Кукловоды

В Москву они вернулись вечером, когда на улицах уже зажглись фонари. Доставив подвыпившего друга домой, Алекс и Джеки хотели вызвать для себя такси, но Максим уговорил их задержаться, чтобы вместе выпить кофе и обсудить совместные планы поездки в Тольятти. Все трое давно не были в родном городе и решили ехать вместе, но у Марьина ещё оставались кое–какие незавершенные дела в детективном агентстве, владельцем и руководителем которого он являлся. На правах хозяина Максим пошёл на кухню, чтобы сварить кофе, оставив друзей в гостиной у телевизора. Вскоре послышался звон падающей посуды, и Джеки вызвалась помочь ему. Алексу не хотелось сидеть одному перед "ящиком", но неожиданно в кармане раздалась трель телефона. Это звонил Келер из Мюнхена.

––Добрый вечер, Алекс.

––Привет, Фред.

––Как отдыхаете? У вас всё в порядке?

––Да, всё просто замечательно. Джеки в восторге. Воздух родины и впрямь целебен. Я давно не видел её такой… счастливой и жизнерадостной. Кстати, сегодня мы были за городом вместе с Максом и только что вернулись с пикника. Ей очень понравилось на природе, и она даже вспомнила как выглядят окрестности того городка на Волге, где родилась.

––Вот как? Очень рад за Джеки. Я уверен, что память восстановится… – с искренним удивлением и оптимизмом ответил Келер и с лёгкой тревогой сообщил: – Алекс, звонила твоя дочь…

––Алёнка?! Что–то случилось? – забеспокоился Кленов.

––Точно не знаю, но она была взволнована. Хотела посоветоваться с тобой о чём–то важном. Я сказал, что ты в Москве и дал номер твоего мобильника и телефоны нашего генерального представительства. Кстати, она тоже в Москве, но не надолго. Какие–то срочные служебные дела…

––Срочные дела в Москве?.. У врача?.. И она ничего тебе не объяснила?

––Нет. Сказала только, что завтра возвращается в Берлин, но ей обязательно надо с тобой переговорить.

––Ладно, буду ждать. Спасибо, что предупредил, Фред.

––Не за что… Да, вот ещё что… Макс, наверное, рядом?

––Да. Мы у него дома. Макс и Джеки варят кофе.

––Передай Максу трубку. У меня для него есть информация.

––Да?.. Секретничаете?

––Какие от тебя секреты?.. Макс попросил меня разузнать об одном человеке. Наверное, ведёт какое–то расследование в своём агентстве.

––Ладно, сейчас передам, – ответил Клёнов и направился на кухню, но едва не столкнулся с женой, несущей в руках поднос с дымящимися чашками. – Максим, тебя Фред просит… – сказал он, передавая трубку другу и помогая Джеки расставить чашки на столе.

––Фред? – удивился Максим. – Ах, чёрт, я и забыл!.. Алло, Фред, я слушаю, – сказал он в трубку. – Так… Минутку, сейчас запишу… Да… Как? Отто Брандт? Понятно… Проживает в Нюрнберге?.. Так… Записал… Спасибо, Фред.

Алекс слышал разговор друга и насторожился, когда тот произнес имя этого человека. В памяти Клёнова сразу же всплыло неприятное лицо наглеца, пытавшегося непристойно приставать в самолёте к Жене. Он сдержался от расспросов Максима, и они сели за стол выпить кофе. Потом Джеки отнесла посуду на кухню, а Алекс предложил другу выйти на лоджию покурить.

––Ты откуда знаешь этого типа? – спросил Клёнов, прикрыв дверь и доставая сигареты.

––Какого типа? – не понял Марьин.

––Брандта.

––А–а–а ты об этом… Я его не знаю, Алекс.

––Но ты же интересовался о нём у Манфреда.

––Я что–то не пойму… Ты что, пересекался где–то с ним?

––Да. Мы летели одним рейсом.

