Кукольное тело

Толпа, удовлетворившая своё любопытство, стала потихоньку расходиться. Актёр пятился назад, стараясь, чтобы никто к нему не прикасался. Он улыбался, выискивая глазами женщину, которая назвала его общипанным.

* * *

— Малыш, люди должны видеть в тебе хорошее! — сказал актёр какому-то маленькому ребёнку, который заставил его танцевать.

«Так проще убивать, когда тебе доверяют, когда тебя считают не тем, кем ты являешься… Ты как зверь в шкуре кролика!» — мысленно добавил Алтан.

* * *

Алтан написал стихи для какой-то женщины, потому что человек, который представился Эганом Рами, сказал о том, что этого великого актёра помнят в Кастисе.

— Конечно, помню! О вас потом ещё полгода говорили! Мол, Алтан Янгэ — словно Северная звезда! Приехал, показал своё сияние и уехал!

«Всего полгода… В Чагане об Алтане как об убийце, хищнике по кличке Тэ уже несколько лет говорят! Особенно в последние две недели», — подумал Алтан, едва сдерживая улыбку.

* * *

Алтан смыл с уже побелевших волос остатки извести и вылез из большой бочки, наполненной тёплой водой, в которой плавали лепестки диких роз. Прошлёпав босыми ногами по дощатому полу, он снял с вешалки белый халат, оделся, подпоясался и прошёл в другую комнату. Солнце освещало низенький столик, на котором лежали исписанные тушью листы бумаг. Актёр сел на шёлковую подушку, взял черновик в руки и стал читать. Солнце светило ему в спину, его фигура бросала тень на другие листы: это были неудавшиеся черновики книги…

* * *

Алтан, пунцовый от злости, выбросил очередной черновик, встал из-за стола и воскликнул:

— Это так ужасно… Я — бездарность!

«Надо развеяться, забрать костюмы с площади. Там же улики!» — подумал актёр. Он накинул на себя чёрный плащ и ушёл, закрыв за собой врата. Ушёл удачно: следующей в списке Тэ была Рит. И пока актёр шёл по Цветочной улице, он как раз подслушал разговор Ран Борга и этой чаганки, думая: «Этот жалкий лекарь хочет мою жертву украсть?..».

— Знаете ли вы о других приютах? — тихо произнёс лекарь, смотря себе под ноги. — Я хотел бы отдать детишкам ещё одну коробку игрушек.

— Да, ниже по улице! Госпожа Тин Дану держит приют в своём собственном доме. Дворик Цветущих Яблонь, это рядом с двориком Жёлтых Тюльпанов.

«Так, дом я запомнил. Не Рит, так Тин. Вообще неважно. Важно лишь то, что жертва должна быть из любого приюта. Так людям будет больнее. Так они будут испытывать ненависть к Тэ и скорее станут болтунами», — подумал актёр, любезно поприветствовав несостоявшуюся жертву.

* * *

Алтан, погружённый в раздумья, катил перед собой тележку с костюмами. Актёр возващался домой. Где-то вдалеке послышались истошные женские крики, на Алтан не обратил на них никакого внимания. Завернув за пустующий двор, он случайно споткнулся о собственную ногу и опомнился. Оглянувшись, Альан увидел людей: девушки и дети. Они разгребали жёлтые шуршащие листья и так громко говорили, что актёр невольно прислушался.

— Тин, ты точно здесь потеряла свою стрекозу?

«Тин? Тин Дану? Стрекозу?» — подумал актёр.

— Да!

— Уверена?

— Да! Надо её найти! Мне её сам Сэнда Гелл подарил!

Девушки и дети посмотрели друг на друга и продолжили искать. Алтан взялся за тележку и шагнул вперёд. Чаганцы не взглянули на актёра. Колёса скрипнули. Краем глаза актёр увидел тень: это был белый дракон. Он взмахнул длинным хвостом. В следующее мгновение резкий прорыв ветра разметал листья, и Алтан заметил подвеску, напоминающую стрекозу: она лежала в пыли в двух шагах от него…

Теперь Алтану предстояло придумать красивую ложь. Чаритон должен был на неё клюнуть.

* * *

Актёр оставил тележку во дворе, рядом с клеткой, в которой копошился белый кролик. Подпрыгнув, Алтан сорвал с яблони крепкое красное яблоко. На землю посыпались жёлтые листья. Быстро забежав в дом, актёр скинул с плеч чёрный плащ и сел за стол, где лежала бумага и стоял пузырёк с тушью. Откусив от плода кусочек, мужчина медленно прожевал его, глядя на пустой лист, проглотил и пробормотал:

— Эта прелестная девушка меня вдохновила…

Алтан склонился над черновиками и взял левой рукой кисть. Через пару мгновений на белом листе бумаги появилось слово «Стрекоза», написанное аккуратным каллиграфическим почерком. Позади послышались лёгкие шаги. Тонкие женские руки обвили его шею.

— Когда ты успела войти? — сказал он, откладывая яблоко.

— Только что, — произнесла гостья сладким медовым голосом.

— Поможешь мне постирать и просушить мою одежду? — съязвил актёр.

— Не зли меня, — прошептала Малони ему на ухо.

Затем она чмокнула его в щёку и отстранилась.

— Ты же должна быть на работе! — ответил актёр, быстро вытирая её слюни.

Кожу защипало.

— Я подложила под человека одну девочку, похожую на меня, и ушла. Он был так пьян, что не заметил.

— Ты принесла свой яд?

Малони подала ему пузатый пузырёк и сказала:

— Я к нему ещё цикуту добавила.

— Чудесно, — улыбнулся актёр. — Меня одна чаганка назвала общипанным. Она ответит за свои слова.

Потом Малони ушла. Алтан погладил черновики и проговорил:

— Всё готово к представлению «Стрекоза»!

Внезапно его живот скрутило. Актёр скрючился, резко встал и метнулся в уборную. Прошло несколько минут. Алтан вышел крайне недовольный: «А что я ел недавно? Не помню… Немытые яблоки? Непорядок. К завтрашнему представлению я должен хорошо выглядеть!». Актёр ушёл в комнату, сплошь увешанную зеркалами, и принялся рыться в коробке с травами и порошками, приговаривая: