Исповедь убийцы

– Кто здесь?

– Я.

Или друзей. Относительных.

Вспыхнул свет, и я увидела Питера, сидевшего на диване в гостиной. Признаться, от сердца всё же отлегло при виде знакомого лица. Я уже настроилась на стычку с непонятным гостем, а тут был всего лишь старый добрый Кроссман. За прошедшие часы я успела оттаять и не рвалась с ним ругаться, но ради приличия прикусила нижнюю губу и уставилась на вампира сердитым взглядом. Правда, его испытующие глаза заставили меня напрячься и нахмурить брови. Питер явно не просто так, по-соседски, заглянул за спичками. Чёрт, а я так хотела расслабиться после тяжёлого дня и заняться уроками…

– Тебя долго не было. Я так и думал, что ты куда-нибудь сбежишь, лишь бы со мной не встречаться.

– Никуда я не сбегала, – проворчала я и скрестила руки на груди. – И вообще, ты мне не царь и не Бог, чтобы меня контролировать.

– Если мы немного недопоняли друг друга, это ещё не значит, что я должен от тебя отвалить, – замотал головой Питер.

В его позе сквозило столько самодовольства и мнимого раскаяния, что я почувствовала себя героиней дешёвого сериала. И таким образом он рассчитывал помириться? Да за кого он меня принимал?

– Какое хорошее слово ты вспомнил: «отвалить». Ласкает слух. Не хочешь ему последовать и сходить куда-нибудь? На три буквы не приглашаю, но на четыре вполне возможно.

– Чего ты на меня взъелась? Я один раз облажался, а ты... – начал оправдываться Питер, но я его прервала:

– Облажался? Ты? Замечательно! Вампир придумал самое тупое объяснение в мире. Вообще-то ты меня рассердил, расстроил и испортил мне настроение. Пришлось ехать к Нэнси и провести с ней какое-то время, чтобы успокоиться!

– И ничто так не успокаивает нервы охотника, как свежие новости из мира монстров! – с горькой усмешкой произнёс Питер. – Особенно это касается Нэнси, которая наговорила обо мне кучу всякой дряни. Я прав?

– Ой, и как ты угадал? – закатила я глаза и при этом с улыбкой на губах, превращая колкую фразу в подобие шутки. Пока ещё бледное и невразумительное, но всё же.

При том условии, что в данный момент я чертовски хотела приготовить салат из нашинкованного вампира, это было большим шагом для меня.

– Так в чём я провинился? За что ты спускаешь на меня собак?

– А ты сам не догадываешься? – приподняла я брови. – Неужели это так сложно?

– Я тебя не знаю, в этом ты права, но я же не виноват, что ты мне ничего не рассказываешь о своей жизни до переезда сюда! Откуда мне знать, что тебя обидит, а что нет?

– Питер, пораскинь таким пыльным и ненужным органом, как мозг. Ты разговариваешь с охотником. Охотники убивают вампиров и ликанов. Вампиры и ликаны охотятся на людей, но очень часто им нравится нападать на охотников. В итоге погибают все. Понял?

Я села рядом с Питером и внимательно посмотрела в его глаза, которые сейчас напоминали грязную зацветшую воду, какая бывает у старого пруда.

– Понял. То есть мне надо держать язык за зубами и не высмеивать твою ненависть ко мне и моей семье?

– Какой ты умный, – ответила я с сарказмом. – Да, именно этого я от тебя и добиваюсь. У меня свои причины служить Гильдии и недолюбливать монстров. Общение с тобой ничего не изменит.

– Ладно, Эстер, больше никаких попыток переманить тебя на свою сторону, – улыбнулся Питер, затем посмотрел на меня, словно я собиралась завалить его и поцеловать, после чего, проявив верх наглости, положил руку мне на плечо. Брр… – Расскажешь, о чём это вы с Нэнси болтали?

– Не знаю. Может, не обязательно? – разыграла я наивную дурочку, которая стащила кредитку у мужа и теперь думает, как объяснить ему появление новой норковой шубы.

– Ты мне не доверяешь?

Вопрос прозвучал обижено, а глаза Кроссмана выдали его нетерпение и настороженность.

– Почему? Конечно, доверяю. Так доверяю, что сил нет! Но у вампиров ведь такая хрупкая психика.

– Уж этого можешь не бояться! Я исключительно спокойный человек, – Питер скривился при слове «человек» и снова засмеялся. – Непривычно звучит. Пожалуй, ограничусь тем, что я просто не люблю обижаться. Так что такое секретное ты узнала, что даже не хочешь сознаваться?

– Да так, мы посидели в кафе, поболтали о жизни…

Я спешно пыталась придумать, что именно ему сказать и промолчать о том, о чём надо. Как назло, ничего не приходило в голову.

– С ней? С Нэнси поболтали о жизни? – Питер нахмурился с подозрительным видом. Я сглотнула вязкую слюну и прищурилась на манер очкарика. – Зачем говорить именно с Нэнси?

– А что в этом такого?

Да за что он так взъелся на мою новую знакомую? А ведь точно, Питер и Нэнси на дух друг друга не выносили, постоянно ругались и вообще вели себя отвратительно.

– Нэнси опасна, – коротко ответил Питер. – Не надо с ней сближаться, если не хочешь проблем.

– Очень понятное объяснение! – воскликнула я, одновременно стряхивая с плеча руку Кроссмана. – Кстати, вы случайно не сговорились между собой? Нет, я не против, чтобы вы меня посвящали во всякие там межвидовые стычки, но ведь и совесть надо иметь! Вам это ещё не надоело?! И ты со своими размышлениями и предупреждениями.

Питер выслушал меня чересчур внимательно, после чего от души расхохотался, запрокинув голову назад и сотрясаясь всем телом. На мгновение мне показалось, что он снова попытается обнять меня, но, к счастью, он этого не сделал.

– С чего ты это взяла? – простонал он спустя, наверное, минут пять, всё ещё отфыркиваясь и посмеиваясь.

Если я и рассчитывала смутить вампира своей пламенной речью, задумка провалилась. Казалось, я рассказала ему самую смешную шутку на свете, особенно после такой бурной реакции Кроссмана.

Я подбоченилась, угрюмо посмотрела на Питера и снова пустилась в туманные пояснения.

– С того, что Анита, ты, Нэнси, Джерри, Илона, Симона: все вы по очереди уговариваете меня не общаться с вами, одновременно намекая на возможность сотрудничать. Как это понимать? Или мне выбрать в подруги Жюстину, что ли, чтобы вы от меня отстали? – незаметно для себя я перешла на повышенные тона. – Позвольте мне самой решать, кто может стать моим союзником, а с кем вообще не стоит разговаривать, понятно?

– Мне-то понятно, но почему союзником? Неужели у тебя и в мыслях нет с кем-нибудь подружиться? Мы же не такие плохие, какими ты нас считаешь, а этот болван Джерри вообще человек.

– Всё это сложно, – со вздохом поражения вскинула я руки и откинулась на спинку дивана.

Разговаривать о тонкостях дружбы с кем бы то ни было мне отчаянно не хотелось, вот только Питер, похоже, не уловил в моём тоне ничего предупреждающего, потому что с любопытством посмотрел на меня.

– Почему?