Мерцание
Шрифт:
– Неврологическая клиника, регистратура.
– Здравствуйте, могу я переговорить с доктором Хромовым?
– Кто его спрашивает?
– Это из полиции, по поводу одного его заключения. У нас возникло несколько вопросов.
– Соединяю.
Через минуту в трубке раздался мужской голос:
– Хромов.
– Здравствуйте. Меня зовут Иван Александрович Максимов, я частный детектив, работаю по делу смерти Торопова.
– Мне сказали: полиция... А с чего вдруг вы озаботились кончиной Торопова?
– Извините, как к вам обращаться?
–
– Владимир Михайлович, я работаю по поручению вдовы Торопова Альбины Романовны.
На том конце провода немного помолчали.
– Хорошо, что вас интересует?
– Владимир Михайлович, вы производили вскрытие Торопова по просьбе супруги?
– Да, насколько мне известно, именно она на этом настояла, хотя предварительный диагноз врачей скорой помощи не вызывал сомнений и впоследствии полностью подтвердился.
– Понятно. В заключении вы написали, что причиной смерти стала острая сердечная недостаточность. А почему вдруг возникла эта недостаточность?
– Послушайте, Иван... Александрович, у меня сейчас порядком работы. Может быть, мы отложим наш разговор на более позднее время?
– Понимаю. Скажите, когда я могу позвонить, а лучше прийти к вам - наш офис находится рядом с клиникой.
Хромов подумал.
– Хорошо, в двенадцать часов в кафе "Сирень", что прямо напротив клиники. Идет?
– Вполне. До встречи.
Иван выключил смартфон. Хромов не отказался говорить - и это уже успех. Другое дело - услышит ли Иван что-нибудь новое в предстоящей беседе? Детектив посмотрел на часы: без четверти одиннадцать.
"Ого!
– подумал Иван.
– Время-то как пролетело!"
Он рывком соскочил с кресла и направился в соседнюю комнату, где в одиночестве работал четвертый сотрудник ЧСБ "Омега" - технический эксперт Света Ларионова. Однако комната эксперта оказалась запертой. Иван набрал номер приемной. Долго никто не брал трубку. Наконец, чуть запыхавшаяся Нелли ответила:
– Частное сыскное бюро "Омега", здравствуйте.
– Здрасьте! Нелли, а где у нас Светлана?
– Чёрт бы тебя побрал, Максимов, - разозлилась секс-бомба.
– Ведь знаешь мой мобильный, зачем занимаешь основную линию?
Иван усмехнулся. Конечно, бегать к телефону в приёмную с дивана шефа немного неудобно. Но в полемику вступать не стал:
– Ладно, извини. Так где у нас Света? У неё мобильный отключён.
– Ларионова ещё вчера предупредила, что с утра заскочит в лабораторию, - Нелли бросила трубку.
– Лабораторию...
– пробормотал Иван, отключив коммуникатор, и упёрся лбом в дверь.
– Что она там забыла?
Кто-то воткнулся в спину. Максимов обернулся: перед ним стояла миниатюрная Светлана. Она смущённо сдвинула на лоб большие очки наподобие горнолыжных и сняла с уха клипсу звуковой гарнитуры.
– Извини, зачиталась на ходу.
Света достала ключ и открыла дверь:
– Проходи, Шерлок Холмс. Давно под дверью кукуешь?
– Не очень, минуты три.
Максимов вслед за девушкой вошел в кабинет, который являлся почти точной копией того, в котором сидел он
сам с Гавриковым.– Чай или кофе будешь?
– спросила Света, включая электрочайник.
– Ты что, Ларионова! Какой чай в такую жару? Холодное есть что-нибудь?
Света устало села, сняла туфли и положила ноги на стул. Закрыв глаза, она посидела несколько секунд, потом ответила:
– Максимов, посмотри сам, холодильник, в отличие от кабинета, не заперт.
– Слушай, Свет, - расположившись за вторым, пустующим, столом и откупоривая бутылочку холодного чая, заговорил Иван.
– Тут Очкарыч мне задачку подкинул. Знаешь такого литературного критика Торопова?
Девушка открыла глаза и скосила их в сторону Ивана.
– Ну, так вот, - продолжил Иван.
– Этот Торопов не так давно помер. Лет ему было семьдесят пять - не так чтоб глубокий старик, но и не юноша. Хотя, конечно, пожить ещё вполне мог бы. Но дело тут вот в чём. С самого начала его супруга, теперь вдова, не верила в то, что критик умер от сердечного приступа, как то утверждают врачи. И она пришла к нашему Очкарычу с просьбой прояснить этот вопрос. Даже аванс внесла.
– А от меня-то что ты хочешь?
– не слишком заинтересованно протянула Света.
– Как - что? Ты же у нас главный потребитель книг и этих, как его... чёрт...
– Ридов, что ли?
– Во-во - ридов!
– А при чём здесь риды?
– Ну... я не знаю. Это ведь то же самое, что и книга?
Вскипел, злобно плюнулся кипятком и выключился чайник. Света сняла ноги со стула, выпрямилась и заварила пакетик зелёного чая.
– Максимов, ты - питекантроп. Книга и рид - это совсем не одно и то же. Ты книги читал?
– Иван утвердительно кивнул.
– Рид - это тоже текст, но, в отличие от простой книги, неважно - бумажной или электронной - текст сопровождается музыкой и фоном да с прибамбасами, которые помогают тебе почти визуально увидеть то, что ты читаешь. Да что я тебе рассказываю! Ты хоть один рид прочитал?
Иван сделал большой глоток из бутылки и отрицательно мотнул головой. Риды появились совсем недавно, буквально несколько месяцев назад, и стремительно набирали популярность.
– Ну, вот когда прочитаешь, тогда и будем говорить. Возвращаюсь к своему вопросу: что ты хочешь от меня в этом деле?
– Чтобы ты собрала мне информацию о Торопове.
– Тебя что конкретно интересует?
– Да всё, что есть в открытом доступе. Если сможешь это систематизировать и изложить в короткой записке, буду благодарен.
– Срок?
– Дня хватит?
Света поставила чашку, пробежалась пальчиками по клавиатуре компьютера и вгляделась в монитор, на котором сразу же высветились фотографии Торопова и ссылки на ресурсы, где о нём есть упоминания:
– Хорошо. К завтрашнему утру подготовлю.
– Эй, только ты не всё качай из нета! Так и я могу. Ты попробуй у кого-нибудь узнать, спросить...
– заволновался Иван.
– Не учи учёную, получишь информацию в лучшем виде.
Иван с сомнением покачал головой и посмотрел на часы: