Кровавая одержимость

Адемордна вздрогнул и покачал головой, приближаясь к суверенному правителю дома Джейдона. Он не ожидал, что испытает такое… возбуждение… от одной мысли поселиться в теле Наполеана, и понял, что ему придется слегка изменить свои планы. Да, он выполнит условия «Кровавой одержимости», оставаясь в теле короля оставшиеся двадцать четыре дня договора. Он проследит, чтобы Наполеана Мондрагона больше не существовало в конце «Кровавой луны», но также извлечет нечто невероятно ценное из данного положения. И таким образом щедро вознаградит всех своих верных слуг из дома Джегера за их кровь и жертвы.

Он будет достойным господином, воистину почитаемым превыше всех остальных.

Адемордна облизнул губы, когда план созрел в его голове. Он использует тело Наполеана, чтобы спариться с человеческой женщиной, как и планировал невежественный король. Он позволит проклятию идти своим чередом, используя семя Наполеана, чтобы зачать обещанных сыновей — близнецов: одно дитя тьмы и одно дитя света. Затем он передаст новорожденных младенцев, но не сущности «Кровавого проклятия», злобной, мстительной аберрации, все еще требующей свой фунт плоти спустя тысячелетия после первородного греха. Он отдаст обоих малышей верным темным из дома Джегера. Священный дар от темных лордов долины Смерти и теней. А что случится или не случится с Брук в тот момент не будет иметь никакого значения.

Он мысленно рассмеялся. Сыновья Джегера могут вырастить, пытать или убить светлого наследника. Сделать все, что сочтут нужным. Так или иначе, Наполеан не сможет принести необходимую жертву, и будет обречен на мучительную гибель, проклятие уничтожит мощного монарха раз и навсегда.

А темное дитя? Оно будет жить!

Порожденный сущностью «Кровавого проклятия», ребенок будет наполовину отвратительной мерзостью и наполовину чистейшей силой, живой сущностью величайшего короля — величайшего существа, когда-либо ступавшего по земле. Сила ребенка будет неоспоримой. Неудержимой. Он станет чистым и ненасытным злом.

У темных появится свой собственный король, которому они будут поклоняться. Мужчина, не имеющий себе равных, избранная, теневая душа, что поведет их к бесчестью. И со смертью Наполеана ребенок однажды начнет последнюю битву между добром и злом. Которая приведет к окончательному уничтожению сыновей Джейдона.

И все это благодаря темному лорду Адемордна.

Демон облизнул губы, практически ощущая грядущую победу.

Да, все это намного превосходило его ожидания.

Глава 16

Брук прижималась к земле позади Наполеана, все еще ошеломленная внезапной перестрелкой, не говоря уже о том, что Наполеан поймал каждую быстро выпущенную пулю голой рукой и вырвал ружье из рук напавшего одной силой мысли. Она до сих пор ощущала запах жженой кожи в том месте, где пули опалили его плоть, хотя он не выказывал никаких признаков физической боли. Словно был невосприимчив к ней.

Взглянув в его хмурое красивое лицо, она была поражена ярким красным светом, который обрамлял темные зрачки его глаз. Взгляд был таким гневным, что ей стало почти жаль напавшего на них. Почти.

Выжить любой ценой — мощный инстинкт, Брук знала это слишком хорошо. Только на этот раз она была не одна. На этот раз она не была беспомощной. На этот раз мужчина, возвышающийся рядом с ней, разберется быстро и окончательно с их врагом. Ее врагом.

Эта мысль ее напугала. Почему кто-то в Лунной долине вдруг захотел причинить ей вред? Такие вещи обычно происходили только в фильмах!

Брук поползла по земле и остановилась прямо у ног Наполеана, когда летевшее по воздуху мужское тело приблизилось, беспомощная против едва сдерживаемой силы Наполеана, словно перышко на ветру. Мышцы на спине вампира напряглись от едва сдерживаемой ярости, женщина не сомневалась, что была в полной безопасности позади его мощной фигуры.

Глаза напавшего широко распахнулись от ужаса и еще какой-то эмоции, которой Брук не могла дать точное название. Волнение? Предвкушение? Показалось, наверное.

Пока он висел в воздухе, прямо над Наполеаном, мужчина наклонил голову, стараясь получше рассмотреть женщину, стоявшую на коленях позади короля. Его грязные, блондинистые волосы были влажными от пота, они упали ему на лоб, когда человек попытался встретиться с Брук взглядом. Внезапно, пара красных лучей — два яростно горящих огонька — выстрелили из глаз Наполеана в напавшего, обжигая сетчатку его глаз до тех пор, пока те не воспламенились.

— Ты не будешь на нее смотреть! — приказал Наполеан, и его голос эхом разнесся по окружающей долине, словно гром с молниями.

Брук отпрянула назад, удивленная… испуганная… загипнотизированная огромной силой Наполеана.

Мужчина закричал в агонии, а Наполеан схватил его за горло. Вампир усилил хватку, из кончиков его пальцев выступили когти, но напавший остался подозрительно спокойным в руках разгневанного короля.

— Кто ты? — пророкотал Наполеан. — Кто тебя послал?

Принуждение в голосе Наполеана было таким сильным, что Брук почувствовала огромную потребность ответить вместо мужчины. Ее язык ворочался во рту, желая подчиниться приказу короля.

Мужчина улыбнулся.

Улыбнулся? Испытывая такую боль?

— Я… Гейб Лоренц. Я был послан советом темных убить твою судьбу.

Наполеан приблизил к нему свое лицо и глубоко вдохнул, словно хотел узнать правду по запаху.

— В твоей душе не осталось света. Ты уже не человек. Как такое возможно?

Мужчина рассмеялся, громко и вызывающе, нажал руками на обгоревшие глаза и содрогнулся от боли.

— Поверишь ли ты, что я продал свою душу лишь за возможность добраться до ее нежной человеческой плоти?

Наполеан запрокинул голову и взревел. Брук закрыла уши. Под ними задрожала земля. Вампир поднял вторую руку и сжал горло мужчины, яростно наблюдая, как кровь и плоть просачивались сквозь его пальцы, а кости трескались подобно веточкам. А затем резко развел руки в противоположные стороны: левая рука потянулась вниз, а правая крутанулась вверх, — и голова мужчины просто отделилась от плеч. Кровь гейзером хлынула из бившегося в конвульсиях трупа.

Брук открыла рот, чтобы закричать, но не издала ни звука. Она прикрыла голову руками в попытке защитить лицо от мерзкой субстанции, что лилась на нее сверху.

Наполеан разжал руки, потому что больше нечего было держать, и тело рухнуло на землю. Затем одним быстрым размытым движением, он погрузил свой правый кулак в грудь мужчины и вынул сердце, отбрасывая его в сторону еще до того, как само туловище рухнуло на землю.

Тело упало на колени перед мстительным королем, а затем Брук стала свидетельницей самого ужасного в ее жизни зрелища. Труп начало сильно трясти. Он дергался, как будто его душила огромная, невидимая сила. Густая, кромешная тьма поднялась из открытой раны на шее, словно возникая из самой могилы, обильно покрытая кровью и… злобой.