Локумтен

— Ой, мамочка... — заметив жезл, пролепетала Габриэль. Зажмурившись, она спрятала лицо в ладонях и стала раскачиваться взад и вперед.

Следом за Лентолой, Эша сняла с пояса свой жезл и прицелилась во что-то снаружи. Филь дернулся к люку.

— Не лезь! — остановила его г-жа Фе. — Они справятся.

Мальчик неохотно опустился на сиденье, и тут наверху полыхнула вспышка. Он вздрогнул от испуга.

— Попала! — крикнула Эша. — Сразу двоих!

Заржали кони, затем полыхнуло опять. Карета полетела во весь опор, Филя стало безжалостно мотать. Раскорячившись на сиденье, он злился на госпожу за то, что она не позволила ему принять участие в перестрелке.

Руфина схватила за плечи Габриэль, которая уже неистово молилась. Вспышки наверху следовали одна за другой, всё такие же беззвучные и пугающие. Затем быстрая тень скользнула за окном, у которого сидел Филь, и что-то похожее на шевелящийся половик из сгнивших прошлогодних листьев прилипло к стеклу. Отпрянув от окна, Филь ткнул в «половик» Арпонисом.

Он чуть не разбил стекло, и г-жа Фе забрала у него жезл. Мерзкий белесый свет сразу озарил карету, половик с чмоком отвалился. Пальцы госпожи Фе заметно дрожали, когда она возвращала мальчику жезл.

— Не знаешь куда нажимать, жми на «стрелка», — сказала она отрывисто. — Я попрошу Эшу рассказать тебе, что тут к чему, она владеет этим лучше.

Филь немедленно вдавил на орнаменте фигурку, напоминавшую стрелка, изготовившегося стрелять из лука. Карету озарил белесый свет, но значительно слабее, чем до этого. Филь нажал опять — результат вышел того хуже. Это обрадовало госпожу Фе, она сдержанно улыбнулась. И тут вспышки наверху прекратились.

Выпав из люка на диван, Эша выдохнула:

— Уф, отстали наконец... Еле отбились!

Лицо ее горело от возбуждения. Следом за ней опустилась Лентола. Габриэль, как сидела, с закрытыми глазами склонилась набок и ткнулась Руфине в колени.

— Обычно один-два, а тут целая стая, — раздраженно проговорила Лентола, опуская Арпонис в карман плаща и задвигая заслонку в крыше. Филь тоже сунул свой жезл в карман, обиженный, что ему не дали поучаствовать в сражении.

Эша сказала ухмыляясь:

— Подожди, то ли будет, когда Рука Близнеца засияет в полную силу.

Лентола передернула плечами:

— Нам-то что, нас тут не будет!

Габриэль жалобно спросила:

— А они... они еще прилетят?

Госпожа Фе выглянула в окно:

— Не бойся, дорогая, мы уже пересекли Периметр, скоро поворот на Менону. Займись ей, — сказала она Руфине, которая склонилась к Габриэль и принялась ее утешать, бормоча ей что-то на ухо. Через минуту девочка мирно спала.

Прошло не так много времени и карета заложила вираж, вписываясь в поворот. А потом тихо покатила по узкой проселочной дороге. Поняв, что они благополучно избегли опасности, Филь спросил у Эши:

— А кто такая Рука Близнеца, это звезда?

— Вы зовете ее Бет-Аль-Геуз, — ответила вместо нее Лентола. «Яд Аль-Джауза», — сообразил Филь, удивляясь с чего Лентола сегодня такая добрая, что отвечает на его вопросы.

Карета остановилась.

— Госпожа, лошадям конец, если им не дать отдохнуть, — сказал Кали, открыв дверь. — Нам надо остановиться в Меноне.

Лентола подкинулась на сиденье:

— На ночь, у этого психа? Только не я! Езжай до Катаоки.

— Через час лошади лягут, — возразил Кали. — А до Катаоки полтора. В Меноне же мы можем быть через полчаса.

— Езжай до Меноны, — сказала ему г-жа Фе.

— Мама! — воскликнула Лентола, но г-жа Фе лишь повторила:

— Езжай до Меноны. Мы не станем останавливаться у Хозека, — успокоила она готовую взорваться Лентолу, когда Кали вернулся на козлы и карета опять тронулась. — Но Менона граничит с землей, которая была когда-то нашей, и я знаю те места. Мы переночуем у Сенного озера.

Услышав о ночевке у озера, Филь посветлел: со всеми переживаниями последних дней он забыл, когда купался. В нетерпении он заерзал на сиденье.

Однако Кали перееоценил силы лошадей: солнце перешло зенит, когда они остановились наконец у озера. Лошади под конец тащились так медленно, что было бы быстрей идти пешком.

Сенное озеро оказалось длинное, но неширокое. Поверхность его была тиха и заманчиво поблескивала. Почуяв, что они направляются к воде, лошади фыркнули и в последнем усилии прибавили шагу. Филь привстал в предвкушении купания.

Едва карета остановилась у берега, заросшего осокой, он взялся за ручку двери. Г-жа Фе ответила на его немой вопрос:

— Делай, что хочешь, в пределах разумного.

Повторять ей не пришлось — бросив плащ у кареты, Филь побежал к воде. Скинув одежду на берегу, он сиганул в озеро. Дыхание его зашлось, настолько холодным оно оказалось, к тому же далеко не такое прозрачное, как море. Но это была вода!

Стремясь согреться, Филь поскорей погреб вдоль озера, не оглядываясь по сторонам. Только почувствовав, что его больше не покрывают мурашки, он остановился и обернулся оценить дистанцию.

В этот момент над ним кто-то продолжительно свистнул. Филь сам умел свистеть, но отрывисто и пронзительно, чтобы привлечь внимание. Этот же свист был иным — он был похож на сигнал, нечто вроде тревожного птичьего щебета.

На пригорке, недалеко, стоял щуплый черноволосый мальчик. Он был разодет как франт, в расшитой суконной ярко-зеленой куртке и таких же штанах. На его ногах красовались начищенные до блеска сапоги. Мальчик держал за руку девочку в светлом платье и с довольно некрасивым грустным лицом. Франт оглядел свысока запыхавшегося Филя, потом обернулся, словно поджидая кого-то.

Вид незнакомца был очень высокомерный, не хуже, чем у Лентолы, когда она особенно задирала свой нос. В такой одежде ему нечего было делать в лесу, как только пялиться по сторонам с видом, будто он король или принц. Филь не мог этого стерпеть. Выпятив челюсть, он двинулся к берегу и только тут вспомнил в каком он виде.

К «принцу», улыбаясь, подбежала еще одна девочка, с букетом цветов. Ее густые каштановые волосы красиво обрамляли бледное лицо. Широко расставленные, чуть удлиненные глаза заметили Филя, улыбка пропала с ее губ. Она серьезно посмотрела на мальчика.

Сердце Филя бухнуло и он погрузился с макушкой под воду. Там он сообразил, что не может вечно так сидеть и надо как-то выпутываться. Не показываясь на поверхности, Филь отплыл от берега подальше и встал на руки, высунув ноги из воды. Поболтав ими в воздухе, он закрутил «колесо». Девочка всё смотрела на него и он начал выкидывать прочие штуки, какие только приходили ему в голову, надеясь ее впечатлить и вызвать ее восхищение.