Легкость бытия
Шрифт:
Мои недоброжелатели полагают, будто знают, что есть религия. У них есть для этого некие определения. Я не подхожу ни одному их определению. Разумеется, как они могут назвать мое учение религией?
Просто поймите это, и тогда вам все станет ясно. Христианство не может поверить в то, что буддизм - это религия, потому что у христиан есть определение, и буддизм не подходит ему. Как может быть религия без Бога? Поэтому христиане не могут назвать буддизм религией. В лучшем случае они могут принять его как мораль, но не как религию. Как может быть религия без Бога? Спросите буддиста: «Религия ли христианство?», и он ответит вам: «Нет, как может существовать такая религия, в которой люди настолько глупы, что верят в Бога? Они ничего
Спросите джайнов, и они не согласятся с тем, что христианство - это религия, что буддизм - это религия. Спросите мусульман... Никто не согласится с тем, что другая религия - это вообще религия. В чем трудность? У них есть некое определение, устоявшееся представление. Если что-то подходит этому представлению, значит, это и есть религия. Если же что-то не подходит этому представлению, значит, это никакая не религия.
Итак, когда появляется новое понимание... а новые понимания появляются постоянно. Они неминуемо возникают, потому что старые понимания постепенно ржавеют и пылятся, они покрываются таким множеством толкований, специальных слов, что теряют свою жизненность. Новые понимания непременно будут появляться. Когда придет новое понимание, оно, конечно же, не будет вписываться ни в одно доступное определение. И тогда его нельзя называть религией.
Каждая новая религия должна сама создавать себя и свое определение. Помните об этом. Когда мои люди в оранжевой одежде распространятся по всему миру, когда у нас будут миллионы оранжевых санньясинов, тогда мое учение станет религией, потому что мы создадим собственное определение того, что есть религия.
Определение следует позже. Сначала должна появиться религия. Сначала религия должна проникнуть в сердца людей, а потом постепенно возникает определение. Вам не дают готовое определение. Каждый Будда должен создавать свою религию, определение, последователей, поле, и всякая религия всегда должна начинаться с азов, с чистого листа. Для этого нельзя использовать ни один старый храм. Нужно возводить новый храм.
И не только это, но старый храм необходимо стереть, разрушить, потому что люди начинают снова искать, начинают заново ходить ощупью во тьме только тогда, когда старый храм перестает быть храмом в их глазах.
Итак, очень естественно, что мой подход не сочтут религией, религиозным. Все зависит от вас: если вы станете жить тем, что я говорю вам, вы создадите определение. Все зависит от вас. Все зависит исключительно от вас! Если вы станете едиными с тем, что я говорю, и начнете жить в гармонии с моими словами, тогда рано или поздно определение появится. Но пусть это будет само собой. Живите тем, что я говорю вам! Не беспокойтесь о том, что думают о моем учении люди.
Почему ваши утверждения кажутся мне высокомерными?
Так всегда бывает. И так всегда будет. Когда Иисус сказал: «Я и мой отец едины», неужели ты думаешь, что люди сочли его скромным человеком? Когда Иисус сказал: «Я есть истина, путь, дверь», неужели ты думаешь, что раввины стремглав прибежали к нему, пали к его ногам и закричали: «Какой скромный человек! Мы никогда прежде не видели такого». Раввины сказали: «Этот человек высокомерен. Этот человек эгоистичен».
С точки зрения логики они выглядят правыми, и такие слова кажутся высокомерными! Когда Кришна сказал Арджуне: «Sarva dharma parityajya mamekam sharanam vraja - оставь в стороне все религии и пади к моим ногам», неужели вы думаете, что люди сочли эти слова скромными? «Оставь в стороне все религии и пади к моим ногам!» Это чистой воды высокомерие.
И вы удивитесь еще кое-чему. Говорят, что первые слова Гаутамы Будды были такими... Легенда повествует, что Будда, родившись, воскликнул: «Над
небесами и под небесами я единственный, удостоенный высокой чести». Гаутама только родился, он был младенцем, но только взглянул на мир, и он еще не стал Буддой, но уже сделал такое утверждение. Чудесная легенда! Младенец, которому только один день, объявил, провозгласил на весь мир: «Над небесами и под небесами я единственный, удостоенный высокой чести».Что вы думаете об этом? Это надменность во плоти?
Истина есть истина. Она ни высокомерная, ни скромная. Ее нужно заявлять такой, какая она есть. Она может показаться вам скромной, если вы поймете ее. Она покажется вам высокомерной, если вы не поймете ее. И если вы не понимаете истину, тогда вам не нужно обращаться к таким утверждениям, которые кажутся вам явно высокомерными. Люди, которые не понимают или не хотят понять истину, могут отыскать высокомерие где угодно.
Как-то раз я читал такие слова Лао-Цзы одному профессору: «Когда высший человек слышит Дао, он практикует его; когда обыкновенный человек слышит Дао, он игнорирует его; когда низший человек слышит Дао, он смеется над ним. Если бы над Дао не смеялись, тогда это было бы не настоящее Дао».
И знаете, что сказал профессор? Он сказал: «Как надменен Лао-Цзы. Кем считает себя этот знайка? Он считает себя высшим человеком, мудрецом? Уж он-то все знает? Как высокомерно он утверждает, что знает Дао. Вот значит как думает Лао-Цзы». И профессор добавил: «Он один из высших людей, которые понимают Дао, а между тем менее значимые люди не знают о Дао или смеются над ним? Как надменно звучат его слова!»
Смысл этих слов не дошел до профессора. Слова не всегда направляют понимание по своему пути, их можно истолковать как-то иначе.
Чтобы убедиться в сопротивлении профессора, я процитировал ему Иисуса. Иисус сказал: «Отец, прости их, ибо не ведают они, что творят».
Что же сказал профессор? Он сказал: «Эти слова тоже высокомерные. Кем считает себя этот парень, Иисус, выказывая своими речами превосходящее, снисходительное, надменное, прощающее отношение?»
Смысл этих слов не был ясен профессору, но его можно отыскать. Если вы ищете, вы можете сказать, что этот человек высокомерен - кем он считает себя? «Отец, прости их...» Кто ты такой, чтобы прощать?
Именно так отзывался об Иисусе и Ницше: «Он был самым высокомерным человеком. Он просит Бога простить этих глупых людей, потому что они не знают, что делают. Мол, все они болваны, так прости же их! Иисус оскорбляет их. Он не разрешает им даже достоинство знания о том, что они делают. Он не считает их людьми. Он обращается с людьми так, словно перед ним червяки - прости их. Это же отношение превосходства в святости» .
Ницше постоянно говорил о том, что Иисус утверждал, будто когда кто-то ударил тебя по одной щеке, нужно подставить ему другую щеку. И Ницше заключил, что это бесчеловечно, потому что, подставляя обидчику другую щеку, вы выглядите превосходящим его. С точки зрения Ницше, когда кто-то бьет вас по лицу, и вы подставляете ему другую щеку, вы ведете себя бесчеловечно. А по-человечески нужно сделать так: врезать и ему по первое число! Мол, так вы, по крайней мере, уважите его: «Ты тоже человек, как и я. Мы равны». Ницше считает, что вы, подставляя под удар вторую щеку, превращаете обидчика в червяка. И это сильное оскорбление человека. Можно истолковать эту фразу Иисуса и так.
Мои утверждения ни высокомерные, ни скромные, потому что они не могут быть высокомерными, и они не могут быть скромными. Обычно вы полагаете, что скромность противоположна высокомерию. Это не так. Скромность и высокомерие одного поля ягода. Это как тепло и холод - здесь есть только градусы одной и той же энергии.
У скромного человека столько же эго, сколько его и в надменном человеке. Надменный человек претендует на эго, а скромный человек отрицает эго, но эго все равно есть. Надменный человек говорит: «Я особенный», а скромный человек говорит: «Господин, я никто, я всего лишь пыль под вашими ботинками». Первый человек утверждает свое эго, и второй человек тоже утверждает свое эго, только иначе.