Кукловоды

Этот принцип позволил ему, человеку неглупому, жесткому и циничному, достичь многого в жизни. У него была немалая власть, куча денег и обширные связи среди сильных мира сего. Работал он много и напряжённо, но его рвение отнюдь не было связано с исполнением служебного долга. Хотя в органах полковник был на хорошем счету, основные его интересы не имели ничего общего с борьбой с преступностью. Высокая должность, на которой он оказался по воле покровителей, находилась в сфере влияния одной из сильных олигархических группировок или клана, как писали в газетах, и полковник прежде всего стоял на страже интересов этих людей.

Полковник ни в чём не отказывал себе в жизни. Имея квартиру на Фрунзенской набережной, он построил шикарный коттедж в престижном загородном районе и купил пару дорогих авто. Казалось, живи и радуйся. Но одна проблема омрачала его существование. Эта проблема касалась интимных отношений со слабым полом. Когда–то давно Лузгин обнаружил, что не может получить удовлетворения от нормального сексуального контакта с женщиной. Даже самая темпераментная подружка не могла заставить "забить фонтан", и это бесило его и приводило в ярость, отчего Николай так и не смог жениться. Ни одна девушка после учинённых им побоев больше не желала продолжать встречаться со "свихнувшимся импотентом". Врачи не находили никаких физических патологий и относили его проблему к области психики. Он пытался лечиться, но занудство психоаналитиков и сексопатологов выводили его из себя. Не помогали и изощрённые ласки "жриц любви". Жалкое подобие удовлетворения он испытал, избив до полусмерти одну из проституток и жестоко изнасиловав окровавленную и визжащую от боли и ужаса девицу в извращенной форме. После этого случая у Николая возникли серьёзные неприятности, и скандал едва удалось замять, откупившись от братков довольно крупной суммой, но зато он понял, как может решить свою проблему.

В один из тёплых майских вечеров полковник засиделся до поздна в своём кабинете. Рабочий день выдался на редкость напряженным и нервным, и хотелось разрядиться от накопившегося заряда нервозного раздражения и злобы. Закончив разбирать документы и убрав их в сейф, Николай достал из шкафчика бутылку виски и, щедро плеснув в бокал, залпом выпил. Спиртное растеклось теплом внутри, но напряжение не сняло. Ещё один бокал подействовал тоже с задержкой и как–то странно, пробудив неясное желание, похожее на зуд, отчего раздражение лишь нарастало. Грязно выругавшись, полковник отправился домой, ещё не зная, чем занять себя, чтобы избавиться от скверного настроения. Новенький "Ниссан" ждал его у крыльца, но он изрядно выпил и чувствовал, что лучше не садиться самому за руль. На такой случай у полковника всегда была под рукой дежурная машина с проверенными "янычарами". Тёмно–синий фургон подкатил к крыльцу через минуту, и полковник залез в него, мрачно поприветствовав свою "зондер–команду", которую он лично подбирал для выполнения особых поручений.

––Куда едем, Николай Фёдорович? – спросил сидящий за рулём лейтенант Власов, которого в узком кругу прозвали Шумахером.

––Пока домой, – бросил полковник и, подумав, добавил, – если ничего лучшего не засветит.

Машина резво тронулась с места и покатила по залитым огнями улицам Москвы.

––Трудный день, шеф? – участливо спросил капитан Осколков, покосившись на его хмурое лицо, и, предвосхищая ответ, предложил: – Может, поразвлечёмся?.. Вон сколько тёлочек пасётся.

Полковник что–то злобно прошипел неразборчиво и отвернулся к окну. Мимо на широких тротуарах проплывали толпы прохожих, среди которых было полно молодых и симпатичных женщин, с наступлением тёплых дней поспешивших максимально облегчить "форму одежды". Их стройные фигуры в мини–юбках и брюках в обтяжку соблазнительно дразнили воображение Николая, и он злился всё сильнее и сильнее из–за нарастающего неудовлетворенного желания.

Он вдруг вспомнил, как однажды, года два назад, частные и очень важные дела привели его в один из линейных отделов "транспортников". Нужно было кое–что уладить с давним приятелем и партнёром по "бизнесу", начальствующем на "железке". Когда с делами было покончено, сделку решили "обмыть".

Приняли на грудь тогда изрядно и, как водится, потянуло на баб. Кореш вызвал к себе в кабинет, где была накрыта "поляна", двух сержантов и высказал "просьбу" организовать "веселье". Николай тогда ещё сказал ему в шутку, что предпочитает грудастых блондинок, но кореш воспринял это пожелание всерьёз и передал его своим парням.

Они продолжили попойку, а примерно через час появился один из "гонцов" и, пошептавшись с начальником, исчез за дверью.

