Ключ

— Адрес мы знаем, — сказала Хильда. — Я запишу вам, так что, если надумаете, сможете съездить в любой момент.

— Ну, если уж ехать, — сказала Эва, — то лучше прямо сейчас, пока есть настрой. А то, может, и не соберусь потом — замотаюсь, дела затянут…

— Давай до хаба доедем вместе, — предложил я. — Возьмём извозчика, на коняшке нас довезёт. А дальше вызовем тебе машину-такси нормальную, поедешь на юг. Шофёр тебя прямо к дому доставит.

После чаепития мы попрощались с хозяйкой.

— Огромное вам спасибо, — сказала Хильда. — Если окажетесь вдруг на севере или на юго-востоке, то будем рады встрече.

— Поддерживаю, — сказал я. — Телефонный номер оставлю. Если что, заезжайте с вашим бойфрендом. Ну, с тем магом пространства, который нас тогда отправлял по координатам к Эве. У нас в Москве много опций для романтических развлечений, подберём для вас вариант.

Илла, хмыкнув, отвесила мне символический подзатыльник:

— Разберёмся и без сопливых, как развлекаться. За приглашение-то спасибо — как-нибудь с Гиртом, может, и выберемся.

Она через артефакт вызвала нам извозчика. Подкатил тот самый усач в картузе, который нас уже отвозил однажды. Мы залезли в повозку. На широком сиденье хватало места для нас троих. Я расположился в центре, а Хильда с Эвой — по бокам от меня. Было искушение сделать барственный жест и распорядиться: «Трогай!» В традициях русской классики, так сказать. Но я удержался.

Лошадки вроде бы не плелись, рысили старательно, но, по сравнению с автомобильной поездкой, всё равно получалось долго и нудно. Да и настроение было отнюдь не экскурсионное. Мы молчали, думая о своём. Я пытался представить, что сейчас происходит у змееглазых. Опять их предводитель с копьём творит какую-то дичь на острове у обточенного утёса? И Полоз там же? Хроники серпентария, блин…

Добравшись наконец-то до хаба, мы вылезли у телефонной будки и заказали межосевое такси. Пока оно подъезжало, Хильда сказала Эве:

— Удачи с Нико. Надеюсь, сумеете помириться.

— И вам удачи, ребята. Забавный у вас дуэт.

Эва села в машину, и та укатила прочь, к южному мосту. Проводив её взглядом, Хильда грустно прокомментировала:

— Ну вот, Тимофей, никому мы с тобой больше не нужны. У кого-то учёба, у кого-то дела… Хотя, если честно, я и сама сейчас не стремлюсь к общению — хочу дождаться определённости насчёт «змей»…

Мы зашли в магазинчик, попавшийся на глаза, купили сладкую газировку. Здесь она продавалась не в пластиковой таре и не в жестянках, а в стеклянных бутылках. На этикетках дотошно изображались фрукты, которые пошли в дело. У меня это были цитрусовые разных оттенков жёлтого, а у Хильды — что-то малиново-земляничное.

На тенистом бульварчике нашлась незанятая скамейка. Листва шептала чуть слышно над нашими головами, где-то поодаль звенел трамвай. Мы прихлёбывали из горлышек, а наш разговор опять возвращался к ночным картинкам.

— Многие моменты теперь понятнее, — говорила Хильда, — хоть и не дают нам главных ответов… Можно предположить, например, что верховный «змеиный» маг не случайно подбирал пленников такого же возраста, как он сам. Из ровесников ему проще было выкачивать силу…

— И те пять учёных на параллельной ветке — тоже приблизительно его сверстники.

— Да, это подтверждает, что действия «змей» отозвались в «космическом» мире. Не напрямую, а в виде слабого эха… Мы уже это обсуждали… На «змеиной» ветке похитили высокопоставленных магов — а на «космической» пять видных учёных сами приехали на тот остров…

Слушая Хильду, я кивал молча. Сидел, откинувшись на деревянную спинку и рассеянно скользя взглядом по пышным кронам, в которых вязли солнечные лучи.

Затем я сообразил вдруг, что Хильда взяла уж слишком долгую паузу. Сосредоточенно хмурясь, она прислушивалась.

— Что-нибудь уловила, няша?

— Трудно сказать… Что-то мимолётное, не смогла с ходу распознать. Пытаюсь настроиться — как в тот раз, когда мы в «змеином» мире искали всякое необычное… Или когда на юге ловили шпионский след… Но там-то у нас машина была, мы могли взлететь, сделать круг по воздуху, чтобы точнее определить…

— Даже направление не укажешь?

— Нет пока, к сожалению. Может, померещилось?

— Это вряд ли, — сказал я. — Восприятие у тебя — о-го-го, особенно после третьего рейса… И я вот думаю — хаб у нас сравнительно небольшой, практически круглый…

— Ценное наблюдение.

— Отставить «хи-хи». Садимся на трамвайчик и едем сейчас по кругу, вдоль края острова. Да, получится долго, но спешить нам некуда — всё равно ведь маемся дурью. Или есть вариант получше?

Хильда лишь развела руками.

Мы дошагали до остановки, и вскоре нас подобрал трамвай — оранжево-красный, старомодно-округлый. Мы сели у окна, и мимо нас потянулись городские кварталы — каменные и кирпичные домики, черепичные крыши, палисадники и деревья.

— А знаешь, — сказала Хильда, прислонившись ко мне, — хорошо придумал. Это я без подначки. Я ведь недавно говорила уже, по-моему, что тебе удаются планы, где надо просто сидеть и ничего не делать. А на трамвае интереснее, чем на лавочке.

Мы ехали с запада против часовой стрелки. Хильда прислушивалась, и я иногда поглядывал на неё вопросительно, но она качала головой — пока ничего, мол.

Людей в трамвае было немного, свободные места оставались. Кто-то входил, кто-то выходил. Рассаживались неспешно, разговаривали негромко.

— Эва, наверное, уже встретилась с Нико… — сказала Хильда. — Вот зачем змееглазые их поссорили? Зачем внушили воспоминания, где они поругались? Хотя вопрос риторический… Понятно, зачем… «Змеюки» хотели, чтобы этот дуэт распался и больше не залетал в тот мир…

— Забудь о «змеюках» хоть ненадолго, — сказал я. — Переключись немного. О чём-нибудь хорошем подумай. О том, как Вилма, к примеру, съездила на смотрины к горячему южному жениху.

Хильда улыбнулась:

— Сильно подозреваю, что его родители очарованы. И вообще…

Прервавшись на полуслове, она выглянула в окно.

За деревьями и домами виднелось море. И на мгновение мне почудилось, что там мелькнул мост, ведущий на юго-запад.

Тот, которого раньше не было.

Глава 16

— Ты ведь тоже заметил? — спросила Хильда.

— Заметил, няша.

Выскочив из трамвая на остановке, мы торопливо пошли назад вдоль путей. Хильда говорила взволнованно: