Легендо

«Вот ведь надменный мерзавец!» с негодованием подумала Телла, чувствуя разливающийся у нее в груди жар.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Жду тебя.

– Как ты узнал, что я сюда приду?

Данте в ответ лишь медленно высокомерно вздернул брови, и Телла почувствовала, что ее мир дал крен.

– Так это ты отправил то письмо?

– Разочарована, что я не Джекс?

Она с силой захлопнула дверь.

– Ты с ума сошел? Знаешь, что сделает мой жених, если узнает об этом?

– Узнает он только в том случае, если ты сама ему скажешь, – холодно ответил Данте. – Передо мной можешь не притворяться, что вы с ним в самом деле помолвлены.

Телла как наяву услышала звенящие сигналы тревоги, вспоминая слова Джекса:

«Возьмем, к примеру, твоего татуированного друга… он один из артистов Легендо, следовательно, на этой неделе я его убить не могу. Однако если он раскроет правду, я с легкостью прикончу его, как только игра завершится».

– Откуда тебе знать, что я притворяюсь? – Телла хотела было улыбнуться самой очаровательной своей улыбкой, но сообразила, что Данте тут же догадается о ее лжи. Ей же, напротив, нужно убедить его в правдивости своих слов. – Когда мы с Джексом целовались, разве похоже было, что это не по-настоящему?

Напряженный взгляд Данте не дрогнул, но Телла могла поклясться, что у него на шее дернулась жилка.

– Не вполне понимаю, что вы двое затеяли, но в то, что вы собираетесь пожениться, определенно не верю.

– Почему? – с вызовом спросила Телла. – Сомневаешься, что наследник престола захочет взять меня в жены?

Данте медленно изогнул губы и этим сказал больше, чем мог бы любым оскорблением.

– Ты действительно хочешь, чтобы я ответил на этот вопрос?

На щеках Теллы вспыхнул румянец. Она пыталась удержать Джекса от убийства, но Данте не мог пересилить собственную жестокость.

– Ты пришел сюда только для того, чтобы насмехаться надо мной?

– Что я такого сказал насмешливого? Ты делаешь слишком поспешные выводы, Телла. – Произнося ее имя, он наклонился ближе, растягивая слоги, как будто стараясь удержать их на языке. – Может быть, я, наоборот, собирался восхититься тем, какая ты сметливая, веселая и красивая. Я всегда считал, что ты слишком умна, чтобы выйти замуж за убийцу.

– А я всегда считала, что стоит пойти на некоторый риск, – возразила Телла, игнорируя тот факт, что выбранные Данте эпитеты – «сметливая», «веселая» и «красивая» – очень ей польстили. – Джекс привлекателен и богат, и скоро будет править Меридианной империей, а я в таком случае стану следующей императрицей. Так что, полагаю, мне следует поблагодарить тебя за то, что сделал возможным наше с ним знакомство.

Взгляд Данте полыхнул огнем. Возможно, ему не понравились ее слова, а может, Телле наконец удалось его убедить.

– Если ты действительно думаешь, что я оказал тебе услугу… – начал было он и вдруг замолчал. Он опустил взгляд, искра в котором уже угасла, и поспешно вскочил с кресла, спрыгнул с возвышения и одним резким движением схватил Теллу за запястье. – Что случилось с твоей рукой?

Кап.

Кап.

Кап.

Темная, красная, неумолимая кровь текла по пальцам правой руки, капая с кончиков ногтей в ритме ее замедлившегося пульса. Джекс!

Холодок пробежал по коже Теллы, когтями впился в душу. Опять этот жалкий, лживый, безжалостный, наслаждающийся чужой болью принц мерзости! Мало того, что обрек ее на безответную любовь, он действительно убивает ее. Собственное замедленно сердцебиение ей вовсе не показалось!

Перед глазами Теллы заплясали белые и черные точки.

С ее ногтей упали еще три крупные капли крови, запятнав аметистовый ковер. У Теллы в ушах снова зазвучал насмешливый голос Джекса, предупреждающий о последствиях поцелуя его проклятых губ.

– Я и не заметила, что у меня все еще идет кровь, – солгала Телла. – Это я зацепилась рукой за дверцу кареты. Наверное, мне стоит показаться лекарю…

Данте усилил хватку.

– Я сам могу осмотреть твою руку.

Скупыми точными движениями он развязал свой шейный платок и осторожно прижал ткань к ее пальцам. У Теллы перехватило дыхание. Данте не должен был прикасаться к ней так нежно или притягивать ее ближе с каждым движением, а она не должна была позволять ему этого. Ей следовало оттолкнуть его длинные руки, рявкнуть на него, когда он медленно обернул вокруг ее кровоточащей ладони снятый со своей шеи теплый шелк. Вот как нужно было поступить – и не только из-за угроз Джекса, но и из-за того, на кого работал Данте.

Телла в самом деле старалась не задумываться о том, что произойдет, когда она выдаст Легендо Джексу, но сомневалась, что исход окажется благоприятным. Легендо временами может вести себя злобно, а Принц Сердец – зло во плоти. Из тех, кто без колебаний вырвет сердце у девушки из груди и вонзит в него зубы, как в яблоко.

Чтобы защитить себя, ей нужно держаться подальше от Данте, сколь бы ни было сильно желание закрыть глаза и на краткое мгновение упасть в его объятия.

– Расскажи мне, что на самом деле произошло прошлой ночью после того, как наследник тебя увез.

Голос Данте звучал успокаивающе и повелительно одновременно, как треск пламени, пожирающего дерево. Яростный и смертоносный, но в то же время равномерный и успокаивающий. Девушка могла бы с легкостью увлечься обладателем подобного голоса!

– Мне в самом деле не нужна твоя помощь. – Телла отдернула руку, сорвала его шелковый платок и забрызгала свое кружевное платье кровью, разрушив обволакивающие чары Данте, прежде чем они полностью завладели ею.

Судя по виду, он хотел снова дотронуться до нее. Если бы она, нетвердо держащаяся на ногах, хотя бы чуть-чуть пошатнулась, Данте сгреб бы ее в охапку и прижал к себе так крепко, что она охотно призналась бы во всех своих грехах и тайнах.

Но ведь ему все равно. Он просто притворяется, играет предписанную Каравалем роль. Телла заставила себя отступить на шаг, и при виде этого у Данте на шее запульсировала жилка.

– Почему ты не позволяешь мне помочь тебе?

– Может быть, мне просто не нужна твоя помощь!

Еще одна капля крови упала на пол.

Теперь перед глазами Теллы плясали не только точки, но и звездочки. Не успела она сделать очередной шаг назад, как Данте снова оказался рядом и сжал ее запястье – на сей раз, возможно, с куда большей силой, как будто намереваясь завершить то, что до этого начал. Телла ни за что не призналась бы ему, что когда его широкие теплые ладони обернули ее окровавленные пальцы шейным платком, она в самом деле почувствовала, будто головокружение отступает.

– Я бы отпустил тебя, но ты только что призналась, что тебе нужна помощь, – более мягким, чем раньше, голосом произнес Данте. – Скажи мне, чего хочет от тебя этот убийца?

Ну почему он такой упрямый? Неужели нельзя просто обернуть ее пальцы тканью и этим удовольствоваться?

– Давай, ты просто забудешь обо всем этом и притворишься, что так и должно быть? – предложила она. – Беспокоясь обо мне, ты подвергаешь опасности и себя тоже. Если Джекс поймет, что ты знаешь правду, он причинит тебе такую боль, какую даже Легендо не сможет исправить.