––Вот даже как?! Бывают же совпадения…

––Давай, Макс, выкладывай, почему ты занимаешься этим типом?

––Я им не занимаюсь. Помнишь Василия Ходакова?

––Это парень из УБОПа, с которым ты работал раньше?

––Да. Теперь он стал майором и заменил меня в отделе. Иногда, по мере необходимости, мы друг другу кое в чем помогаем. А сегодня утром он позвонил мне и попросил выяснить, кому принадлежит телефон… – Марьин коротко рассказал ему то, что стало известно самому со слов Ходакова. – Вот, собственно, и всё. Теперь ты колись, чем он тебя зацепил?

––Этот ублюдок приставал к Жене. Представляешь, прямо в самолёте, почти у меня на глазах! Ну, я его немного проучил, так слегка, и забыл. И вдруг ты называешь его имя, – ответил Клёнов.

––Понятно… Наверное, у него и впрямь сдвиг по фазе. Секс–турист, твою мать! – негромко, но презрительно, воскликнул Марьин и глубоко затянулся дымом.

––Я тоже так подумал тогда, но не придал особого значения. А теперь выходит, что зря.

––Ты же не мог предвидеть, чем всё это обернется.

––Не мог… – задумчиво согласился с ним Клёнов. – Вот что, Макс, если дело настолько серьёзное, как утверждает твой приятель, то дам ему ещё одну наколку. Вернее, даже три. С Брандтом летели ещё трое, и они явно были знакомы. Уверен, что вся компания направлялась в Россию поразвлечься.

––О, это очень интересно! Василию такой след – просто подарок!

––Только, Макс, одна просьба…

––Какая?

––Мне бы не хотелось ввязываться в это дело. Я дал себе слово не покидать Женю ни на час и ни при каких обстоятельствах, пока она полностью не поправится. Слишком часто по моей вине она подвергалась смертельному риску, и я её едва не потерял. Больше я этого не допущу… Всеми делами "Немезиды" руководит теперь Манфред, так что, если надумаешь неформально поучаствовать в разборке по этому делу, согласуй всё с ним. А мы – в бессрочном отпуске, – объяснил Клёнов.

––Я тебя понимаю… Конечно, никаких ссылок на источник информации Ходаков не получит, иначе придётся давать показания… Если честно, я и не думал заниматься этим делом всерьёз. Да и толком не знаю, стоит ли.

––Макс, зато я тебя знаю очень хорошо. Ты не сможешь остаться в стороне.

––С чего ты взял?

––У меня предчувствие. Наверное, я и сам бы занялся этими озабоченными мерзавцами, если бы не обстоятельства. Ну а ты волен поступать, как сочтёшь нужным.

––Ладно, видно будет, – нахмурившись, ответил Марьин и спросил друга. – Так кто эти трое, что летели с Брандтом?

––Имен не знаю, но места, где они сидели, помню. Могу описать внешность.

––Валяй. Это всё равно, что фото получить, – сказал Максим. – У тебя же память просто феноменальная…

ГЛАВА 11. "КРУТЫЕ ЗАБАВЫ".

Москва, 1996г.

В свои тридцать пять Николай мог быть вполне довольным судьбой. Карьера круто шла в гору, и он, уже полковник, занимал генеральскую должность, о чём не могли мечтать многие бывшие сослуживцы, начинавшие вместе с ним с лейтенантских погон после окончания юрфака. Но ему повезло, что называется, "попасть в струю". Фортуна однажды дала ему шанс, и Николай сыграл ва–банк, поставив на кон и карьеру, и даже жизнь. Оказав деликатную услугу, он сделал верный ход и попал под покровительство весьма влиятельного человека в министерстве. Николай умел выбирать "друзей" и делал это сугубо из прагматичного расчета, хорошо усвоив главный принцип успеха, который он сформулировал примерно так: "Будь под брюхом у акулы, как рыба–прилипала, будешь сыт и крут".