Мэрианн

— Я не вижу в комнате лохань. Как вы предлагаете мыться?

— Я же говорю вам, это лучшие покои. — Служанка провела меня по комнате к узкой двери, которую не увидела сначала из-за боковины шкафа. Там оказалась ещё одна совсем маленькая комната, в которой была глубокая медная ванна, полочка с полотенцами, на витой вешалке висели короткие халаты, у одной из стен узкое зеркало во весь рост.

— Возможно, я даже захочу здесь задержаться. — Усмехнулась я.

— Да, Его Величество очень этого бы хотел.

— Что?

— Ну… — Молодая служанка замялась, — В такие покои не будут селить кого попало. И ещё… нет, молчу. — Служанка спохватившись опустила глаза в пол, заламывая кисти. Интересно. Я скрестила руки на груди, внимательно глядя на девушку. — Ну… Его Величество явно дал понять, что мне не сдобровать, если вам что-то не понравится, так что если что-то не так, то только скажите, я всё исправлю!

— Иди. Я устала, отдохну немного в покоях.

— Слушаюсь.

Первым делом я подошла к окну. Потянув на себя, открыла створку, впуская в комнату свежий весенний воздух. Вид открывался прекрасный. Яркое полуденное солнце освещало каждый дом. Вчера я видела улицы вблизи, сейчас же были видны повороты улочек и аллей. Так же у подножия дворца открывался ухоженный парк, который был не виден из-за тумана. Молодая сочная зелень декоративного кустарника, высокие человеческие статуи. Попробовала осмотреть и декор дворца, покуда он рядом, но мало что было видно из-за высокого выступа арки у окна. Высовываться дальше было боязно, так как не факт что у меня не вовремя не закружиться голова и я элементарно не выпаду из окна. Вот Катерина порадуется то. Подтянув серебряную занавесь, опустилась на кровать.

Но сидеть долго в комнате я не смогла. Диалог с королём встревожил старые раны, от которых так усердно бежала все эти дни и месяцы. На улице было прекрасно, солнечно. Когда вышла в коридор, то служанка подошла почти сразу.

— Как тебя зовут?

— Эмили, госпожа.

— Хорошо. Ты знаешь, кто я?

— Догадываюсь.

— Хорошо, веди меня на улицу, в парк.

К тому моменту как мы вышли на улицу голова уже начала болеть, но я решила всё же хоть немного развеяться после тяжёлого диалога. В парке кроме зелёных кустов и деревьев были и великолепные статуи с фонтанами. Но гуляя по аллеям вспоминала графство. Как же тогда было спокойно. Оглядываясь назад, подумала что сейчас была бы согласна выйти даже за Уильяма, лишь бы не весь произошедший кошмар. Генри был старше меня всего на два года, но ему хватало мудрости не задавать прямых вопросов, только наводить и во всём находить компромисс, а не бить в лицо. Я усмехнулась. А ведь даже Готтлиб спрашивал у меня точно ли я уверена, что княжна. Может, я и правда никакая не Анна и всё это случилось по недопониманию? Размышляя так, я всё дальше отходила от дворца, обернувшись только у самого края парка. Замок был и правда великолепен. В тумане я видела только нижнюю его часть, но сейчас от открывшегося великолепия захватывало дух. Никогда бы не подумала, что тёмные цвета могут выглядеть на столько благородно. Отсюда были видны не только арки окон, но и сверкающие витражи, как и статуи грифонов и химер. Высокие шпили башен устремлялись вверх и казалось держат на себе небосвод. Наконец ожидаемо мир начал расплываться и двоиться.

— Госпожа? С вами всё хорошо? — Служанка всё время была рядом, на несколько шагов позади меня. Мы шли всё время молча, за что я премного ей благодарна.

— Да… в этот раз долго… у тебя есть платок?

— Конечно, держите. Может, вам присесть? — Приняв протянутый темносерый платок, я закашлялась.

— Поздно. — Отстранённо ответила, погружаясь во тьму. Последнее, что заметила, это что на тёмной ткани не так видно кровь.

Открыв глаза увидела окружающие тёмные тона. Чёрное одеяло и подушки, нежная ткань серого балдахина. Растерев лицо, села. По комнате разливался тёплый свет. Заметила у двери знакомую сумку, которую оставила на столе короля вместе с письмами. Радует, что мне их вернули. Подойдя к окну, восхитилась открывшемуся виду. Заходящее солнце окрашивало надвигающиеся тучи в сочные оттенки от ярко-оранжевого до тёмно-фиолетового. Черепицы домов тоже играли разными цветами, бликуя жёлтым на солнце и падая холодной тенью на противоположных сторонах. Пятна сочной молодой зелени расставляли завершающие акценты. Не знаю, сколько я так простояла, но хлопнула дверь. Обернувшись, увидела знакомую служанку.

— Эмили?

— Госпожа, вы проснулись. Как вы себя чувствуете?

— Мне срочно нужно на улицу!

— Но госпожа, Его Величество велел оставаться вам во дворце, в покое.

— Я пленница?

— Нет, что вы. Он заботится о вас и вашем самочувствии.

— В таком случае помоги мне собраться. Мы идём изучать столицу!

Обморока я не боялась. Тем более, чем дальше я от власти, тем меньше раскрывается проклятье. Поэтому сейчас главное не встретиться с Робертом. Собиралась я в прекрасном настроении, предвкушая прогулку. Эмили довольно скоро смирилась с моей затеей и с тем что не слушаю её возражения рода «скоро должен пойти дождь» и «Его Величество не велел». Единственное, я согласилась надеть лёгкий воздушный плащ с просторным капюшоном. Не знаю, что именно приказал король, но с территории дворца мы вышли без малейших затруднений. Стражники быстро распахивали двери, едва поняв что я собираюсь пройти через них. Через парк так и вовсе почти бежала. Успокоилась только скрывшись в улочках города. Здесь напротив шла медленно, почти останавливаясь у каждого дома. Впервые я пожалела, что не художник. Мне так и не удалось освоить эту сферу искусства. Музыка давалась куда легче, в частности клавишные. Там точно знаешь на что нажать и сколько удерживать, чтобы звук сплёлся в единую композицию. Чего не сказать о красках. Мало набросать контур, надо ещё передать то состояние, которое видишь ты. Да и в каких пропорциях смешивать цвет, чтобы получить тот самый оттенок? Вот и сейчас рассматривая кованные ограды, ворота и арки, где камень и металл казались лёгким кружевом, я понимала, что не смогла бы повторить такое ни на одном холсте.

Когда первый энтузиазм прошёл, в голову начали лезть мысли о Крэйволе. Монументальное величие было полной противоположностью тому, что видела сейчас. Дойдя до одного из широких перекрёстков увидела в конце улицы дворец. Одновременно с тем пошли первые крупные капли дождя.

— Госпожа, пойдёмте во дворец? Я боюсь, что вы промокнете.

— А я — нет.

В этот момент за дворцом вспыхнула огромная молния, по улицам пронёсся гром. Эмили подскочила на месте и забежала под ближайшую арку. Начался ливень, я засмеялась. В этот момент я поняла, что устала бояться, как устала и тосковать по прошлому. Струи воды били по лицу, лёгкий плащ никак не спасал. Я развела руки в разные стороны, кружась на месте, словно поток стихии мог смыть с меня пыль дорог, грязь подземелья, ненависть и кровь.

Когда мы возвращались обратно во дворец, то дождь уже закончился. Эмили была сухая, ведь её коснулись только несколько капель. Ливень шёл не долго. Всю дорогу до самого дворца мы молчали. Король Роберт встретил нас в холле первого этажа. Увидев его, Эмили сжалась, боясь поднять лицо от пола. Как и в столовой, король показал ей на дверь, та молча убежала. Роберт осмотрел меня с ног до головы, словно в первый раз видел. Пауза затягивалась.

— Благодарю за Эмили, она славная.

— Да, но больше не работает во дворце.

— От чего же?

— Она ослушалась приказа.

— Я пленница?

— Ни в коем случае. Вы — почётная гостья.

— Да, поэтому позволила себе прогулку по столице.

— Я король.

— А я княжна. Пусть и не ваших земель. Мне будет гораздо комфортнее, если Эмили останется.

— Завтра вечером бал. Надеюсь на ваше благоразумие. — Весь диалог шёл в совершенно спокойных тонах, но на последних словах Роберт указал на мой подол, с которого на пол капала вода.

— Бал?

— Да. Гости были приглашены ещё неделю назад, так что уже поздно всё отменять только из-за вашего визита, Ваша Светлость. — Казалось бы, никаких оскорблений, но от этих слов стало не приятно.

— Конечно, Ваша Светлость, я всё понимаю.

В покоях я переоделась в сухое. Эмили принесла горячей воды в ванну и ужин. Как мне передали, у всех был ужин именно в тот момент, пока мы гуляли. Собственно для приглашения к столу и зашла изначально служанка, покуда я не увела её на улицу. Я же весь вечер размышляла как напомнить о своей просьбе королю. Наше общение явно не складывалось. Позицию «ну хоть не гонит и не сажает в тюрьму» тоже отгоняла подальше. Я не простолюдинка, чтобы радоваться таким мелочам. Казалось, Роберт вообще ничего не хочет видеть и замечать, за пределами своего королевства. Даже стало интересно что будет на балу. Какой он — высший свет Герфельда. После прогулки, горячей ванны и прекрасного ужина я снова уснула почти мгновенно, едва моя голова коснулась подушки.

На утро я отметила, что спать во мраке, да ещё и в коротком шелковом плате оказывается действительно великолепно. Лёжа на кровати, медленно осматривала помещение, заново изучая каждую мелочь. Теперь комната выглядела уже не такой пугающей, а в чём-то даже весьма уютной.

С Робертом мы больше не разговаривали. Даже в столовой каждый раз стояла гробовая тишина. Впрочем, я была этому даже рада, так как в покои возвращалась совершенно без сил, в состоянии близком к обмороку. К вечеру начали съезжаться кареты, из которых выходили господа в изысканных нарядах. Я стояла у окна и с замиранием ждала каждую. Кто же будет выходить на этот раз.

— Госпожа… то есть… простите, Ваша Светлость.

— Эмили, входи. Решила сменить обращение?

— Да… Его Светлость король Роберт услышал, как я сегодня обратилась к вам «госпожа» и сказал что если я хочу остаться во дворце, то обязана обращаться к вам не иначе как к нему.

— Надо же. — Я довольно улыбнулась, задумавшись. — Что это такое красиво ты мне принесла?

— Ваше платье и украшения. Его Величество передал. — Эмили положила на кровать длинное платье глубокого фиолетового цвета и протянула мне чёрную шкатулку. Открыв бархатную коробку, увидела прекрасный комплект из ожерелья и серёжек.