Кто я?

На самом деле всё гораздо прозаичнее. Любой атмосферные фронт движется широкой полосой, закручиваясь вокруг своего центра. На периферии он растягивается, рвётся и вытянутые рукава насыщенных влагой туч, похожие на тинтакли анимэшных чудищ, теряют целостность с основной массой. Закручиваясь, подобно жуткой дисковой пиле, они лишают влаги целые города, не в силах закрыть Солнце.

Вот в такую прореху и попал Отрадный, отделавшийся сильным ветром и понижением температуры. Здесь же поистине разверзались небеса и на обочине до сих пор имелись лужи, отражающие редкие звёзды.

— Мотик надо спрятать, — шёпотом произнёс Мельников, слезая на землю.

— Ты чего шепчешь? — усмехнулся Денис, как энергетический вампир, подпитываясь от страха товарища.

— Мало ли... — неопределённо проворчал Гизмо, копаясь в рюкзаке.

— Если мы опоздали и Ломов уже там, — Черов кивнул на вершину холма, — То звук байка он услышал задолго до нашего прибытия. Но это вряд ли. Отставник имеет конкретную цель: найти посторонние следы и определить, каким образом Тима и Марию, доставили на лесную опушку. В темноте, даже с фонариком, такое не под силу никому.

Здравое рассуждение товарища не убедило Мельникова.

— Я кино смотрел, — заявил панк, доставая фонарик в прочном корпусе, — Там герой, подсвечивая спичкой, нашёл отпечаток пальца на трубе.

— Забей, — посоветовал Денис и продолжил, — Ломов приедет, когда рассветёт. А мы уже тут и сцапаем его тёпленького. Помоги байк в кювет оттащить. Там ветками прикроем.

Мельников, зло матерясь, постучал фонариком о бедро и зашвырнул его в кусты.

— Пуля, сука, пробила и в корпусе застряла, — сообщил он.

— Почему сразу не проверил? — предъявил Черов.

— При ЧОПовцах? Чтобы у них лишние вопросы появились? Перебьёмся. У меня зажигалка есть. А лёжку готовить начнём, когда рассветёт.

Укороченный «Чеглок» Денис закрепил на спине, так, чтобы пистолетная рукоятка торчала над правым плечом. Оружие последней надежды. Бросаться с ножом на человека, способного перехватить пистолет, направленный в грудь, не имело смысла. «Мурку» зарядил, подогнал пластиковый приклад под себя, чтобы пятка не соскакивала с плеча вниз. Несколько раз прицелился в предполагаемую мишень, проверяя баланс. Ходить с чужим оружием на охоту, значит гарантированно остаться без трофея, а здесь на кону стояла их жизнь. Ломов церемониться не станет.

— У нас будет время только на один прицельный выстрел, — напомнил товарищу Денис, наблюдая, как тот возится с карабином.

Снайперской оптики у «Вепря» не было. Только коллиматорный прицел для упрощения процесса наведения на цель. Мельниковы не охотились на пугливых лосей и оленей. Не нравилось им тайком пробираться по лесу, ища точку для решающего выстрела с расстояния до километра, когда охота превращается в соревнование по стендовой стрельбе. Вот палить на вскидку по выскочившей внезапно лисе или кабану, другое дело.

— Не ссы, братан! — успокоил Гизмо, — Я попаду.

— Он живым нам нужен! — уточнил Денис.

— Да помню я! — начал заводиться панк, — Не маленький. У тебя аккумулятор не замкнёт, а то трава и ветки мокрые? Как мы, кстати, потащим такого борова в Михали?

— Никак, — отмахнулся Черов, — Привяжем к сосне и вызовем наряд. А сами мухой метнёмся к бункеру.

— Он же кровью истечёт! Надо было в аптеку заскочить и жгуты взять.

— Что раньше не сказал?

— Так ты главный! Думать, твоя привилегия!

— Молодец, отбрехался, — нахмурился Денис, начиная сожалеть, что взял панка в дело.

С другой стороны, в одиночку, с пукалкой для отпугивания бродячих собак, поход выглядел бы совсем бесперспективным.

На половине подъёма Черов остановился, поджидая пыхтящего товарища. Всё-таки, последствия от ранения и общения с ветераном, сказывались на его физическом состоянии. Это эмоционально он держался бодрячком, а в плане изнурять организм интенсивными нагрузками, сразу сдавал и терял выносливость.

— Смотри, правее, — указал пальцем Денис, когда панк поравнялся с ним, — Вот у той сосны, что одиноко выперлась на склон, скорее всего очнулся Тимофей. Сзади два дерева, те, что ближе к лесу. Под каким-то из них пришла в себя Мария. Именно оттуда, начнёт поиски Ломов.

— Согласен, — буркнул Гизмо и двинулся в этом направлении.

— Куда?! — взвыл Черов, хватая приятеля за куртку, — Следы же!

— Да какие следы? — не понял панкер, — Там ливнем всё смыло!

— Вот именно! А наши отпечатки прекрасно останутся на мокром песке. Рули влево. На хвойной подстилке следы не так заметны. Рассветёт, подойдём к опушке со стороны леса и ляжем в засаде. Как только приблизится, валим. Ещё раз напоминаю, что стреляю в правую ногу, а ты в левую. Не перепутай!

Мельников угрюмо кивнул и направился к вершине обходным путём.

— Стой, — распорядился Черов, едва приятели, представляющие себя охотниками за головами из крутых боевиков, ступили в мрак чащи.

Мельников угукнул и, достав из кармана зажигалку, запалил газовый огонёк. Свет озарил ближние ветки, погрузив остальные ещё в более непроглядную тьму.

— Кончай дурью маяться, — строго цыкнул Денис, сгружая сумку с патронами под куст, — У нас глаза уже привыкли к темноте, а твоя зажигалка только слепит. Через полтора часа начнёт светать, тогда и определимся с направлением.

— Сыро в подлеске, — заныл Гизмо, — Не комфортно. Давай в лес зайдём, поищем полянку и костёр запалим. У меня сейчас зубы стучать начнут.

— Сиди, сказал! — прикрикнул Черов, — Костёр он захотел! Где ты сухие дрова найдёшь? Если замёрз — займись приседаниями. Ноги-то у тебя здоровые! Вода есть?

— Откуда? Мятные леденцы имеются и жвачка. Что будешь?

— Давай конфету, — устало произнёс Денис, выбирая место посуши, чтобы присесть.

Именно в этот момент, он окончательно разочаровался в своей затее. Пошли в лес без фонаря, воды и термических одеял! Еды тоже скорее всего у Мельника нет. Зачем ему таскать с собой бутерброды в вакуумной упаковке, если перекус можно купить в любой забегаловке.

Эпический случай! Сколько магазинов проехали они в Михалях и позже в Отрадном! И ни разу не пришло в голову, что нужно озаботиться чем-то ещё, кроме оружия. А если ждать Ломова придётся несколько дней? Они шишки жевать начнут или на белок охотится? Выживальщики, блин!

Вслух Денис ничего не сказал, понимая, что озвучь он свои мысли, полные пессимизма и желчи самоиронии, и у приятеля, с его нетрадиционным мышлением, случится приступ паники. Как выглядит истерика в исполнении панка, он видел не раз.