Мэрианн

— Благодарю за заботу, но я пожалуй ещё прогуляюсь.

Князь пожал плечами и собрав оставшиеся письма вышел из холла. Я же поспешила к знакомым скалам, отделяющим град от озера с поляной. Срочно хотелось побыть наедине с собой. Намеренно взбиралась наверх по камням, чтобы усталость от физической нагрузки притупила эмоции. Но когда поднялась наверх не почувствовала ничего, кроме досады, что восхождение закончилось. Не зная, куда деться начала наматывать круги на месте. Идти в битву совершенно не хотелось. Не сейчас, не под таким предлогом и началом. Более того, отец знает о притязаниях Роберта в мою сторону и судя по тому, что его вечное «ты не готова» так внезапно закончилось. Не выдержав, заорала от безысходности. Я была одна, так что не сдерживалась совершенно, срывая горло. Град отсюда совсем маленький, а эхо гор уносило крик далеко, смягчая его мощь. Так что если кто и услышит, то не поймёт, в чём дело. Зато мне полегчало. Я наконец словно выплюнула всю боль и грязь, терзавшую всё внутри ещё со времён смерти матери Лира. Обессиленно опустившись на колени, почувствовала как по груди медленно расползается тоска. Закрыла глаза, чувствуя как ветер треплет волосы. Внезапно почувствовала прикосновение к плечу. Вздрогнув распахнула и отскочила в сторону, чуть не упав вниз с обрыва.

— Да осторожней!! — Элейна поймала меня за руку, вытаскивая обратно.

— Что ты здесь делаешь?!

— А вы?

— Мы завтра выступаем. Иди готовься.

— Да, я знаю. Но мне нечего собирать, как и не с кем прощаться, так что обычно провожу вечера перед походом здесь.

— А чего молчала, когда я пришла?

— Я на дереве сидела, у подножия. Вы так быстро промчались мимо, что не стала мешать. Что стряслось?

— Ты не поймёшь… Два идиота… Они не могли сначала со мной поговорить?! Тоже мне, «мудрый правитель», разве он не знает, что Алану нельзя ультиматумами сыпать?!… И это же додуматься надо «хочет забрать то, что предначертано»… И второй туда же! Нет спокойно поговорить, обсудить и выслушать — быстро надумал выводов и принял решения! Рррр!!! — Выговорившись и упав на землю, наконец выдохнула. Наверное со стороны мой монолог был мало в чём информативен и понятен.

— Письмо от Роберта? — Я угрюмо кивнула. — И князь прочёл?

— В отличие от меня. Я всё узнала только со слов. Боюсь представить, что там ещё мог написать этот…

— …Мрачный король?

— Возможно. А почему мрачный?

— В последнее время его так называют. — Пожала плечами воительница. — Говорят, сидит мрачный на своём чёрном троне, блуждает где-то в своих мыслях и ни кого не хочет видеть.

— Так Герфельд же и славился своим мраком, разве нет?

— Одно дело когда чёрный цвет позиционирует как роскошь и выбор, а другое как внутреннее состояние депрессии. Вот те кто видел короля, то говорят, что это именно второй случай.

— И давно?

— С месяц. Со времён когда прибыли на переговоры.

— Странно…

— Да вы не забивайте голову. Завтра выступим на Крэйвол, вас отпустит.

— Думаешь?

— Страшен только первый бой, но мы рядом. Потом сама будешь на поле боя проситься. Как прирежешь пару крэйволов и всё, в мыслях покой и порядок. — Я задумалась. Элейна специально обратилась на ты, напоминая, что на поле боя все равны и обращаться с почестями не будут.

Собираться, когда не провожают, оказалось и правда быстро. Грустно и тоскливо, но из сборов — одна сумка для сменной одежды, да гребень с небольшим зеркалом. Не считая баночки с сурьмой, чтобы расписать лицо рунами перед боем. Вторая сумка была исключительно для зимней одежды. Броня надевалась сразу на выходе. Корону решила не брать, всё же это не официальный приём. Отца я увидела только на утро, готовясь выйти из дворца. Сумки уже прикрепила к седлу лошади, ровно как и меч. Утеплённый, но пока облегчённый, костюм состоял из зауженных брюк, облегающих ноги и не позволяя запутаться в складках и кофты из такого же материала. Только тут обильно драпируемый воротник мог легко трансформироваться объёмный капюшон. Сапоги были хоть и высокие, почти до колена, но ужасно удобные. Поверх естесвенно была надета кожаная броня. До самого Крэйвола несколько дней пути, но это не значит, что по пути не встретим отряды.

— Я горжусь тобой, Анна. Постарайтесь вернуться до зимы. Или хотя бы до Йоля. — Я кивнула, отец крепко обнял и поцеловал в лоб. Всегда было странно, как такой большой и сильный воин может быть таким аккуратным и нежным.

Осень была самым удачным временем в войне с Крэйволами. Увешанные металлом, они были не просто уязвимы, а смешны во времена дождей из-за обилия грязи, где даже стояли на месте с трудом. Тем временем облегчённые фрайфолы были подвижны и активны. Логично, что княжеская гвардия уходит на весь сезон. Совсем скоро по территории Фрайфола будет перемещаться опасно из-за мокрых каменных дорог, где не просто страх оступиться, но поскользнувшись запросто можно упасть с обрыва.

Во дворе меня ждал верный отряд. В их уверенных и собранных взглядах я нашла внутреннюю поддержку, так что легко взобралась в лошадь и мы тронулись в путь. Проезжая по городу, к нам присоединялись всё новые воины, собираясь в полноценную княжескую гвардию. Выезжали из города под барабаны и волынки, ещё раз напоминающие, что это уже не простая ознакомительная прогулка.

В этот раз наш путь пролегал по другому пути, чем в прошлый. Тогда мы шли со стороны Герфельда, теперь же цель прямиком Крэйвол. Первое время натыкались только на небольшие отряды, с которыми справлялись даже не останавливаясь. Знаменательный первый бой случился когда уже практически подошли к границе. Мы привычно разбили лагерь на стоянке и уже готовились к ночлегу, когда ко мне подбежал один из разведчиков.

— Княжна Анна!

— Внемлю?

— Крэйволы за лесной грядой и перевалом. Но не малый отряд, чуть меньше, чем нас.

— Значит, справимся легко. Я видела вас в бою. Каждый из гвардии может легко положить троих крэйволов. Скажи гвардии, что утром выступаем в атаку.

Воин коротко кивнул и вышел из барака. Только тогда смогла выдохнуть. Конечно, людям в строю нельзя показывать, как боюсь. Я задумалась. Страх был максимально иррационален, потому как по отдельности найти его не могла. Со времени последнего убитого мной крэйвола в деревеньке у порта регулярно рвалась в бой, чтобы нести правосудие и возмездие. Без промедлений и поведу своих людей в бой. Но от чего тогда комок в груди и тяжело дышать?

— Мы выступаем? — Бранд как обычно влетел ураганом.

— Да, утром, а сейчас выйди.

— Княже?

— Я сказала пошёл вон!

— Княже… — Бранд быстро преодолел расстояние, усаживаясь рядом на лавку.

— Ты меня вообще слышишь?! Я сказала оставить меня!

— Слышу. — Спокойно ответил барабанщик, оперившись локтями о стол. — И вы услышьте меня. Мы — воины. Умрём не сегодня, так завтра. А вы княжна. Ваше дело давать траекторию движения. Не нужно опекать каждого.

— Ты барабанщик, а не воин. — Скривилась я. То, что мне указали на моё место было не слишком приятно.

— Да, чем и горжусь. И вы гордитесь, когда поведёте нас. Мы выиграем войну, а какой ценой — дело десятое.

— Есть чем платить, но я не хочу победы любой ценой. Хорошо бы как ты. Просто идти рядом и всё. Я никому не хочу ставить ногу на грудь.

— Я бы тоже много чего хотел… — Задумчиво протянул Бранд. Легонько пробарабанил пальцами по столу и хотел было уйти, но вдруг задумался. Сделав ещё пару осознанных ударов ладонью по столу прокашлялся, прочищая горло.
–

И есть чем платить, но я не хочу

Победы любой ценой

Я никому не хочу ставить ногу на грудь

Я хотел бы остаться с тобой

Просто остаться с тобой

Но высокая в небе звезда

Зовёт меня в путь

(Кино — «Группа крови»)

— Музыкант. — Заулыбалась я.

— Вот так лучше.

— Пожелай мне удачи в бою. — Попросила, когда Бранд уже собрался уходить.

— Удачи, Анна. Мы будем рядом. Доброй ночи, княжна.

Визит барабанщика и правда успокоил. На утро была совершенно уверенна в своих действиях и положении. Теперь осознанно вела воинов первая. Лошадей решили оставить в лагере до окончания битвы. Преодолев лесную местность замерли ожидая. Позицию леса мы не покинули, оставаясь в выгодном положении. Нас не только было плохо видно меж стволов и листвы, но и находились вверху холма. Вдали послышался слаженный шелест лат Крэйволов. Тут в голову начали лезть воспоминания, когда в последний раз контактировала с ними. Чем громче был слаженный марш, тем больше подступал страх и желание развернуться. Наконец в залитом солнце перевале показались знакомые белые латы. Да они же все из железа! Как мы их пробьём?! Воины и лучники ждали сейчас только моей команды, но у меня язык словно отнялся, а челюсти свело. Я посмотрела на Бранда в поисках поддержки. Быстро поймав мой взгляд, барабанщик с силой ударил по инструменту, выбивая ритм. Этого хватило, потому как лучники слаженно пустили стрелы в дело. Тут я вспомнила, что крэйволы вполне себе уязвимы. Как минимум, они не любили шлемы, как максимум, были медленнее из-за веса железа. Обножив меч, первая побежала вниз, к изрядно потерявшему свой строй отряду крэйволов. Боковым зрением видела за собой верных воинов. Бранд по прежнему держал ритм, отличающийся от обычного марша. Это вчерашняя мелодия, узнала уже подбегая вплотную к врагу. Как нож в масло мы вошли в стой крэйволов. Рубила, ранила и убивала не задумываясь. Сейчас это не люди. Они без промедления так же легко могут убить и мирный народ. Главное не задумываться и не смотреть назад. Со временем делать это становилось всё сложнее. Шум битвы перекрывал всё вокруг. Послышались волынки, значит вся гвардия вошла в битву. Только звук инструментов напоминал, что свои люди рядом.

— Анна, ты как? — Обернувшись на знакомый голос, увидела Лира.

— Терпимо. — Процедила сквозь зубы, силясь улыбнуться. Как он вообще может одновременно биться и общаться?

— Танец, помнишь? Танцуй! — Шумно выдохнув постаралась абстрагироваться. Вдох — удар барабана — взмах меча — удар барабана — выдох — разворот. Повторить. — Да, вот так! Продолжай!

Так оказалось и правда легче. Тяжёлым железным людям было сложно даже с простыми воинами, что уже говорить о танцовщице, что сама сначала сокращает расстояние, а потом бьёт вблизи. Стал понятен выбор князя и оружейника относительно длины меча. Обычный мне бы мешался, а если короче, то приходилось бы вводить по самую рукоять. От воспоминаний о заботе родного края прибавились силы, уже который раз за битву. И это не мне нужно держаться за воинов в ожидании поддержки, а наоборот вести самой. Когда наконец смогла принять это состояние, то весь дальнейший бой слился в единую гамму ритма и движений. Стала даже улыбаться и замечать своих воинов, часто приходя на помощь. После такого у крэйволов не было шанса и оставшиеся единицы сдались, позорно сбежав.