Легендо

С причудливой музыкой и искрящимися зелеными напитками это заведение имело очень причудливый вид, который Телла с легкостью могла представить изображенным на одной из карт Колоды Судьбы. Она называлась бы «Изумрудная Таверна» и означала бы место, дающее ответы на опасные вопросы. Вспомнив, что в колоде имеется Пустая Карта, Телла задалась вопросом, не является ли это питейное заведение тем самым местом, которое и правда забыли включить в колоду? При всем его блеске, стоило присмотреться повнимательнее, и становилось очевидно, что оно больше похоже на сияние звездной пыли.

Теперь Телле казалось, что даже лестницы, которые она увидела, только вступив под своды Церкви Легендо, совсем не такие опасные, как хотела показать девушка в платье с оборками. Они были всего лишь проверкой, как Телла и подумала. Присмотревшись, тут и там между столами, баром и парящими балкончиками она заметила основания всех этих лестниц, которые в самом деле вели в одно и то же место. Выходит, подобно Каравалю, эта церковь полна иллюзий на потеху прихожанам.

Судя по всему, посетители таверны прибыли сюда со всего света. Шагая между столиками, Телла слышала обрывки разговоров на разных языках и отмечала цвета кожи, варьирующиеся от бледного до темного. Выбор одежды также был разнообразен, но почти у всех отмечалась одна общая черта: цилиндры. Неизвестно, носили ли их люди, потому что поклонялись Легендо или потому что хотели сами им быть. Некоторые шляпы имели широкую тулью, другие – узкую и прямую, у некоторых она была изогнутой или намеренно искривленной. Ряд головных уборов мог похвастаться дерзкими украшениями вроде перьев и вуалей. Телла даже заметила цилиндр с рожками по бокам, а у одной молодой женщины были две миниатюрные розовые шляпки, которые торчали из головы наподобие ушей.

Может быть, именно по этой причине Данте и предпочел скрыться, вместо того, чтобы последовать за ней. Возможно, он завидовал этим людям, которые откровенно поклонялись Легендо. В действительности, Телле вовсе не следовало думать о Данте или гадать, что бы он сказал, если бы был здесь с ней.

Телла скользила взглядом по веселящейся толпе, выискивая, где бы могла быть спрятана подсказка, пока ее внимание не привлекли стоящие в очереди люди. Они выстроились в ряд перед парой черных бархатных занавесок, окаймленных безвкусными золотыми кистями. Выглядел этот занавес слишком броско и кричаще и по-настоящему ничуть не соответствовал характеру Легендо; куда больше он походил на то, как люди воспринимали его образ, который, по ее мнению, сам магистр был счастлив увековечить. В прошлом Каравале Каспар, актер, исполнивший роль Легендо, представил его поистине потусторонним созданием, но Телле с трудом верилось, что подлинный магистр именно таков.

Хоть ей и не удалось раскрыть его истинную личность, она получала от него письма. Послания его были лишены всяких украшательств; и даже если состояли из одного-единственного предложения, все же она чувствовала пульсацию магии.

Какой бы заманчивой ни была Церковь Легендо, суть того, кому в ней поклонялись, представляла неверно. И каким бы великолепным действом ни был Караваль, распорядитель его был натурой иного склада.

Тем не менее ноги сами несли Теллу к занавесям с кисточками. Очередь нетерпеливо перешептывалась, множество рук поправляли шейные платки и цилиндры, а также пощипывали щеки, чтобы вернуть им румянец. В отличие от остальной части таверны, не у всех толпящихся здесь людей были цилиндры, и Телла решила, что эти люди не прихожане церкви, а игроки, разыскивающие следующую подсказку.

Телла сразу же прошла в начало очереди, не желая топтаться в конце и считая разумным пытаться проникнуть внутрь, вообще не тратя время на ожидание.

– Прошу прощения, – обратилась она к девушке, на которой была маленькая шляпка с перьями и падающей на глаза прозрачной малиновой вуалью. – Что все хотят увидеть за занавесом?

– Раз не знаете, значит, нечего вам здесь делать.

– Не обращайте на нее внимания, – посоветовал Телле стоящий рядом долговязый мальчишка. Одет он был чуть более небрежно, чем остальные, в рубашку без воротника и пару свободных серых полосатых брюк, удерживаемых двумя вишнево-красными подтяжками. – Моя сестра забывает, что мы просто играем в игру, и излишне поддается духу состязательности.

