Кормить досыта

– Лорд ван Холвен! Карл! – неожиданно окликнули Герта из толпы.

Голос был не просто знаком, Герт сразу же узнал и тембр, и особую тональность, и те интонации, от которых у мужчин начинает кружиться голова, и лопаются от напряжения штаны. Он поискал взглядом и, разумеется, тут же обнаружил среди собравшихся на берегу дам и кавалеров неутомимую лисицу Бебиа, и к тому же не одну. Рядом с девицей ла Скарца стояла, опираясь на трость, Микулетта ар Иоаф графиня ле Шуалон…

***

– Оставь нас, деточка! – приказ прозвучал сухо, но в нем слышалась резкость, словно, приглушенный расстоянием удар бича. Ударом и был. Бебиа вздрогнула, как если бы по ее спине, и в самом деле, прошлись ременной плетью. Вздрогнула и тут же сорвалась с места. Герт, кажется, и моргнуть не успел, а силуэт девушки уже растворялся среди деревьев.

– Потом отдерешь! – графиня обернулась к Герту и смотрела ему прямо в глаза. Снизу-вверх. – Ночь длинная, успеешь еще!

– С места в галоп?

Это был их второй разговор, и старуха, по-видимому, решила взять реванш.

– Как получится!
– отмахнулась Микулетта и сразу же пошла на приступ.

– Кто ты такой?!

– Есть идеи? – с ней и раньше было интересно говорить, но в те времена он с ней не только разговаривал. Теперь, по-другому.

– Есть!

– Озвучишь?

– Мы перешли на «ты»?

– Ты начала, я подхватил!

– Вот! – подняла она палец. – Откуда это? Я, Карл, это помню, а ты? Ты сказал, он умер, но не сказал, когда!

– Это важно?

– Еще бы! Мне тут шепнули, что в Кхоре объявился то ли сын, то ли внук господина Шазара. Что скажешь?

– А что бы ты, Кулето, хотела услышать?

– Кулето? – нахмурилась она и отступила на шаг, словно от жара печи. – Ты сказал, Кулето?! Так называл меня только он!

– А ты боишься назвать его по имени, - покачал головой Герт. – О, времена, милая, о нравы! Сорок лет прошло, но для тебя он все еще только господин Шазар?

– Что ты знаешь? Что ты можешь знать! – спросила Микулетта каким-то неживым, хриплым голосом.

Кажется, он ее победил, даже не начав игры по-настоящему.

"И это сильные мира сего?!"

– Знаю, - сказал он холодно.

– Откуда?

– Откуда, не скажу, но знаю так много, что тебе, Кулето, не захочется, услышать и половины.

– Слова! – она все-таки попыталась выбраться из западни, но куда ей! – Сотрясаешь воздух, мальчик?

– Сотрясаю? – переспросил Герт.
– Что ж… Помнится ты рассказывала у костра… Как ты сказала? Лет через десять? Не в Реште, а в Кхоре? И сразу во все дырки?

– Что?.. – встрепенулась Микулетта, но он ей не позволил договорить.

– Не через десять, милая, а через восемь, - мягко сказал Герт. – Тебе было тринадцать, ему - пятнадцать, разве нет? В Реште, Кулето, а не в Кхоре. Неподалеку отсюда… На том берегу озера, в замке герцогов Решта…

– Ты не можешь этого знать!

– Но знаю, - пожал он плечами. – В первый раз у вас ничего не вышло. Ты испугалась, а он не умел тебя успокоить. Потом… Через несколько дней ты ему все-таки отдалась, но получилось так себе. Тебе стало больно, пошла кровь…

– Боги! – Микулетта закрыла ладонью рот, рыдания душили ее.

– Но время лечит, - кивнул Герт. – В следующий приезд он уже знал, что нужно делать, да и ты кое-что поняла. Получилось неплохо, и вы продолжили. А во все дырки, это действительно много позже. В то время он просто не знал, куда можно еще. Но позже, набравшись опыта, он снова вернулся к тебе…

– Кто ты? – всхлипнула Микулетта.

– Тебе лучше не знать! – покачал головой Герт.

Постояли молча. Тишина обнимала их, словно хотела поглотить.

– Мне нужна услуга, графиня! – сказал Герт через некоторое время. – И клянусь, больше я вас никогда не потревожу.

– Услуга? – в ее голосе звучало подозрение.

– Я вам не опасен, графиня! – покачал он головой.
– Скорее, полезен, но использовать себя не позволю.

– Что за услуга? – голос Микулетты окреп, графиня успокаивалась и сделала это, на удивление, быстро.

– Мне нужна приватная встреча с королем, - объяснил Герт.
– Один на один.

– Он не согласится!

– Как знать! – Герт достал из кармана и протянул Микулетте свиток.

– Не открывайте! – предупредил он. – Такие вещи лучше не знать. Передайте это королю и скажите, что у меня есть еще.

– Один на один?

– Четверть часа, никак не больше.

– Что за игру вы затеваете?

– Вам лучше не знать! – повторил он свои прежние слова.

– Все настолько плохо? – нахмурилась графиня.

– Напротив!
– улыбнулся Герт. – Все просто замечательно!

2. Тихое озеро, двадцать шестого травника 1649 года

Герт планировал эту встречу с тех самых пор, как в первый раз бегло просмотрел документы из "кожаного мешка". Планировал. Обдумывал. Предполагал. В общем, думал об этой еще не состоявшейся встрече. Представлял, - еще ничего не зная наверняка, - как это будет. Пойдет ли он до конца или остановится на полпути? Что скажет он, и что скажет король? Но прежде всего, как, черт возьми, добраться до того, кто никогда не остается один? Правящие монархи, - какой бы властью они не обладали, - редко бывают предоставлены самим себе. Но даже если такое случается, человеку со стороны никогда не узнать, где и когда. И, разумеется, как. Как приблизиться к королю Кхора? Как заставить его выслушать твои доводы, какими бы разумными они, в конце концов, ни оказались? Герт думал об этом, представлял, планировал, но вышло по-другому. Проще. Быстрее и лучше, чем, если бы осуществился его собственный план, который, если честно, еще только предстояло разработать в деталях.

"Один штрих. Один человек. Пара слов…"

Двор короля Грегора все еще коротал время близ истоков Кроткой. Ожидали прибытия еще нескольких кораблей. Кого-то из баронов, возможно, графа или двух, и, разумеется, князя Голея. Король хотел появиться в Реште во всем блеске своего величия. А пока день был похож на день, погода не баловала, и лагерем на берегу Тихого озера постепенно овладевали скука и безразличие – состояние напоминающее оцепенение зимних мух.

– Сюда! – Гвардеец провел Герта кружным путем и вывел к задам королевских шатров. – Ждите здесь!