Ключ

– На тебя, - парировала жрица, - еще и вокруг фонтана прокачусь, проверю удобное ли седло.

– Ну что, пойдем домой, отважная?
– тихо шепнула кобылке Мила и, помахав Правительнице и советнику, вместе с Вандой и Дымкой пошла к храму.

– Ты заметил, что Ванда к ней относится как-то по-особенному?
– негромко спросила Маришка, глядя на удалявшуюся троицу. Вампир утвердительно кивнул.
– Как и ты, - добавила она, обернувшись к нему.

– С чего ты взяла??
– оторопел Лессандр. Пожалуй, Мила - последняя, на кого бы он посмотрел. Нет, девушка, конечно, симпатичная, но она же с Брайасом и вообще...

– Она тебе вроде младшей сестрички, - закончила его мысль Маришка и улыбнулась.

– Как и я когда-то.

Лесс обнял девушку и, легонько приподняв ее подбородок, заглянул в глаза.

– Не говори глупости, я влюбился в тебя с первого взгляда. В самый первый день нашего знакомства.
– Он прижал ее к себе и поцеловал в макушку.
– Как сейчас помню, принесли меня к тебе, а ты такая забавная: беззубая, с беленьким пушком на голове, в нежно-розовых пеленках...

Маришка звонко рассмеялась и чмокнула его в подбородок.

– А я нисколько не сомневалась. Просто удивляюсь, как это возможно, что за такой короткий срок вы смогли подружиться.

Для Лесса ответ был прост - Брайас, все дело в нем. Ради друга он терпел эту языкатую стерву, Таниэль, а уж Милу - вариант не самый плохой из всех возможных - подавно. Но почему она так спросила?

– Вы?
– переспросил Лесс.
– Ты ей не доверяешь?

– Да нет, - неуверенно ответила Правительница, бросая взгляд на улицу по которой прогуливались две влюбленные парочки.
– Просто Ванда... Она уже давно не вела себя вот так...

– С тех пор как мы выросли, - заметил Лесс.
– Может, нашла себе еще одну подопечную?

– Или родственную душу, - вздохнула Маришка.
– Все-таки, хорошо, что они сюда приехали. Может, прогуляемся?
– она интригующе улыбнулась Лессу и потянула его за собой.

Первый летний вечер мягко окутывал парочки гуляющих молодых людей, раскрашивая небо невообразимыми переливами цветов от золотисто-янтарного до бархатно-фиолетового. Где-то негромко играла музыка: несколько горожан, собравшись вместе, наигрывали шутливую песенку про девушку и потерянный башмачок, словно давая совет всем молодым горожанкам не гулять допоздна и не разбрасывать предметы личного обихода, где попало. А то ведь строгий папа может и спросить! А молодые вампиры, должны быть осторожны, подбирая на улице всевозможные предметы и уж тем более, возвращая их хозяйкам. Строгий папа может и не поверить, что это простое совпадение, и заставит жениться, как того несчастного (или счастливого - об этом песня умалчивает) парня. Импровизированный оркестрик плавно перетек на площадь, кто-то принес по фонарику и развесил их, осветив все. Начались танцы, звуки от них доходили даже до храма.

– Если хочешь, можешь сходить, - сказала Ванда Миле, сидевшей на крыльце и пытавшейся вытащить из гривы Дымки очередной репей. Девушка окинула взглядом вечерний городок, и слегка улыбнулась:

– Нет, - она покачала головой.
– Без Брайаса мне там нечего делать.

– Знаешь, - жрица опустилась рядом с ней на ступеньку, - тебе не следует делать его смыслом жизни...
– она хотела предупредить ее, защитить от излишней боли.

– Знаю, - с грустью ответила Мила, - но не могу по-другому. Понимаешь?
– она посмотрела на Ванду, и та, немного помедлив, кивнула. Когда ее Лесса не стало, она жить не хотела и, если бы не нападение горных троллей на их границы, наверняка что-нибудь нехорошее с собой сделала. Порой ей даже казалось, что не нужно было так сильно любить, теряя голову и забывая обо всем, но ничего не могла с собой поделать.

– К тому же, - уже другим, шутливым тоном заметила Мила, - у меня очень суровый тренер, - она дружески толкнула плечом сидящую рядом жрицу.

– А еще строгий режим, - таким же тоном ответила Ванда, - так что марш в кровать! А Дымкой займешься завтра после тренировки! Теперь она от тебя никуда не денется.

– Хорошо, - по-доброму усмехнулась девушка, вставая.
– Сейчас приду.

Оглянувшись, она нашла маленькую мигающую зелененькую звездочку и мысленно улыбнулась. Спокойной ночи, любимый.

...Ночные сумерки опустились на маленький городок Шесток в шестидесяти верстах от границы Балора и земель вампиров. Хозяин единственной в городе таверны зажигал фонари у входа, чтобы привлечь клиентов. Несколько завсегдатаев уже сидели внутри, потягивая, кто пиво, кто самогон, но этого было недостаточно, чтобы держаться на плаву. У местных деньжата не то, чтобы не водились, но, как правило, оседали в карманах их женушек раньше, чем успевали попасть к нему в руки. То же, что доходило-таки до него - в основном медь, редко сребрушки. А часто местные оставляли в залог вещи: куртки, шапки, сапоги. Самые отчаянные даже портки оставляли! А вот приезжие... Да взять хотя бы того, что приехал полчаса назад, весь такой уставший, пыльный. Сразу комнату заказал и теплой воды принести велел, а пока все готовили, поужинал и тут же расплатился золотым, а от сдачи отказался, лишь велел его не беспокоить. Начальник стражи сказал ему по секрету за кружкой хереса, что незнакомец приехал от вампиров. Да хоть от Бесса, лишь бы платил!

Смыв с себя дорожную пыль, Брайас повалился на кровать. Тело ныло от усталости, но сна не было - беспокойные мысли о Совете, о Темных, о Миле никак не давали ему заснуть. Повернувшись на бок, он вспомнил сегодняшнее утро и улыбнулся, поймав себя на том, что бессознательно обнимает одеяло и шумно втягивает воздух, словно пытаясь уловить запах ее волос. Возможно, Лесс прав, он и правда с ней с ума сойдет! И все же... "Спокойной ночи, любимая" - мысленно прошептал он, бросив взгляд на окно. Там, на сине-черном небосклоне среди множества ярких звезд горела одна маленькая, почти незаметная звездочка, мигавшая зеленоватым светом.

***

Следующий день начался для Эмили неприлично рано - с первыми лучами солнца. Верховная жрица Долины Орра, устав ее будить, взяла со стола кувшин с водой и вылила его на девушку. Ошеломленная Мила тут же подскочила на месте, как ужаленная, укушенная и ошпаренная одновременно.

– Как водичка?
– Ванда широко зевнула, прикрывая рот свободной рукой, во второй она все еще держала кувшин, из которого лилась вода. Взглянув на нее, девушка увидела, что глаза жрицы были закрыты - она все еще спала!

– Холодная!
– сердито воскликнула Мила, забирая у нее кувшин и ставя его обратно на стол.
– Ты же спишь, Ванда!

– Ага, - зевнула она еще раз и, щелкнув пальцем, высушила постель и тут же прилегла на нее.
– Терпеть не могу вставать в такую рань.

Она накрылась одеялом и засопела.

– Но...
– Мила на секунду потеряла дар речи, - Какого лешего ты меня разбудила??

– А-а, - очередное сладкое позевывание донеслось из-под одеяла.
– Так у тебя же тренировка. Вот и иди, разминайся. Два круга, как договаривались! И не халтурь - узнаю сразу. Как пробежишься, заходи, будем заниматься.

Мила пожала плечами - в конце концов, это она к ней в ученицы напрашивалась, а не наоборот. Но все равно было как-то обидно вставать, когда все вокруг еще спали.

– Проснулась бы, хоть для моральной поддержки, а?
– с надеждой спросила она, натягивая бриджи и рубашку. Но Ванда упрямо промычала:

– У тебя Дымка для поддержки, это она меня разбудила, - и, высунувши руку из-под одеяла, показала на дверь.

Переодевшись, девушка вышла на улицу, где возле крыльца подремывала Дымка.