– Все в порядке, – отозвалась Телла. – Моя сестра, Скарлетт, думает, что я такая же.

Глаза долговязого парнишки широко распахнулись, а девушка в шляпе с вуалью – Телла могла бы поклясться в этом – резко втянула носом воздух.

– Вы сказали «Скарлетт»? Неужели это та самая, выигравшая прошлую игру?

– О, нет-нет, в том Каравале мы с сестрой не участвовали, – разуверила их Телла, подпустив, однако, в голос дрожащую нотку, чтобы зародить в их душах зерно сомнения. Нельзя было рисковать, раскрывая свою истинную личность, но Караваль не выиграть, если постоянно тревожиться о собственной безопасности. И, похоже, этот подход уже начал приносить плоды.

Долговязый паренек отступил на шаг, чтобы освободить Телле место в очереди рядом с собой и произнес покровительственным тоном:

– Я Фернандо, это моя сестра Патрисия, а это наш друг Каспар.

Телла попыталась скрыть удивление, когда знакомый исполнитель протянул ей руку для рукопожатия.

– Рад с вами познакомиться!

Каспар вел себя с Теллой так же, как Хулиан, то есть делал вид, будто они не знакомы. Появление Каспара взволновало ее куда меньше, чем тревожащее душу выступление Хулиана, но все равно вывело из равновесия, заставив задуматься о том, что на самом деле совсем Каспара не знает.

Между тем в прошлом Каравале он исполнял сразу две роли – ее жениха и самого великого магистра. Сейчас же он изъяснялся с мелодичным акцентом, которого у него определенно не было прежде. Да и вместо роскошного костюма одет он теперь был совсем по-простому, как и Фернандо.

– По словам Каспара, человек, основавший эту церковь, находится сейчас по другую сторону занавеса, – пояснил Фернандо.

– Также этот человек является большим знатоком Мойр, – мягко ввернул Каспар.

– И знает все о способном уничтожить их артефакте – том самом, который нам предстоит найти, – добавил Фернандо.

Патрисия демонстративно закатила глаза.

– Ты все время забываешь, что это всего лишь игра. Артефакт – просто символический предмет, необходимый для победы. На самом деле Легендо не собирается уничтожать Мойр. Их и так уже изгнали. Когда ты говоришь так, будто во все это веришь, то похож на идиота.

Фернандо густо покраснел.

В целом Телла была согласна с Патрисией, но ей не понравилось, что девушка намеренно пыталась смутить своего брата.

Тут из-за занавеса с кисточками вышла пара. Фернандо и его сестра были следующими в очереди. Паренек, разом посерьезнев, вперился взглядом в зеленую плитку на полу, в то время как Патрисия посмотрела на Каспара в ожидании одобрения, как будто только что изрекла нечто очень умное. К его чести, Каспар ее не поощрил.

Тогда Телла решила взять инициативу в свои руки. Братья и сестры должны поддерживать друг друга, а не изводить.

– А я думаю, что вы ошибаетесь, – обратилась она к Патрисии и, прежде чем та успеет прервать ее очередным демонстративным вздохом или закатыванием глаз, поспешно пояснила: – Легендо никогда не устраивал два Караваля один за другим со столь малым интервалом между ними. Те, кто хорошо разбираются в игре, говорят, что на этот раз все по-настоящему. Если вы проявите чуть больше внимания, то и сами это почувствуете. Разлитая в воздухе магия исходит не от великого магистра, а от самих Мойр, которые пытаются вернуться на землю. Однако сделать это они могут одним-единственным способом – забрав у Легендо его силу.

Каспар удивленно приподнял брови и пронзил Теллу взглядом, заставившим ее почувствовать себя так, словно она только что выдала секрет, который ей даже не полагалось знать.

– Где вы набрались подобных идей? – спросил он.

– Я тоже слышал нечто подобное, – вмешался Фернандо. – Но, как мне сказали, если Легендо удастся уничтожить Мойр, он не только сохранит свое могущество, но и отнимет его у богов и богинь Судьбы.

Данте ни о чем подобном не упоминал – да Телла ему в любом случае не поверила бы. Но теперь не могла не отметить, что лицо Каспара побелело, точно мел.