Исповедь убийцы

— Ну, мы пришли.

Эрик и я внимательно изучаем незнакомое здание. Кирпичная высотка этажей в восемьдесят. Окна забраны решётками, отчего создаётся впечатление, словно это огромная тюрьма. Крыльцо с широкими ступенями и массивная дверь, как в замках. Всё наводит на мысли об опасности.

Но мы всё равно заходим внутрь, у нас нет выбора. Я остаюсь внизу, чтобы поговорить с постояльцами, а Эрик заходит в лифт. И тут я словно бы становлюсь им. Вот следом за мной заходит страшный бородатый мужик, неся на плече мешок. Тканевый. Мы поднимаемся в полной тишине. Кабина лифта металлическая, панель с кнопками практически не видна, лампа под потолком мигает и почти не светит. Вокруг полумрак. Мне становится по-настоящему жутко. Внезапно свет мигает в очередной раз, и из мешка моего попутчика вырывается что-то ужасное! Это нечто больше походит на большую стальную ящерицу с длинными клыками и когтями. Во мгновение ока она разрывает на мелкие кусочки мужика. Я в панике бросаю сумку и пытаюсь забраться по выступам ближе к потолку лифта. Кровь растекается по полу, а «ящерица» царапает стенки, оставляя глубокие борозды. Я просто в ужасе! Меня колотит дрожь, однако конкретно мне не так страшно, как Эрику. Того выворачивает наизнанку… и неожиданно всё заканчивается! Створки лифта открываются на нужном этаже, монстр убегает, а через какое-то время и я выбираюсь из этого жуткого места. Никого нет. Вообще. Иду в номер, трясущимися руками открываю дверь и бросаю сумку на пол. Закрываю дверь. По лестнице бегу вниз так быстро, что всё сливается в одни сплошные полосы. На одном дыхании спускаюсь на первый этаж…

На этом моменте я снова становлюсь сама собой. Эрик кажется почти безумным от увиденного и пережитого.

— Успокойся. Всё хорошо. Она тебя не тронет, — говорю я убедительно, но не совсем. Перед глазами тоже стоит кровавое месиво на полу.

Эрик внезапно бледнеет и оседает на пол. Его дикий взгляд направлен мне за спину. Я поворачиваюсь и прижимаю ладонь ко рту. О, Боже! По коридору идёт тот самый разорванный мужик с бородой, помахивая «ящерицей», держа её за хвост. Мамочки. Я не могу пошевелиться, а гость с того света улыбается, когда проходит мимо.

Мы с Эриком дружно вздрагиваем, когда бабушка-проводница начинает хохотать. Эрик вскакивает, убегает куда-то по лестнице. Я остаюсь одна и ничего не понимаю. Бабка перестаёт смеяться. Она манит меня идти за ней. Я пожимаю плечами, но послушно тащусь следом. Мы выходим на улицу и почему-то бежим прочь от гостиницы. Это начинает настораживать. Впереди появляется аллея: справа растёт низенькая живая изгородь, слева — дорога. Никого нет. Абсолютно.

— Сделай всё, чтобы он тебя не заметил. Беги тогда, когда я бегу, — велит мне бабушка.

Она срывается с места и мчится через просвет в кустах. Я мешкаю, но догоняю её. И тут появляется тревожное чувство. Кто-то крадётся с другой стороны изгороди. Мне кажется, что я слышу чьё-то дыхание. По спине бегут мурашки. Порыв ветра развевает волосы, мешая смотреть вокруг. Бабушка снова бежит, однако на этот раз я не успеваю за ней…

Откуда-то сбоку на меня бросается кто-то быстрый! Я кричу, кричу, вырываюсь. Всё без толку. Неожиданно моя спутница выхватывает из-за спины трезубец и втыкает в кого-то за моей спиной. Дикий вопль пригвождает меня к месту. Не могу отвести глаз от тротуара.

— Чего же ты стоишь?! Бежим! — кричит бабушка, нанося новый удар.

Я оборачиваюсь и вижу… Джерри! Никаких сомнений. Почему он напал на нас?! Он же всегда был моим другом.

— Почему ты делаешь это?! — кричу я ему.

— Ты за вссссё зззаплатишшшь… — шипит он в ответ. Голос змеиный, пробирающий до костей. Я вздрагиваю и бросаюсь бежать, не разбирая дороги. Последнее, что я слышу: — Берегиссссь… Ссскоро…

Я рывком поднялась на кровати. С огромным трудом мне удалось задушить срывавшийся с губ крик. Приснится же такое! И что означали все эти кошмары? Невозможно увидеть в них что-то новое. Ночью мы просто вспоминаем прежнее, подставляя себя или знакомых нам персонажей. Однако я была готова поклясться, что ничего подобного нигде раньше не слышала и не видела. Дыхание сбилось. Чёрт!

Часы гулко ударили пять раз. Вставать было ещё слишком рано, поэтому я рискнула лечь на подушку и подумать о приятных вещах, изгоняя из памяти пугающие образы из кошмара.

Незаметно для себя я снова уснула… На этот раз без сновидений.

====== Биология. Лягушки такие лягушки! ======

Будильник поймал утреннюю передачу по радио и бодрым голосом диктора принялся рассуждать об отличном начале дня в самом лучшем городе на свете. Я с трудом разлепила веки, одновременно пытаясь выключить противное устройство. Всегда ненавидела будильники с утра пораньше, а нагло лгущие и подавно! Какое «отличное начало», когда в перспективе мне светило ждать с моря погоды, то есть субботы? Слова Марго всплыли в голове и порядком выводили из себя. Я тут же начинала сердиться, как только вспоминала наш вчерашний разговор. Единственным лучиком света было то, что сегодня мне не надо было разгребать вампирские и охотничьи дела. Они просто не успели накопиться сверх тех, которые уже были.

Опустила ноги на пол я далеко не сразу. Мне пришлось основательно поуговаривать себя, пообещать много чего приятного и вкусненького, прежде чем ленивый организм согласился поработать на общее благо. Только ценой титанических усилий я наконец-то встала и потянулась до хруста в коленях и локтях.

Путь до ванной показался мне вечностью, если не чем-то хуже. Лишь принимая контрастный душ, я впервые за последний промежуток времени собралась с мыслями и встряхнулась. Почему-то пришло в голову желание увидеть Эрика и поговорить с ним, объяснить вчерашние странности, защитить его от неприглядной правды. Письмо Александра в сочетании с футляром могли подтолкнуть размышления новенького не в то русло. А связываться с очередным «охотником на нечисть» из глубинки?.. Убейте меня, если это произойдёт… Хотя, скорее всего, меня бы убила Жаклин. И без посторонней помощи, между прочим.

Я на пике душевного подъёма (или уныния) пошла в комнату. За окном нежилось солнце, плыли редкие облака, даже количество луж на асфальте существенно сократилось. Температура +60* творила чудеса! Мне захотелось снова покрасоваться: или ради себя самой, или в честь дня без вампиров. Нет, рядом со мной по-прежнему оставались Марго и Нэнси, но… Их не в счёт. В каждом правиле должны быть исключения! Правда, попутно с официальными причинами своего желания вырядиться, я изо всех сил пыталась доказать себе, что Эрик тут был не при чём.

Пришлось основательно поднапрячься, чтобы надеть красивое бордовое платье и затянуть корсет без чужой помощи. Хорошо, что хоть театральный опыт спасал — мы не раз играли персонажей, которые носили корсеты, а завязывать их приходилось в одиночку. Как-никак, перерывы между сценами были совсем мизерными: себя-то не успевали привести в порядок, не то что помочь другому.

И опять же я с каменным лицом уговаривала себя выкинуть из головы навязчивый образ новенького. Всё-таки влечение к людям противоположного пола считалась в моём кругу вещью совершенно ненужной.

Зазвенел телефон, и я поспешила взять трубку. Удивительно, но это оказалась Скарлетт, голоса которой я уже давно не слышала.

— Привет, Эстер!

— И тебе не болеть, — ответила я приветливо, на ходу запивая бутерброд апельсиновым соком.

— Ты свободна завтра после школы?

— Завтра суббота? Нет, занята, у меня встреча. Может, увидимся сегодня или в воскресенье?

— Хм… Давай сегодня в семь вечера в моей библиотеке?

— Александр ничего мне не сделает? Он, похоже, решил держать меня подальше от тебя и твоих книг…

— Если ты возьмёшь с собой кого-нибудь из людей за компанию, он не сунется. Если среди вампиров мой брат ведёт себя нагло, то шумиха в мире людей ему не нужна. Можешь смело приезжать.

— Отлично! Значит, ты не будешь ворчать, если я возьму с собой одноклассника? Он тут новенький и очень хочет узнать побольше о городе…

В трубке затянулось молчание, но Скарлетт всё же ответила:

— Я ворчать не буду. Однако я надеюсь, что хоть он не будет совать нос в чужие дела? Люди скоро начнут нас в лицо узнавать!