Потом они вдвоем спустились в подвал и вошли в какую–то подсобку. Там Николай увидел тех самых сержантов и красивую девушку с роскошными светлыми волосами и высокой грудью – именно такую, какую он пожелал. Как оказалось, девица была приезжей провинциалкой, её задержали на перроне вокзала и под видом проверки документов привели в отделение. Когда Николай с приятелем вошли, "обработка" шла полным ходом. Девушка была сильно перепугана и что–то пыталась объяснить допрашивающим её милиционерам, но те были непреклонны и суровы. Они высыпали на стол содержимое её сумки и вскоре "нашли" небольшой пакетик с белым порошком. Вот тут и началось самое забавное. Видимо, подобное эти шустрые ребята проделывали не раз, и всё дальнейшее было похоже на спектакль. Появился "протокол", и задержанную запугали до слёз, грозя суровой статьей за провоз наркотиков и намекая при этом, что можно и замять дело, если она согласится провести с ними "ночь любви".

Провинциалка оказалась непонятливой дурой, вздумавшей сказать им о том, что будет жаловаться начальству за произвол. Тогда девицу попросили раздеться для проведения "личного досмотра". Рыдая и умоляя отпустить, девушка стыдливо сняла юбку и блузку, оставшись в нижнем белье, но приятель Николая потребовал снять всё. Девица уперлась, и впала в истерику, и тогда ей надели наручники, перегнув через стол и пристегнув руки к водопроводной трубе. "Досмотр" начал сам майор Малявко и провёл его очень тщательно. Сорвав с рыдающей девицы её тряпки и ощупав с ног до головы, он обследовал все "потайные места" и подмигнул Николаю, приглашая его оценить достоинства молодого женского тела. Тот уже завелся и без лишних церемоний взял её силой, но кончить, как обычно, не смог. Озверев, Николай принялся жестоко избивать девушку и снова изнасиловал её. Вцепившись в волосы и запрокинув ей голову, он стал душить вопящую жертву, пока та не стала хрипеть. Когда она потеряла сознание, он, наконец, получил долгожданное удовлетворение и отпустил её. Такого наслаждения Николай никогда ещё не испытывал.

Полуживую девушку привели в чувство и снова пустили по кругу, но теперь её истязали садистски изощренно. Один из сержантов предложил сделать "качели". Девушку подвесили за руки и ноги к крюку в потолке и стали насиловать попарно, сопровождая это извращенное надругательство пытками и избиением. "Поляну" перенесли сюда же в подвал, и "веселье" продолжалось до глубокой ночи. Когда пьяная компания притомилась, вдоволь натешившись женским телом и наглумившись над жертвой, они придумали другое развлечение. Голую, растерзанную девушку отвели в "обезьянник", в котором сидело с десяток бомжей и "безбашенных" отморозков, и, пристегнув наручники к решетке, оставили "на съедение" уркам и наркоманам, а сами уселись напротив, чтобы понаблюдать за продолжением омерзительного надругательства. Попивая водку, компания с хохотом комментировала происходящее и советовала очередному похотливому кобелю как лучше управиться с самкой. Жертва была в полубеспамятстве и уже не стояла, а висела на решетке, а её все насиловали и насиловали, выстроившись в очередь, животные в человеческом обличье.

Под утро всем изрядно надоело это "развлечение", да и девица была в ужасном состоянии и уже не реагировала ни на что. Её так измочалили, что всё тело было в сплошных синяках, ссадинах и ожогах от сигарет. У бедняжки были сильные внутренние повреждения, и кровь струйками текла по её красивым стройным ногам. Поняв, что она умирает, компания решила избавиться от неё. Один из сержантов подогнал к заднему входу дежурную машину, и девушку тайком погрузили в милицейский УАЗ. Вся компания отправилась закончить своё чёрное дело. Подходящее место было известно сержантам. Машина остановилась на большом заросшем кустами пустыре возле заброшенного котлована какого–то долгостроя. Сюда и сбросили её, выволочив за ноги, как падаль, а потом облили бензином и подожгли…

О, как она кричала, корчась в предсмертной агонии в ярком пламени! Николай содрогнулся всем телом, вспомнив об этом, но он помнил и то, что в тот момент испытал настоящий оргазм.

Воспоминание о том случае пробудило в нём ясное желание испытать ещё раз нечто подобное. То была первая жертва, после которой были и другие, но именно та девушка оставила в его памяти неизгладимое впечатление. Монстр, сидящий в нём, требовал новой кровавой жертвы. Полковник скривился в злобной гримасе и стал смотреть в окно уже с определенной целью, выискивая алчным жестоким взглядом среди сотен и тысяч женщин ту, которая должна быть принесена в жертву чудовищу, властвующему над ним.

Он увидел Её недалеко от метро у парка Горького. Одинокая стройная фигура девушки, торопливо шагающей по тротуару, появилась в ярком свете фонаря, и Николай сразу оценил её формы. Молоденькая девушка была в обтягивающих брючках и тонком джемпере, и ее упругая аккуратная попка и высокие груди выглядели очень аппетитно. У девчонки были такие же густые и длинные вьющиеся светлые волосы, как и у той, первой. В мозгу полковника сразу возникла картина из ада, где он беспредельно властвовал над этим существом, терзая её тело и упиваясь причиняемой ей болью, превращающей в ничто, в аморфную жижу, даже самую сильную и непокорную душу.