Левиафан

Не пришлось никуда сворачивать и в Западном крыле. Спросив у кого-то из големов, где Хэла, девушка поднялась на пару этажей вверх. Откуда-то из глубины коридора слышалась песня - без сомнения, та же, что и вчера, в большом зале. Ли-фанна, недолго думая, пошла на голос.

Песня привела ее к большой двери из непрозрачного льда в самом конце коридора. Постучав, Ли-фанна открыла дверь и вошла внутрь...

Больше всего место, где она оказалась, было похоже на... она даже не нашла нужного сравнения. Открытая площадка, можно даже сказать - балкон, только очень уж большой - круглой формы, и буквально висящий над землей. Противоположный от замковой стены край ее был отгорожен красивыми ажурными перилами. В самом центре площадки росло удивительное дерево. Листья его были белоснежными, а кора удивительного серебристо-белого цвета. Вокруг дерева росла странная серебристая трава, а к самому дереву вели шесть узких тропинок, вымощенных, как и остальная площадка, белыми камешками.

Песня Хэлы доносилась из небольшой беседки, расположенной на самом краю площадки. Беседка эта была будто сплетена из кружевных паутинок морозных узоров. Среди этого торжества холода так легко было забыть, что сейчас на самом деле жаркое лето...

Ли-фанна зашла в беседку.

Хэла действительно была там. Дух холода сидела на невысокой скамеечке, какие стояли у стен беседки, и, тихонько напевая что-то себе под нос - даже странно, что ее пение было слышно так далеко - вышивала что-то на пяльцах. Ли-фанна была весьма удивлена, застав ее за этим занятием.

Вошедшую девушку Хэла пока что не замечала. А Ли-фанна не хотела ее отвлекать. Она так и стояла у входа, слушая пение Хэлы. Голос у нее был красивый, просто завораживающий, а песня - грустная, но тоже очень красивая: о девушке, ждущей своего любимого.

Только когда песня закончилась, Хэла заметила Ли-фанну.

– Доброе утро, - приветливо улыбнулась она.

– Доброе утро, - поздоровалась и Ли-фанна.

Хэла взмахнула рукой - рукоделие исчезло, словно подхваченное небольшой вьюгой.

– Присаживайся, - она показала на другую скамеечку. Ли-фанна не замедлила последовать этому приглашению.
– Ты хотела что-то спросить у меня, - это было утверждение, не вопрос.

– Да, кивнула девушка.
– Я хотела бы знать больше обо всем этом... о Судьбе, о своем даре... о том, почему начать все должна именно я.

– А кто сказал тебе об этом?
– тут же спросила Хэла с каким-то тревожным выражением глаз.

– Диона. И... предводитель Легиона, - Ли-фанна вздохнула. Больно было вспоминать об этом сумасшедшем старикане и о Гройвуде.

– Вот, значит, как...
– теперь Хэла выглядела задумчивой.
– От легионера иного и ждать не стоило: у меня уже давно сложилось впечатление, что он совершенно не думает, о чем говорит. Но Диона... неужели и она ведет какую-то свою игру?

– Свою игру?
– переспросила Ли-фанна.
– О чем ты? Почему вы все говорите о происходящем так, будто... будто Левиафан, конец света - все это абсолютно неважно, а мы - так, марионетки?!

– Успокойся, Ли-фанна, - остановила ее Хэла.
– Я прекрасно понимаю твои чувства, и... я расскажу тебе все, если ты так этого хочешь. Но учти: далеко не все, что я скажу тебе, будет приятным.

– Я готова, - твердо ответила Ли-фанна.

– Ну раз так... тогда слушай, - Хэла вздохнула, собираясь с мыслями.
– Итак... Конечно же, о пророчестве тебе рассказывали, и рассказывали не раз. Я не буду в очередной раз пересказывать тебе его содержание, но некоторые вещи просто нуждаются в том, чтобы быть сказанными.

