Книга Трех
Шрифт:
В старом мире существовало множество людей, которые не умели управлять силой. Маги снисходительно называли их немощными, ошибаясь в одном. Сила в них была. Только в таких малых пропорциях, что казалась попросту незаметной. Но именно немощные выполняли важную функцию. В моменты ощутимых выплесков они поглощали магическую энергию — то у старика голова разболится от вспышек на солнце, то ни с того ни с сего вчерашний неудачник пробежит стометровку на три секунды быстрее или спокойная обычно девушка на ровном месте выйдет из себя, превратившись в фурию. Сила действовал на всех по-разному.
Но помимо поглощения,
Кто знает, случайно так вышло или это и был хитрый план силы? Может, именно подобное ей и казалось необходимым. В любом случае, мы живем здесь, а теневики там. Многие из них спят вековым сном, в надежде, что кто-нибудь опрометчиво проявит себя. И кое-кому удалось…
Слова Якута слились для меня в полноценный красочный рассказ. Я представлял себе картины давно ушедшей эпохи, разделение миров, войны, появление теневиков. Поэтому когда наступила тишина, иллюзорный мир ушел не сразу. Его благополучно разрушил наставник, толкнувший меня в плечо.
— А ты пробудил теневика. Значит, теперь туда не сунешься.
— Я же не знал. Могли бы предупредить.
Впервые Якут выглядел откровенно раздосадованным.
— Я же не думал, что ты из Коридора сразу туда рванешь. Никому прежде такое не удавалось. Даже мои учителя о подобном не упоминали.
— Что за Коридор?
— Проход между мирами. Область иллюзий. Где реальность смазана и кажется ненастоящей. За всю мою практику лишь четверо учеников смогли в него пролезть. Ты пятый. Но никто из них так и не попал в другой мир.
— А зачем вообще переходить в этот мир? Я ожидал увидеть эльфов, единорогов, изумрудные полянки, а не снежную пустыню.
— Каждый маг, который хочет пройти путем силы до конца, должен увидеть к чему приводит неограниченная мощь. Это самый важный урок для собственного познания. Сила может быть не только добром. Как не может быть не только злом. Это всеобъемлющее понятие. Ну, есть еще и практическое назначение того мира…
Якут замолчал. То ли подбирал нужные слова, то ли попросту думал, стоит ли мне сообщать эту информацию. Я стоял, не шелохнувшись, боясь малейшим движением сбить настрой наставника.
— Миры соединены, — наконец сказал он, — если войдешь здесь, то там ты выйдешь именно в том же месте. К тому же время течет по-разному, у нас чуть быстрее, там медленнее.
— Получается, если ты умеешь переходить в другой мир, то, скажем, в бою, способен быстро перемещаться.
— Суть ты уловил, — кивнул Якут. — Перешел в тот мир, поменял дислокацию, вернулся.
Я сразу вспомнил появления наставника из «ниоткуда». Вон оно что выходит.
— Услышал все это и забудь. Ты излил свою силу в том мире, разбудил теневика. Вроде поманил акулу кровью
и вылез из воды. Туда теперь вход заказан.Было обидно. Будто дали одну мандаринку, а весь пакет убрали в холодильник. И сказали: «Не трогай, это на Новый год». Дело не в том, что новый дивный мир не понравился. Он открывал довольно ощутимые перспективы. К примеру, кто может быть сильнее противника, который в доли секунды способен переместиться из одного места в другое?
— Вы обещали научить меня перемещаться между мирами, — твердо заявил я.
— Даже если это приведет к твоей смерти? — серьезно спросил Якут.
— Вы обещали! — напомнил я. — Мне нужно понять, как это все происходит. И как самостоятельно возвращаться. Все остальное неважно.
— Хорошо, — ледяным, как ветер нового мира, тоном сказал наставник. — Но за последствия я не ручаюсь. Приходи завтра, в то же время. И зайди в медпункт. Рука скоро тебе понадобится. Тренировку можешь сегодня пропустить.
Мое намерение можно было объяснить вполне просто. Теневик явно прискачет к Терново, с той сторону, и будет здесь (там) тусоваться. Но ведь про остальные места ничего не говорилось. К примеру, я могу с таким же успехом выйти в иномирье, скажем, за несколько тысяч километров отсюда. А чудовище пусть здесь и бегает. Через пару лет в Терново и не вернусь. Иными словами, мне в любом случае необходимо научиться перемещаться. Можно, конечно, сделать все самостоятельно, но кто знает — получится ли? С Якутом всяко будет быстрее.
Друзья встретили мою новость так же настороженно, как именитые ученые принимают в гости экспертов по внеземным цивилизациям с Рен-ТВ. Байков относился к иномирью, как к сказкам на ночь, Мишка сказал, что никаких достоверных сведений об этом не встречал, а Рамиль вообще не до конца понял, что же произошло. Друзей больше интересовал вопрос с подсказкой к книге. Именно поэтому Максимов с утра был в библиотеке. Встретились мы только за завтраком. Где он вел себя странно. Слушал меня вполуха, без конца расспрашивая о моих родственниках: матери, дедушке и бабушке.
После я забежал в медпункт, чтобы выпить какой-то горькой настойки и со спокойной совестью отправился в комнату. Из вариантов «Чтобы сделать» приоритетным у меня был только один — спать. И даже бродящий поблизости Потапыч не смог сбить нужного настроя. Это удалось лишь по возвращении Рамилю, который был зол, потен и неразговорчив. Я его понимаю, когда тебе приходится бегать, прыгать и получать в бубен, а друг дрыхнет, за него очень трудно искренне порадоваться.
Но оказалось, что сегодня будто всех подменили. С самым кислым выражением лица на заклиналке сидела и Катя, отвечая односложными фразами и вообще не пытаясь поддерживать со мной беседу. Что, у нас опять начались непростые дни?
— Кузнецов, послушай, пожалуйста меня внимательно. Это очень важно, — заметила мою отстраненность Наталья Владимировна. — Сегодня мы начинаем большой цикл атакующих заклинаний. Они помогут вам против различных существ…
— И магов, — добавил Куракин.
— Будем надеяться, что до этого не дойдет, — ответила Матвеева. — Раз уж на то пошло, Саша и Максим, выходите ко мне. Сегодняшнее заклинание называется Плеть. Одно достаточно универсально. Им можно как ранить, так и просто задержать противника. Запоминайте структуру.