Киро

Лестница вывела ее во внутренний двор, выходивший на заднюю улицу.

Достигнув этой точки, Тень осторожно выглянула и увидела апаша, входившего в переулок на противоположной стороне улицы. Скользнув черным силуэтом между тускло светившими фонарями в старинном стиле, Тень продолжила преследование.

Конец пути был близок, это можно было понять по поведению апаша. Он перестал пригибаться. Он принял вид обычного жителя Французского квартала. Бандит непринужденно вошел в очередной дверной проем и скрылся.

Тень последовала за ним. Задержалась во мраке прохода, затем, сделав несколько шагов, оказалась в типичном французском дворике. По его периметру располагались балконы. Апаш поднялся по лестнице, постучал в дверь.

Двигаясь по дворику, Тень оказалась возле колонны с лепниной, слабо видимой в полумраке. Ухватившись за обвивавшие ее лозы, поднялась к балкону. Сквозь перила увидела проблески света. Дверь открылась, апаш вошел. Дверь закрылась.

Рядом с дверью имелось закрытое окно. Сквозь ставни пробивался свет. Тень открыла их и проникла в комнату. Комната оказалась спальней; из нее вела приоткрытая в настоящий момент дверь, через которую в спальню и проникал свет.

Тень неслышно двигалась по полу. Заглянула в дверную щель. Услышала голоса разговаривавших по-французски, на уличном парижском жаргоне. Она увидела апаша, говорившего с бородатым мужчиной, в халате и берете. Комната, в которой они разговаривали, была студией.

Тень оказалась в обители Рауля Бриллиарда

И, как доказательство того, что она нашла то место, где замышлялось преступление, Тень увидела третьего человека. В углу студии сидел Трейси Лэнс, озадаченный разговором, происходившим между апашем и Бриллиардом.

Тень понимала жаргон, Лэнс - нет. Апаш сильно жестикулировал. Он показывал удары ножом, движения руки с пистолетом, действия кого-то, прыгающего с высоты. Закончив, он выругался и достал из кармана плитку табака. Отойдя в угол, отломил и бросил кусочек в рот, после чего принялся жевать и слушать, что говорит Бриллиард.

Он отвечал односложно и взрыкивал. "Oui... Oui... Non..." Да и нет, это было все, что он говорил. Наконец, художник закончил свои расспросы и сказал:

– Allez, Tabac. Иди, Табак.

Апаш вышел из студии.

Тень продолжала наблюдать из внутренней комнаты. Теперь стало понятно, почему она пощадила бандита. Она была уверена, что он отправится к человеку, который дал смертоносное задание группе из Парижа.

– Проблемы?
– спросил Трейси Лэнс, когда апаш ушел.

– Да, - ответил Бриллиард.
– Этот парень - его зовут Табак, из-за его привычки - сообщил мне плохие новости. Мои апаши уничтожены.

– Вот как! Кардона?

– Кардона и местный коп, Вайсон. Единственный человек во всем Новом Орлеане, который мог устроить такое побоище. Табак говорит, что есть еще и другой, возможно, друг Дебека, который присоединился к ним, спрыгнув с балкона.

– Зачем Табак пришел сюда? Возможно, за ним следили. Ты уверен, что никто...

– Никто не сможет выследить апаша, - прервал Бриллиард. Он пробыл в Новом Орлеане достаточно долго, чтобы узнать его. Он прекрасно знает квартал. Здесь он в безопасности. Полиция его не найдет.

– Но другие апаши...

– Они мертвы. Они уроженцы Френчтауна; эти подонки сошли с ума. Они хотели ограбить Дебека, после чего собирались убить. Так я представил дело, после того как вчера Киро позвонил мне.

– По телефону Тибо?

Бриллиард не ответил. Он думал о том, что случилось сегодня. Он снова начал говорить.

– Апаши начали слежку за Кардоной и Вайсоном ранним вечером. Они выбрали дом Дебека как самое лучшее место для ловушки. Один из них сказал Вайсону, что Дебек хочет его видеть. Конечно, Вайсон поспешил туда, полагая, что у Дебека есть какая-то информация. Полиция расценит этот случай как ограбление, они не заподозрят, что люди прибыли из Парижа. Теперь понимаете, Лэнс, почему я держал этих ребят подальше? Город был бы взбудоражен, если бы узнали, что парни - приезжие. Отели были бы взяты под наблюдение, у всех приезжих возникли бы проблемы. Мы потеряли парней, но узнали кое-что ценное. Табак сказал мне, что Вайсон кое-что сообщил некоторым людям.

– Относительно Кардоны?

– В некотором смысле. Вайсон сделал это, потому что они ищут человека из Нью-Йорка. Они пытаются его вычислить, наблюдая за всеми незнакомыми людьми, которые выглядят как мошенники. Это означает, что вы в безопасности.

– Почему?

– Потому что он не дал описания. Они не знают, кого ищут. Вы выглядите джентльменом. Поэтому Киро вас и выбрал. Возвращайтесь в гостиницу завтра или послезавтра. Возобновите знакомство с Люком Гаудрином. Но воздержитесь от визитов в его дом. Дождемся, пока прибудет "Наутилус".

– Приказ Киро?

– Да. Что касается апашей, они нам не понадобятся. Хосе Ларрибез отправился в Новый Орлеан на пароходе "Таррано", из Пернамбуку. Он будет здесь прежде, чем "Наутилус" войдет в озеро Пончартрен.

– Со своей командой?

– Да, некоторые находятся на борту вместе с ним. Здесь они соединятся с другими. Я вызвал своих апашей на тот случай, если бы Ларрибез не смог добраться сюда вовремя.

– Он остановится в отеле?

– Разумеется. Он - богач из Лос-Андежелеса. Никто не знает, что в Гаване его знали как Порристу. Здесь он соберет свою команду воедино. У него есть приказ связаться со мной сразу же по приезде.

– Вы его знаете?

– Я никогда не встречался с ним, он никогда не видел меня. Но я знаю, когда его ожидать. Этого вполне достаточно.Я познакомлю его с вами.

– То есть, я должен быть здесь, когда он прибудет?

– Конечно. Мы все - лейтенанты Киро. Просто я получаю от него приказы, и сообщаю вам. Вот и все.

Трейси Лэнс поднялся с кресла.

– Я возвращаюсь к себе, - сказал он.
– Поскольку Кардона меня не заметил, мне нечего опасаться. Жалко, что так вышло с вашими парнями, Бриллиард...

– Во всяком случае, - пожал плечами француз, - мне не придется ломать голову, как вернуть их в Париж. Линк Ракерт лишился нескольких парней прошлой ночью, но у него еще много ребят. Линк будет работать с вами, Хосе Ларрибез - со мной, так что у нас есть все шансы на выигрыш.

Трейси Лэнс вышел. Рауль Бриллиард закрыл дверь и запер ее.

Пройдя через комнату, он вошел в спальню, но Тени там уже не было.

Ставни едва заметно покачивались.

Художник не заметил этого признака чужого присутствия. Тень, снаружи, спускалась по лестнице, ведущей во внутренний двор.