Левенхет

– Тебе есть ради чего жить? – спросил у него Шимей.

– Мы все живем ради того, чтобы жить. Не в этом ли смысл жизни? Мы, лоэра, смотрим на эти вещи гораздо проще людей.

– Этим мы и отличаемся. Я живу не ради того, чтобы жить, и уж точно не ради себя. Я живу, чтобы жил кое-кто другой.

Шимей не сводил взгляда с рыбьих глаз. Его ответ видимо устроил древнего, и на лице лоэра появилась, еле заметная, улыбка.

– Ты отличаешься от многих, Шимей Мирван, – он перевел взгляд на Яи, – что касается тебя… Я не смог изучить. Кроме того, я почувствовал, что-то чуждое, нечто мне неизвестное. Ты не чародей. Может, расскажешь, что ты такое?

Яи молчал. Не говорил ни слова, лишь по-прежнему немного улыбался. Старейшина всё понял без слов.

– Ну, что ж, – древний отправился назад к своему дереву, – из гильдии говорите? Они от того, о ком я думаю?

Мэрла кивнула, после чего древний продолжил.

– Если он вас прислал, значит это действительно важно, – он вновь начал сливаться воедино с деревом, – те, кого вы ищете уже давно прошли через Полевск и отправились дальше, на юг.

– Как на юг? – улыбка сошла с лица Яи – Они не повернули назад? Но ведь там же!

– Куда именно они направились? Ты еще можешь их видеть? – вмешался Шимей.

– Они направляются туда, куда мой взор не сможет попасть ни при каком желании. И боюсь, что уже совсем скоро я потеряю их из виду. Вам нужно спешить.

Дерево почти полностью закрыло древнего, и он потихоньку начал погружаться в сон.

– Ты видел с ними девочку? Светловолосую, лет двенадцати, маленький рост и голубые глаза, – успел спросить Яи.

– Поспешите и тогда вы успеете её спасти, – дерево полностью скрыло внутри себя старого Лоэра.

– Вот же…– хотел было выругаться Яи, – Кретины! Долбаные фанатики, чем они только думали?

– Ничем. Как и всегда, – Шимей по-прежнему держал себя в руках.

– Погодите-ка, – в разговор вмешалась Мэрла, – я правильно поняла? Они отправились в Красные леса? Но ведь там же живут Варкахары. Они не являются частью Лесного Королевства. Их убьют даже, не обратив внимания, что они простые миссионеры.

– В сложившейся ситуации Варкахары волнуют меня поменьше, чем то чему они поклоняются, – сказал Шимей.

– Вы говорите о нем?

– Да… Дикий Бог.

***

1 день Глора, 537 г., Граница Изумрудных и Красных лесов.

Караван миссионеров не так давно выехал из леса в небольшую солнечную долину, полностью освобожденную от каких-либо рощ. И вот преодолев всю её протяженность, миссионеры уже въезжали в Красные леса. Лайла заметила, что кроны деревьев, в отличие тех лесов, через которые они уже прошли, имели более тёмно-зелёный цвет. Ей было интересно, что же их там ждёт, так как, судя по рассказам в Полевске, когда их отговаривали от данной затеи, она слышала очень нехорошие истории о здешних обитателях.

После того как Белый Орден разделился, большая часть из двадцати двух миссионеров отправилась сюда, и Лайла попросилась именно к ним, так как абсолютно не переносила жару ещё с раннего детства, и прогулка в самое жаркое место Междумирья с другой группой её абсолютно не манила. Они двигались цепью из четырех повозок с провизией и материалами в сопровождении нескольких белых всадников. Ко второй повозке, на которой ехала Лайла, на княжеском чешуйчатом скакуне подъехал Болни – молодой высокий мужчина, который и возглавлял эту группу.

– Не жалеешь, что решила отправиться с нами? – спросил он у девочки, – Все чего ты хотела – это уехать из Княжества. Ты могла остаться в Полевске. Лесное Королевство приняло бы тебя.

– Идти мне больше некуда, – Лайла перевесилась, верхней частью тела, через борт повозки, – вы меня приняли, а больше у меня никого нет. Я всегда мечтала увидеть, что творится в остальном мире. И сейчас мне представилась такая возможность.

– Я знаю, ты еще не до конца понимаешь наши идеалы. – Болни скинул свой белый капюшон, под которым были черные кудрявые волосы, – Когда-то я был как ты. Потерял дом, семью, остался сиротой, которому было некуда идти. Ещё десять лет назад я являлся членом наёмной гильдии. И творил такое, что тебе даже не представить.

Она могла представить, но не стала спорить. Данный факт о Болни очень ей интересен, так как он всю дорогу казался ей таким же святошей – фанатиком, как и все остальные, но всё же она всегда считала его самым адекватным из них.

– Я и не знала, что ты был наёмником. По тебе не скажешь.

– Я полностью изменился, когда пришёл к Белому Ордену. Магистр Волкар показал мне истинный путь, без злобы и кровопролития. Мне открылась истина! Прошлый Болни умер, вместе со всеми своими грехами. Я тот, кто я есть сейчас. Надеюсь, и ты скоро поймешь это и однажды наденешь белое, – он акцентировал своё внимание на коричневом плаще девочки, поверх темно-зелёного платья, в котором она ходит с тех пор как покинула Княжество, – вот почему мы идём туда. Эти леса больны. В них поселилось зло, и мы докажем, что любую проблему можно решить и без оружия. Никто никогда не пытался устанавливать контакт с варкахарами, все знали только язык меча и пороха.

– Почему эти леса называют кровавыми?

– Скоро увидишь. Может, и передумаешь идти с нами, – после этих слов он пришпорил скакуна и отправился к голове колонны.

Миссионеры вошли в лес и, удаляясь все дальше вглубь, Лайла заметила, что воздух стал более спёртый. А ведь она только привыкла к свежему приятному воздуху Лесного Королевства. Из глубин леса веяло страхом. Первобытным страхом. Может быть, всё-таки стоило отказаться от этой затеи? Никто не воспринимал всерьез священные походы Белого Ордена, так почему она решила уйти с ними? Идти ей было не куда, терять тоже нечего. Что сделано, то сделано, теперь только Боги знают, что уготовано маленькой девочке и группе самоуверенных миссионеров. Погрузившись в размышления, она и не могла подумать, что за ними уже наблюдает древняя зловещая сила, во владения которой они вошли.

3 глава

«Есть ли у смерти слёзы?»

10 день Глора, 537 г., город Кров, Княжество.

– Прошу прощения, капитан, но мне велено никого не впускать, – голос стражника был очень тихим, а сам он даже не осмеливался посмотреть в глаза левейцу, – там идет важный военный совет.

– Ты разговариваешь с командиром левейской княжеской гвардии, находящейся здесь на особом счету, – вспылила стоящая позади Акфим, – а по совместительству и членом княжеского совета! Он имеет все права находиться на собрании…

– О котором меня даже не соизволили уведомить, – подметил Завуала, – не горячись, Акфим, он ведь просто выполняет приказ, который как я думаю, касается только моей личности.

Завуула уставил тяжелый взгляд на неуверенного стражника, охраняющего массивные зелёные ворота, ведущие в зал совета на третьем уровне княжеского замка. Стражник всё также не смотрел на одетого в легкую серебряную броню левейца, те то, чтобы, боясь его, а потому что не имел более никаких аргументов, кроме как ссылаясь на данное ему указание.