиции просто вопил о том, чтобы я торопилась и покинула галерею как можно скорее. А мне было не в новинку слушать своё чутьё, которое имело особенность очень редко меня подводить.

— Маргарита, останься здесь. Не могу же я спустить это дело на тормозах!

— Возьми мою машину и езжай, если так нужно. Я вечером загляну в гости и всё тебе расскажу, — безучастно бросила Марго, не отводившая от Селины настороженного взгляда.

Я кивнула всем на прощание и постаралась как можно скорее покинуть здание галереи, кожей чувствуя витавшую в воздухе угрозу. И то ли она исходила от Пирс, то ли от Селины, то ли мои расшалившиеся нервы решили устроить мне американские горки собственного изготовления — всё это оставалось за гранью моего понимания.

«Ягуар» стремительно сорвался с места, хотя я надавила на педаль газа совсем чуть-чуть, помня прошлую поездку на «Феррари». Из-за моей ошибки я едва не впечаталась в проезжавшую мимо развалюху, когда-то называемую «Фордом», а теперь жуткого землистого цвета с ржавыми пятнами по всему кузову. Мне вслед понеслись весьма нелестные отзывы о чайниках за рулём. Ну, и чёрт с ними! Попробовал бы сам водить такого зверя! Да его машина — это памятник автопрома середины прошлого столетия, ведро с гайками.

Дома, как ни странно, никого не оказалось. В записке, которую я нашла на столике в прихожей, было написано, что Тамина снова отправилась к своей знакомой в отель. Вернётся она оттуда минимум завтра, если не возникнет каких-нибудь трудностей или заманчивых предложений. Неужели свобода? Никакого контроля, никаких подколок или риска, что мои похождения заметят! Значит, я смело могла подготовиться к визиту любого нежелательного гостя, совершенно не боясь, что мама начала бы спрашивать, чем я занимаюсь.

И первым делом я собралась перепрятать «Жизнеописания Великих», за которыми наверняка и вернулся пресловутый Александр Маркула.

Но сначала я пошла на кухню и, к сожалению, ничего вкусного в холодильнике не нашла. Ничего, вечером будет пицца, если я действительно заночую дома, а не где-нибудь у новых знакомых или сидя во дворе и карауля непрошенных гостей. Теперь было бы неплохо позвонить Питеру. Где он? Где его семья? Когда он вернётся и вернётся ли вообще? Куда именно он поехал и с какой целью? На охоту или просто так? Вопросов с каждым часом становилось всё больше и больше, они требовали немедленных ответов.

Я набрала давно заученный номер и принялась терпеливо ждать, когда Кроссман возьмёт трубку. Сначала слышались длинные гудки, но затем раздался почти счастливый голос Питера:

— Привет, Эстер! Рад тебя слышать.

— Взаимно. Спрашиваю сразу: почему вы уехали?

— Александр, — было мне ответом.

— Он рядом? — выдавила я севшим голосом.

— Тебе не о чем волноваться, всё под контролем, но в город мы пока не вернёмся. Если что, Марго о тебе позаботится.

— Ты уверен? — спросила я скептически.