Ты знаешь уже, что оно было изречено двадцать пять лет назад - за десять лет до твоего рождения. Не сказать, что основная суть его - «Лист ожидают великие потрясения» - явилась неожиданностью для нас, духов, и магов Цитадели, посвященных в события, происходившие в мире на тот момент. Тогда случалось много такого, что изменяло мир едва ли не ежедневно. Никто не знал, чего ждать в следующий момент - виной всему, разумеется, Легион - так что пророчество о новолунии казалось вполне логичным.

В тех событиях - я не буду перечислять тебе их: об этом ты узнаешь в свое время... так вот: в тех события принимали участие многие из людей, которых ты уже знаешь. Учитель Сойрен, к примеру. Или братья Рональд и Рэндиан Меннерсы, которые помогали вам добраться сюда. Но они стали участниками этих событий, конечно, намного позже, чем двадцать пять лет назад. И даже хозяин замка Эймар, имя которого я знаю, но обещала ему хранить его в тайне, некоторое время был одним из главных героев этой истории. Но по-настоящему началось все с твоей матери, Ли-фанна.

– С моей...
– начала девушка, но закончить сил не хватило. Ее мать - совершенно обычный человек, и это была одна из тех немногих вещей, которые она все еще точно знала.

– Да, с твоей матери. Оррайна была совсем еще юной, когда все это закрутилось вокруг нее...

– Оррайна? Верховная ведьма Эфарленда?
– совершенно ничего не понимая, переспросила Ли-фанна.
– Она-то тут при чем? Мою маму зовут Сигма, и она...

– Так значит, она решила не говорить тебе вообще ничего?
– Хэла внимательно посмотрела на девушку.
– Даже... Но впрочем, после той истории неудивительно, что она...

– После какой истории?
– переспросила Ли-фанна. Это уже было вые ее сил...

– А вот этого я точно тебе рассказывать не должна, - Хэла покачала головой. Так или иначе, Ли-фанна, имя твоей матери - Оррайна. Прости, что вот так говорю это тебе, но ты сама захотела узнать все...

– Я и не отказываюсь, - Ли-фанна постаралась собраться с мыслями.
– Просто я никак не ожидала, что мама...

– Никто на твоем месте не ожидал бы ничего подобного, - печально улыбнулась Хэла.
– Я понимаю тебя, Ли-фанна. И сожалею, что не могу открыть тебе всего, что происходило в те времена. Я могу сказать лишь о том, что однажды события сложились таким образом, что... Оррайна где-то исчезла. Ни другие ведьмы, ни члены Совета, куда она тоже входила, ни даже маги Цитадели - никто не мог найти ее. Она просто исчезла, и все. Будто и не было ее вовсе. Видно, тогда так было нужно...

Итак, Оррайна исчезла на несколько лет. Приближалось время, когда пророчество о четверке должно было исполниться, и мудрецы об этом знали. Но больше они не знали ничего: ни когда оно сбудется, ни о ком в нем говорится - ничего этого они даже предположить не могли...

– А ты могла?
– почему-то спросила Ли-фанна.

– Я?
– переспросила Хэла.
– Что ж, не скрою, духам ведомы некоторые тайны будущего, но все же я не решалась заглядывать вперед. Пусть все идет своим чередом, решила я.

О времени наступления того новолуния магам и сверхмагам стало известно лишь тогда, когда стало известно лишь тогда, когда стало известно о планах Легиона... вернее, даже не о планах, а о намерениях устроить что-то в день Дарминорского фестиваля - как раз тогда, когда наступало новолуние. И вдруг - совершенно неожиданно для всех - на сцене появляешься ты. Алый сверхмаг, дочь Оррайны - об этом, поверь мне, нетрудно было догадаться - да еще и обладающая крайне мощным даром! С учетом того, что большинство этих мудрецов и понятия не имело о твоем существовании, твое появление вызвало среди них... скажем так, небольшой переполох, - Хэла улыбнулась.
– А вместе с тобой появились и Эван с Альнорой - впрочем, они двое уже давно были на примете у учителя Сойрена. Если же говорить о Тарлиане... с ним все несколько сложнее.