Кыся

Я пошел на кухню, попил холодной воды из своей миски и решил прошвырнуться по дому.

Можно было бы, конечно, почти убрав звук, посмотреть телевизор в гостиной. Я наловчился пользоваться телевизионным ручным пультом и мог включать и выключать телевизор совершенно самостоятельно. Мало того, я мог усилить и уменьшить звук, запросто переключать программы... Главное было повернуть нужным концом к экрану лежащий на столе пульт. А там только нажимай кнопки! Их всего-то, раз-два и обчелся... Препростейшая штука! Любая дура-Собака может освоить этот нехитрый процесс. А про нас, Котов, и говорить не приходится!

Но телевизор смотреть не хотелось. И вдруг я понял, что ноги сами меня несут к комнате Эриха. Какого черта?! В конце концов, я тоже ОДИНОКОЕ СУЩЕСТВО, и мне тоже необходимо нормальное обычное общение. А то все только дела, дела, дела! Противно просто.

Из-под двери комнаты Эриха, слава Богу, пробивалась узенькая полоска света. Тоже, видать, не до сна...

Я тихонько приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Мало ли?.. А вдруг у него кто-нибудь из его трех девиц? Последние дни они здесь частенько пасутся.

Но Эрих-Готфрид Шредер мирно лежал один под своей пуховой периной, под которой задохнуться можно, и читал книжку! Вот это да! Вот это уже прогресс...

Я негромко мявнул. Не "мяукнул" - этого я просто не умею, - именно "мявнул".

Эрих отложил книжку, устало потер непривычные к чтению глаза, и сказал негромко:

– Заходи, Мартын-Кыся... Я рад тебе... Еще с вечера хотел поговорить с тобой, но увидел, какой ты взволнованный и усталый, и решил перенести разговор на утро. Руджеро не забыл сделать тебе укол с витаминами?

– Нет, не забыл, - ответил я, - А что ты читаешь?

– Конрада Лоренца, - гордо и скромно ответил Эрих.
– "Человек находит друга".

– Батюшки!
– сказал я.
– Где же ты взял?

– В нашей Оттобрунновской библиотеке.

– Ну, и как?

– Потрясающе!.. Выпить хочешь?

"У-у-у!.. Вот это уже наше - российское!" - подумал я и сказал:

– Нет. Не хочу. У меня завтра день трудный. А чего это тебе вдруг выпивать приспичило?

– Мне казалось, что так будет легче разговаривать...

– Ничего, со мной можешь разговаривать и без выпивки, - сказал я и вспрыгнул к нему на перину.
– Ну, что еще случилось?

– Видишь ли...
– Эрих аккуратненько вложил красивую кожаную закладку в книгу, закрыл ее и отложил на прикроватную тумбочку.
– С тех пор, как мы начали эту операцию - твои фото, изготовление документов, газеты, телевидение, меня все время не покидает мысль: не делаем ли мы все вместе какую-то ошибку? Ну, истратили мы на все это где-то порядка восьмисот марок. Продать тебя можно тысяч за пять. Не меньше. Это я понял по количеству сегодняшних звонков. Остается - четыре двести. Минус витамины, стимуляторы, кормежку я не считаю. Еще марок двести... Чистого заработка - четыре тысячи. На замену отопительной системы все равно не хватит. Там счетик будет тысяч на семь...

От могучего храпа Руджеро Манфреди, спящего с Хельгой через две комнаты отсюда, над головой у Эриха задребезжало неплотно укрепленное стекло в раме с большой фотографией мамы и папы Шредер.

– Да еще стенки надо обесшумливать, черепицу на крыше менять, - добавил я.

– Конечно!
– подхватил Эрих.
– Ты же сам видишь - дом в отвратительном состоянии. В него надо вкладывать тысяч пятнадцать - минимум! Вот я и подумал... Прости, пожалуйста...

Эрих бережно отодвинул меня в сторону, свесился с кровати, открыл тумбочку и вытащил оттуда бутылку виски. Достал широкий квадратный стакан, налил себе четверть стакана, залпом выпил и все сложил обратно в тумбочку. И закрыл дверцу. И закурил сигарету. И сказал:

– Вот я и подумал - а на кой черт все это нам нужно?! Почему мы должны продавать тебя, если этих денег все равно ни на что не хватает! А на те восемьсот марок, которые мы уже потратили - наплевать и забыть. Тем более, что у меня есть к тебе совершенно деловое предложение... Прости, пожалуйста!

Он снова попытался отодвинуть меня в сторону, чтобы достать из тумбочки виски, но я решительно положил лапу на его руку и немножечко придавил когтями. Самую малость.

– Сначала предложение, - сказал я.
– А потом уже все остальное. И без меня. Мне от одного запаха твоего виски худо становится.

– Нет проблем!
– легко согласился со мной Эрих.
– Предложение такое: ты остаешься жить с нами, как наш партнер по бизнесу!

– Ты в своем уме?
– спросил я.

– Более чем. Я уже почти все просчитал. Во-первых, ты будешь нести рекламные функции. Дом, в котором запросто живет настоящий Дикий Сибирский Русский Таежный Кот, - уже любопытен! Резко увеличивается клиентура, резко повышается интерес к тому, что же продается в этом доме?! А продаются здесь замечательные Кошечки шоу-класса! Во-вторых, ты будешь обязан...

Я убрал когти и снял свою лапу с руки Эриха:

– Можешь не продолжать и пить свое вонючее виски. Я принимаю любое предложение, только связанное с возвращением в Петербург. По-моему, я тебе достаточно толково объяснил ситуацию в прошлый раз. Повторить?

– Нет, не нужно...
– упавшим голосом проговорил Эрих.

– Я крайне сожалею, что ты не можешь получить за меня больше денег... Но я здесь уже достаточно времени и успел заметить, что у вас тут халявы ждать не приходится.

– Как ты сказал?
– не понял меня Эрих.

– Это не я сказал. Это мой приятель Водила так говорил. В смысле, что заработать у вас в Германии не так уж легко. И даже те четыре тысячи, которые останутся у тебя после покрытия всех расходов, - это тоже большие деньги за такого дворнягу, как я! Потому что я никогда не был ни Диким, ни Сибирским, а Тайгу я только по телевизору видел. Единственное, что вы про меня не соврали, это то, что я Русский. Поэтому я и рвусь туда, к своему пустырю, к своему дому, к своим приятелям-Котам, к своим близким - Шуре Плоткину и Водиле... Ты, Эрих, не обижайся. Я им там гораздо больше нужен, чем вам здесь...

– Шайзе!..
– вздохнул Эрих и снова достал бутылку из тумбочки.
– Ни черта-то ты не понял, Кыся! Я ж про бизнес - так... Чтобы не говорить вслух всего, что надо бы...

Он не стал наливать виски в стакан, а просто выпил из горлышка. Утерся рукавом пижамы и сказал:

– С тех пор, как ты появился в нашем доме... Вон и Хельга с Руджеро уже помолвку назначили, родителям в Эрфурт звонили. А ведь до тебя просто так лет пять жили... Я стал себя по-новому чувствовать... Вот я о чем. А про бизнес я просто так, чтобы тебя хоть чем-то заинтересовать.