Легендо

– О боже! – Элантина зажала рот рукой.

Телла едва сдержала проклятие. С пола на нее уставились пять острых обсидиановых пиков, украшенных блестящими черными опалами. Ее украшение превратилось в зеркальное отражение Расколотой Короны.

Голос Теллы дрогнул, когда она сказала:

– Мне так жаль.

– Не стоит, дитя. Ты не сделала ничего плохого. Сейчас здесь все уберут.

Но Телле все равно казалось, что она совершила непоправимый поступок.

Все еще дрожа, она уставилась на лежащую на полу разбитую корону, и ее невозможный выбор стал очевиден. Данте нашел для нее некий способ проникнуть в хранилище, способ, который не потребовал никаких жертв со стороны Теллы. Конечно, Телла не знала, поступил ли он так, чтобы спасти ее от звезд, или чтобы убедиться, что она наверняка доберется до карт. Телла даже не была уверена, какой из этих ответов больше понравился бы ей в качестве истинного. Если бы Данте пожертвовал чем-то, чтобы спасти Теллу, какова бы она была, выдав его потом Джексу? При условии, конечно, что Данте и есть Легендо. Телла ведь до сих пор не раскрыла истинной личины магистра.

И не узнает, кто он такой, если не выиграет Караваль.

Но, возможно, лучше будет не выигрывать эту игру.

«Победа в игре будет иметь такую цену, о которой ты впоследствии пожалеешь», предупреждал Теллу Найджел, хотя, даже если бы он этого не сделал, она знала, что в будущем ее ждут сожаления. Если бы она решила выдать Легендо Джексу, тот забрал бы его силу, освободил Мойр и, скорее всего, попутно уничтожил магистра. Но, если Телла не предаст Легендо и отдаст ему Колоду Судьбы, он уничтожит карты, включая и ту, в которой заточена ее мать, поскольку все они связаны.

Взгляд Теллы скользнул к окну. С такой высоты люди внизу казались цветными пятнышками, освещенными мерцающими звездами, яркими фонарями и лихорадочным возбуждением, царившим в последнюю ночь Караваля и кануна Дня Элантины.

Будь Телла героиней другой истории, могла бы сейчас спуститься вниз и присоединиться к веселой толпе. Она попивала бы горячий глинтвейн и танцевала с незнакомцами. Может быть, даже поцеловала бы кого-нибудь под звездами. Вот какими должны были быть ее желания. Она попыталась вызвать их в себе усилием воли. Отказаться от игры, в которую ее втянули, и женщины, ее бросившей. Перестать притворяться, что матери не все равно. Но слова Элантины о преддверии концовки и истинной концовке не давали Телле покоя.

Она хотела отказаться от матери, но это больше походило на капитуляцию, как если бы она согласилась на меньшее, когда у нее был шанс получить гораздо больше. Телла не хотела, чтобы мать снова причинила ей боль. Но что, если Элантина права, и Палома действительно любила ее?

Мать Теллы поместила карты в подземелье звезд, чтобы никто не смог до них добраться. Может быть, она и сама не планировала когда-либо снова к ним прикасаться. Что, если предложив Теллу звездам, она вовсе не собиралась отдавать ее? Возможно, запирание карт в хранилище, которое можно было открыть только проклятым ключом, было ее способом держать их в безопасности. Но потом она каким-то образом оказалась в ловушке в карте.

Телла не знала, в какой момент покинула башню, просто внезапно побежала вниз по лестнице, стремясь поскорее попасть во двор, где проходил Караваль, и думая при этом только о своей матери.

Глава 38

Разлитая в воздухе магия ощущалась на языке подобно сахарной пудре – эдакое сладкое приглашение в мрачный зачарованный мир, в котором на каждом шагу встречались сами Мойры или их атрибуты.

Дворцовый двор превратился в рынок, словно сошедший со страниц старинной книги мифов и легенд. Повсюду виднелись палатки торговцев:

Волшебные Платья Ее Величества

Магазин Жреческого Очарования

Все Для Наемного Убийцы: Ножи и Удавки

Волшебные очки Аракла

Надписи на огромных плакатах, также связанных с богами и богинями Судьбы, пестрели разнообразными призывами:

Поцелуй госпожу Удачу, и она исполнит самое заветное желание твоего сердца.

Приятно проведите время с Безумным Шутом!

Если вам встретится Дева на Сносях, ваше будущее вот-вот изменится…

Телла не могла позволить себе отвлекаться, поскольку ей требовалось как можно скорее добраться до Храма Звезд, но лавировать в плотно обступившей людской толпе оказалось непросто. Темная фигура в костюме Отравителя предложила отведать его яд, а несколько Упавших Звезд – лизнуть звездную пыль.

Телла не удостоила их ответом, продираясь сквозь толпу так быстро, как только могла. Она споткнулась только раз, когда, как ей показалось, увидела Скарлетт, одетую в вуаль из слез Невенчанной Невесты, которые капали на ее лицо, точно бриллианты. Но если бы Скарлетт узнала, что Телла задумала, то наверняка попыталась бы ее остановить.

А Телла не хотела, чтобы ее останавливали, поскольку ей выпал единственный шанс спасти мать, и если она им не воспользуется, то будет сожалеть до конца жизни.

Во время полета в небесной карете в район Храмов, Телла все еще испытывала угрызения совести при мысли о том, чтобы выдать Легендо Джексу. Очевидно, все дело в ее увлечении Данте. Предать магистра было все равно что предать Данте. Возможно, это не один и тот же человек. А если это все же так, значит, именно Данте все это время предавал Теллу.

Она добралась до Храма Звезд, когда церковные колокола пробили десять раз. Ей даже стучать не потребовалось, подойдя к запретным дверям святилища: они сами беззвучно открылись, словно храм неслышно поздоровался с ней.

Оказалось, что в вестибюле ее поджидает Терон, похожий из-за своего высокого роста на башню, а выжженная на его безжалостном лице восьмиконечная звезда придавала ему еще более внушительный вид. Одет он был точно так же, как и тогда, когда она встретила его прошлой ночью: в тунику из плотной кожи и темно-синюю накидку.

К его чести, Терон ничего не сказал о бегстве Теллы накануне. Что бы он ни думал о ее исчезновении и появлении, внешне казался спокойным и невозмутимым.

Цоканье туфелек Теллы по полированному полу было единственным звуком, нарушающим тишину, когда она последовала за ним под затененные своды. Огненный фонтан в центре еще не был зажжен, и в храме было очень холодно.

Телла потеряла плащ где-то в королевском дворе, и теперь ее обнаженные спина и руки должны были неминуемо замерзнуть, однако, что удивительно, кожа покрылась потом, когда она сказала:

– Я пришла, чтобы открыть хранилище моей матери.

Взгляд Терона упал на перстень Теллы.

– Повезло, что у тебя такой хороший друг.

Подумав о Данте, она ощутила новый укол беспокойства, добавившийся к стекающему по шее поту.

– Что он вам дал, чтобы снять проклятие с перстня?

– Есть лишь один способ снять проклятие, но есть и обходной путь. В данном случае мы произвели обмен, который временно снял проклятие с твоего перстня. Итак, ты будешь продолжать задавать вопросы или все же пойдешь в хранилище?