Киро

Бриллиард отпустил Табака. Преодеваясь, он слышал, как Ларрибез говорил Лэнсу, что пригласит Куита и Трапиона после обеда.

Наконец, Бриллиард был готов; все трое вышли из студии.

После их ухода наступила тишина. Не было также заметно никаких признаков таинственного присутствия.

С прибытием Хосе Ларрибеза у Тени появились и другие задачи, помимо слежки за лейтенантами Киро.

ГЛАВА XIX . ИГРА НАЧИНАЕТСЯ

– Образцы кораллов, Марр.

– Они на вес золота, Дэнфорт.

Дэнфорт Гаудрин усмехнулся замечанию Марра. Они стояли в кабинете Гаудрина. На полу, в центре комнаты, располагались девять квадратных ящиков, доставленных сюда с "Наутилуса".

Был поздний вечер. В кабинете горел свет; двое мужчин исследовали содержимое ящиков. Здесь же было двое других. Один - с резкими чертами лица, седой старик - профессор Пирсон Бэбкок. Другой - приземистый, крепкий, в синем кителе - капитан Питерс Эмори.

– Вы упомянули вес, Марр, - заметил Гаудрин.
– Судя по тому, что сказал капитан Эмори, это сокровище должно стоить больше миллиона.

– Но меньше, чем два миллиона?

– Да. Как владелец "Наутилуса", я возьму половину, в соответствии с договором. Вторая половина будет разделена между капитаном Эмори и командой.

– Они хотят, чтобы я взял из нее треть, - грубым голосом произнес Эмори.
– Я удовольствовался бы и четвертью, но они и слышать об этом не хотят. Они будут богаты, так богаты, как не могли и подумать. И они заслуживают этого. Верные парни, с которыми я хожу бок о бок многие годы.

– Они оставили "Наутилус"?
– спросил Марр.

– Да, - ответил Эмори.
– Они сделали свою работу. Я тоже. Как новому владельцу, мистер Марр, вам нужно будет набирать новую команду. Впрочем, здесь, в Новом Орлеане, это не будет затруднительным.

– На борту яхты никого нет?
– спросил Гаудрин.

– Никого, - ответил Эмори.
– Но на борту ничего и не осталось. Мы привезли ящики с кораллами профессора Бэбкока сюда и убрали их в подвал.

– Разумно ли это?
– спросил Марр.
– Отпустить команду на берег?

– Почему нет?
– хрипло спросил Эмори.
– Эти парни не каменные. Они люди, как и мы с вами. У них в Новом Орлеане семьи. Профессор Бэбкок может засвидетельствовать их безупречное поведение.

– Это правда, - произнес профессор. Когда его глаза моргали за стеклами больших очков, он напоминал сову.
– Ни малейших претензий. Когда они подняли сокровище, то даже не стали подсчитывать количество золота. Они все упаковали в ящики, которые затем и были доставлены мистеру Гаудрину.

– Они доверяют вам, мистер Гаудрин, - добавил Эмори, - как доверяют мне. Когда ныряльщики укладывали ящики в сеть, они поднимали их на борт так, будто поднимали якорь.

– И я, новый владелец, должен набирать другую команду!
– воскликнул Данвуд Марр.

– Так будет лучше, - заверил его Эмори.
– Мои парни - старые морские волки, их лучшие годы позади. Вам нужна новая кровь.

– А если я отыщу новое затонувшее сокровище?

– Тогда зовите меня.

Дэнфорт Гаудрин, подойдя к столу, достал бумаги и протянул их Данвуду Марру. И сказал, очень серьезно.

– Скоро вы получите чек на двадцать тысяч долларов, - заявил он.
– "Наутилус" ваш, Марр, как и эта сумма...

– Вовсе нет, - перебил его Марр.
– Размер сокровища, по вашим оценкам, не предполагает выплаты.

– Я настаиваю...

– Погодите.
– Марр видел, что Гаудрин настроен решительно.
– Давайте заключим новый договор, Дэнфорт. Прежде всего, вам принадлежит только часть сокровищ.

– Половина.

– Следовательно, несколько больше полумиллиона?

– Я так полагаю. Точную цифру мы скоро узнаем.

– В таком случае, - предложил Марр, - выделите мне один процент от вашей доли. Эту сумму легко определить, после того как мы взвесим сокровище...

– Но она вряд ли превысит пять тысяч долларов!

– Возможно. Но не забывайте о нашей сделке. Вообще-то, я не имею права даже на эту сумму. Один процент, Гаудрин, но позвольте мне самому выбрать редкие испанские монеты.

– Я обещал вам двадцать тысяч долларов...

– Я отказываюсь от них. Мне не нужно ваше сокровище, Дэнфорт. Я делаю вам предложение только для того, чтобы пойти вам навстречу. Один процент в монетах. Это все, что мне нужно.

– Хорошо, Марр.

Дэнфорт Гаудрин произнес это с очевидной неохотой. Марр улыбнулся и покачал головой.

– Вы слишком щедры, Дэнфорт, - заметил он.

– Я сказал ему то же самое, мистер Марр, - вмешался капитан Эмори.
– Даже будучи владельцем "Наутилуса", он был согласен взять себе только треть сокровища, когда мы его нашли; так бы и случилось, если бы я не настоял на половине.

– Что касается меня, - заметил профессор Бэбкок, - то я вынужденно согласен принять сумму, равную затраченной мной на фрахт яхты для плавания за кораллами.

Дэнфорт Гаудрин улыбнулся и встал из-за стола. Прошел по комнате и проверил дверь, ведущую в коридор к передней гостиной. Она была заперта. Затем он направился к другой двери, в дальнем конце комнаты.

Эта дверь, как ни странно, были приоткрыта на полдюйма. Она медленно закрылась, когда пока к ней шел Дэнфорт Гаудрин. Пожилой мужчина этого не заметил. Он открыл дверь и выглянул в темное помещение. Оно находилось на восточной стороне дома. Солнце почти зашло, здесь царил мрак.

Гаудрин взглянул на темные окна. Остальные ждали.

Гаудрин закрыл дверь. В темной комнате обозначилось движение. Черная фигура выскользнула из угла и вернулась к двери. Рука в перчатке повернула ручку. Неизвестный наблюдатель снова приокрыл дверь на полдюйма.

Тень прислушивалась к разговору. Одетая в черное, она проникла в дом Гаудрина после доставки сокровища. Ящики были привезены с причала, где с "Наутилуса" открыто выгрузили найденные "кораллы". Тень ожидала их прибытия возле особняка.

– Поскольку нам придется оставить сокровище здесь, - объяснил Дэнфорт Гаудрин, когда Тень снова заняла свое место, - я хочу убедиться в безопасности этой комнаты. Дверь, которую я только что открывал, ведет к запертому выходу. Я закрою ее позже. Вон та дверь, - он кивнул, - ведет в переднюю гостиную. Она всегда заперта. А эта, - он повернулся направо, - ведет в холл. Она единственная, которой мы будем пользоваться.