Кто я?

— Тьфу, чёрт! — выругался Мельников, опуская карабин, — Он реально танцор!

— Двигаем следом, — распорядился Черов, — Только тихо. Когда-нибудь он остановится, хотя бы, чтобы перевести дух. Будь готов! Всади ему пулю в задницу! Туда проще попасть.

Ломов не таился, но и не останавливался. Первое, убеждало Дениса, что отставник их не заметил. Второе, вызывало уважение к пятидесяти семилетнему ветерану. Какие же он испытывал к ученице чувства, если готов терпеть такие трудности?

Наконец, усталость взяла своё. Ломов скинул с плеч рюкзак и присев к дереву, принялся снимать армейские берцы. Стрелять в сидящего к ним лицом человека, оказалось невозможно.

— Может в плечо попробовать? — спросил Гизмо, привставая над покрытым мхом стволом, упавшим здесь в незапамятные времена.

— Плечо не вариант, — покачал головой Денис, — Он матёрый волк. Сбежит. В ногу надо.

До слуха Черова донеслось журчание ручья, и он принял решение.

— Здесь ложбинка, которую мы пока не видим. Сейчас он разуется и поймём его план. Предполагаю, что устал. Не мальчик уже. Ноги зудят, и он решил окунуть ступни в ручей.

— Похоже, ты и здесь прав, — поддержал товарища Мельников, — Мокрые ноги в ботинки не засунешь. По любому вытирать будет или сушить. Вот тут, я его и приголублю!

— Замётано. Как спустится в балку, я переберусь к тем кустам, — указал направление Черов, — Возьмём его в клещи. Думаю, с пятнадцати метров разброс картечи будет не критический.

Ломов снял носки и закатал штанины. Затем рывком поднялся и юркнул в лощину, мгновенно пропав из виду. Донёсся отчётливый плеск воды, словно кто-то как слон топтался в ручье.

Денис, не выпрямляя спину, практически на полусогнутых ногах, рванул к кустам лещины. Залёг, аккуратно пригнув нижние ветви к земле. Позиция казалась идеальной. Он принялся медленно считать про себя, прикидывая, сколько нормальный человек выдержит в холодной воде.

Глава 18

Что произошло в промежутке между моментом, когда он залёг под кустом ореха и пробуждением, Черов не знал. Пытался понять, едва разум вернулся в ноющую от напряжения голову, но, увы. Даже не смог вспомнить, на какой цифре закончил счёт, прежде чем потерял сознание.

Какая-то травинка, пробивающаяся сквозь плотно слежавшиеся иголки, лезла в ноздри при вздохе и щекотала слизистую, вызывая желание чихнуть. Денис приподнял щёку с лесной подстилки и открыл глаза.

Он, по-прежнему, лежал под лещиной, только правая рука, прежде сжимавшая ложе приклада, теперь оказалась прикована наручником к комлю орехового ствола.

«Твою мать! — пронеслось в голове, и ноющая боль усилилась, — Это же мой браслет! Он лежал в отдельном боковом кармашке».

Служебной сумки на боку так же не было, как и дробовика.

«Опять попался как пацан! Купился на простенькую отвлекающую уловку! Ножки пошёл старикан охладить! Сука!», — горестно каялся Черов, принимая сидячее положение и внимательно осматриваясь.

Ломова нигде видно не было. Это, конечно, плюс. Здесь отставник явно просчитался! Ствол орешины только у корня в руку толщиной. Нужно встать, продеть браслет как можно выше и сломать там, где он тоньше. Приковать здорового парня к побегу кустарника — это верх идиотизма.

Мышцы, хотя и ныли от долгого лежания в бессознанке, но подчинялись желанию хозяина. Подтянув ноги и прочно уперев задник толстой подошвы в грунт, Денис попытался оттолкнуться левой рукой. Вот только ладонь не желала разжиматься, чтобы облегчить толчок от земли. Взглянув на руку, Денис понял почему. Пальцы крепко сжимали корпус гранаты. Предохранительный колпачок и кольцо отсутствовали, а рычаг скобы удерживался двумя пальцами.

Радовало то, что убивать преследователей Ломов не собирался. Кисть плотно обматывали несколько слоёв широкой изоленты, не позволяя пальцам разжаться, пока их хозяин пребывал в бессознательном состоянии.

— Сволочь! — взвыл Черов, уже не опасаясь быть услышанным хитрым отставником.

— Я здесь! — донеслось из-за поваленного ветром ствола сосны, — Как сам?

На мгновение Денис обрадовался, что его товарищ жив и, судя по голосу, вполне здоров.

— Где Ломов? — спросил Черов, подняв самую животрепещущую тему.

— Ушёл искать следы похитителей Марии. Сказал ждать и не рыпаться.

— Он, что, даже не оглушил тебя? — изумился Денис.

— Я его клювом прощёлкал! — признался Мельников, — Он мне ствол к голове приставил и велел отдать карабин. Я даже не видел, что он с тобой сделал. В прицел смотрел, моргнуть боялся.

— Ты связан? — Денис задал второй по важности вопрос.

— Ага, — подтвердил панкер, — Изолентой обмотал, гад. Руки сзади, а ноги до колен. Могу попробовать змеёй к тебе подползти, но что толку? Помочь тебе не помогу, а Дим Димыч вернётся, бить будет за непослушание.

Обстановка и предшествующие события, мало по малу вырисовывались в голове Черова.

«Первым, дабы не мешал, отставник приложил меня, — размышлял Денис, — Так как оказался ближе к овражку с ручьём. Тем самым выведя из строя и лишив возможности помочь товарищу. Хитрый, сволочь. Сколько ещё таких уловок у него в запасе»?

Ему хотелось, заставить Мельникова совершить над собой усилие, превозмочь страх перед побоями и доползти до него, но не мог подобрать нужные для убеждения слова.

Изолента ерунда. Можно размотать или порвать зубами. Черов бы с этим справился. Но что делать дальше? Денис потёрся спиной о ствол лещины, пытаясь определить наличие «Чеглока» в заплечной кобуре. Скорее всего, Ломов забрал и его.

Какая будет реакция освобождённого Мельникова? Поможет избавиться от гранаты или сбежит, почувствовав свободу? Гражданский волонтёр, что с него взять. У Дениса язык не поворачивался назвать будущего шурина трусом. Оплата по среднему за помощь милиции — не та мотивация, чтобы совершать подвиги.

В отличии от Ломова. Тот, определённо, не за деньги старается. Он идейный. А это самые опасные противники.

— У тебя конфеты остались? — крикнул Черов, ничего лучше не придумав.

— Дим Димыч рюкзак забрал, — посетовал панкер, — И сумку с патронами.

— Он уже Дим Димыч для тебя? Быстро ты переметнулся!

— Кончай хернёй страдать, Деня! — прохрипел Мельников и по голосу Денис понял, что тот пытается освободиться от пут, — Мужик просто хочет, чтобы мы ему не мешали. Будь он злодей какой, просто перерезал мне горло. Видел, какой тесак у него на бедре болтался?