Изменить будущее
Шрифт:
– Это, как при беге с барьерами? Мы же не пальцем деланные, а физфак заканчивали, разберёмся.
– Ну и хорошо, – вздохнул я и посмотрел оценивающе на физрука.
– Что не так? – Спросил он едва не испугано.
– Не поможете, Сергей Степаныч? Мне приём надо отработать… борцовский, – добавил я увидев неподдельный испуг.
– Борцовский? Ну давай, только без фанатизма. И не бей меня сильно об асфальт, – сказал он словами модного анекдота.
– Я вас вообще ронять не буду, – пообещал я и дал ему свою куртку-самбовку. – Можете даже пояс не завязывать. Берите прямой захват.
Физрук взял меня
Физрук аккуратно завалился на спину.
– Не понял, – сказал он. – Что это?
– Айкидо, – сказал я. – Моя модернизация и адаптация под правила самбо.
– Слышал-слышал, – сказал физрук. – Читал в "советском спорте". Там даже картинки были, но очень маленькие. Давай ещё.
Мы сделали ещё и ещё.
– Здорово, – сказал физик. – Абсолютно гармонические движения. На это можно смотреть бесконечно долго, как на качание маятника.
– Ты со своим маятником на Шепеткова не попади, – сказал, отдуваясь физрук. – В транс он себя вводит… А что ещё знаешь?
Я тоже дышал уже тяжеловато, темп мы задали хороший. То он меня перекатывал, то я его.
– Я люблю… Работать с локтями противника. В айкидо почти все приёмы на скручивание, но вот согнутый локоть мне особенно нравится. Правда, мало что для самбо подходит. Тут же можно левой рукой за голову и за спину потянуть, выворачивая локоть вовнутрь. Бейте меня правой.
Физрук выбросил правый кулак. Я чуть отвёл его левой ладонью и чуть ударил правым предплечьем по сгибу локтя, а сам шагнул назад и присел, держа его за запястье левой рукой. Я нажал ещё сильнее, протягивая его вперёд, и он покатился через руку.
– Окуеть, – выругался физик, выпучив глаза. – Давай на мне…
– Действительно, – согласился физрук, видя, как Иваныч перекатывается.
– Вариантов множество, но я ещё не все их отработал.
– Окуеть… Он не все их отработал. – Ты с кем их отрабатываешь?
– Да вот так вот… танцуя, – усмехнулся я.
– Сука! Серёжа, бросаем пить, встаём на лыжи. Интересно-то как… Бокс-то… Херня, стало быть?
– Не-не-не… – Остановил я его рукой. – Бокс это круто.
– Чего? – Не понял физик.
– Круто… – Повторил я. – Круче только яйца и гора Эверест. Мы к боксу ещё локти прикрутим и тогда вообще, атас!
– А-а-а… – Так и не понял меня физик.
У физика дома в чулане ещё валялся боксёрский мешок, слегка проетый мышвой, но вполне рабочий. Его они со Степанычем приволокли в свою кандейку и подлатали.
К нам стали захаживать и трудовик с военруком. Но пока они только сидели на скамеечке, смаковали "приёмчики" и потягивали винишко. Серёжа с Иваном, пить почти перестали, после того, как я слегка скривился, после смачного выдоха физрука.
– Вы, кстати, можете отрабатывать приёмы заломов кистей.
Я показал на физруке "клюв дракона" и они воодушевились.
– Вы на скамеечке сядьте лицом друг к другу, и работайте не вставая. Тут
ещё липкость можно попробовать.В конце концов у них дошло до мордобоя. Но тоже сидя на скамеечке.
– Так, кстати, в спецназе тренируют стойкость.
– В смысле? – Спросил физрук.
– Ну… Садятся и мутузят друг друга кулаками. Сам видел. В кровь…
– Охренеть, – сказал физик. – И это культурные люди…
– Где ты видел в спецназе…
– Товарищи, – укоризненно произнёс военрук.
Постепенно в тренировки втянулись все. Тут и подоспело разрешение гороно на факультатив "Юный разведчик СССР", презентация которого для дирекции школы проходила тут же в спортзале.
Демонстранты, в лице: физика, физрука, военрука, трудовика и меня преодолели полосу препятствий на "земле", потом вступили в перестрелку с условным противником, потом я и физрук преодолели стену по "лазалке", передавая снаряжение, оружие и боеприпасы, и съехали по наклонному канату к ногам комиссии. Мы приняли стойку на одном колене, нацелив автоматы на "условного противника", но не в сторону комиссии, хотя физрук настаивал на захвате пленных.
В это время военрук и трудовик оказывали друг другу медицинскую помощь, так мило общаясь, что медичка едва не расплакалась. Она была нашим первым и главнейшим консультантом по медицинской подготовке, историчка – лектором по международной политике, географиня – лектором по географии и топографии.
Людмила Давыдовна не могла удержаться от смеха и сидела прикрыв ладонью губы. Завуч хлопала в ладоши. Светлана Яковлевна хмурилась, но поделать ничего не могла, хоть всё это ей и не нравилось. Просто я подстраховался и получил рекомендацию райкома комсомола на создание подразделения только что сформированного "Центра патриотического воспитания молодёжи". Под их патронажем, естественно. Был звонок и из райкома КПСС.
Я нагло позвонил в приёмную третьему секретарю райкома партии и он ответил тут же.
– Слушаю, Михаил. Что-то случилось?
– Здравствуйте, Павел Николаевич.
– Здравствуй, Миша. Говори.
– Я хотел бы предложить себя в качестве инструктора райкома по патриотическому воспитанию молодёжи.
– Надеюсь, не инструктора райкома партии? – Спросил секретарь по идеологии.
Было слышно, что он чуть улыбается.
– Комсомола, конечно. Но это, наверное, чуть позже. А пока… Мы с нашим военруком придумали сделать факультатив "Юный разведчик", но опасаемся, что пока его разрешат, я уже и школу закончу.
– Интересно… Заявку ваш военрук уже направил в роно?
– И заявку, и план работы. Детей патриотизму воспитывать надо через интерес и положительные примеры, в том числе и примеры физического воспитания. Чтобы видели, как и чем занимаются в Советской Армии. Ну и изучать потенциального противника. Его приёмы и тактику. Отличия есть…
Возникла пауза, и я подумал, что нас разъединили.
– Мысль о центре при райкоме комсомола очень интересная. У них самих идей никаких. Курируют ДОСААФ и свесили ножки… А тут инициатива снизу… Да-а-а… И с инструктором ты тоже… По-моему, вовремя. Внештатный, пойдёт? И им в зачёт пойдёт работа. Всё за них делать приходится. Молодец, что позвонил. Всё очень в тему. Надо поднимать молодёжь. Занеси мне ваш план и звони в любое время.