Мэрианн

— Как долго мы здесь? Что делает остальная часть войска? Они пытаются прорваться? И откуда у вас столько посторонних вещей?

— Мы стоим уже три дня. Большая часть войска целы, но повторюсь, нас разделяет армия чёрного короля. Вещи украли в ближайшей деревне, не могли просто так бросить раненных и вас.

— Уточните пожалуйста, это просто армия Герфельда, или…

— Это войско ведёт король Роберт. — Серьёзно огласила Элейна то, что боялась услышать. Я хотела подпереть лицо рукой, но дёрнулась от боли, едва ладонь коснулась виска. Только тут заметила две пары глаз, полных сожаления и сострадания.

— Дайте мне меч.

— Но княжна! Вы слишком слабы чтобы убить его! — Быстро взмолилась Элейна.

— Я хочу на себя посмотреть в отражение! Все мои вещи кроме меча так понимаю остались с основным отрядом.

— Не надо меча, ещё поранитесь. — Элька достала маленькое круглое зеркальце. Там я увидела что-то среднее между тем, что вышло из подземелья белого дворца и того что вошло в первый раз в чёрный. Спутанные волосы, осунувшееся лицо и яркое лиловое пятно на виске, расходящееся желтизной на лоб.

— А гребня у тебя нет?

Ещё два дня я практически не выходила из импровизированной палатки. По ощущениям скоро начну покрываться мхом, но решительно не знала, что делать. Честно сказать даже не пыталась найти решение. Отчаяние и тоска стали моими спутницами. Не хотелось совершенно ничего. В какой-то момент даже общение с Элейной и Йоханом стало в тягость. Единственные, кто были со мной из приближенного отряда. Живы остальные или нет было не известно. Со временем сориентировалась о расположении лагеря. Для всех это были просто земли Крэйволов, тем временем как мне хватило описания опознавательных мест, чтобы понять примерное расположение. Сидя у костра и глядя на играющие языки пламени, негромко выбивала ладонями пульсацию ритма мелодии. Ужасно не хватало остальных ребят. Элейна и Йохан конечно прекрасные ребята, идеально дополняющие друг друга противоположностью. Изящная и грациозная девушка и сильный рассудительный воин. Но мне нужны были сейчас острый ум Бьёрга, размеренное спокойствие и флегматизм Домара, Знания и опыт Кетиль, поддержка понимающего Лира, а главное упорство и озорство Бранда. Вот последнего мне сейчас особенно не хватало. Желания жить и что-либо делать, идти напролом, заявлять о себе, злить врагов одним своим существованием. Поэтому сейчас выбивала ладонями негромкую пульсацию с незамысловатым ритмом.

— Не хватает звуков? — Рядом села Элейна, на чьё приближение я даже не обернулась. Она всё ещё хромала, но уже хоть не морщилась от боли, ровно как и я могла не быстро, но уверенно перемещаться самостоятельно.

— Я не заметила в отряде больше никого из дев, хотя они были в остальной гвардии. Скажи, я правда слышала пение, или это было моим бредом?

— Да, это я пела. Меня ведьма научила. Это зов. Так зовут уходящих, чтобы облегчить им боль.

— Облегчить боль? — Я криво усмехнулась. — Чтобы не больно было умирать?

— Нет, именно чтобы облегчить боль, успокоить разум.

— Тогда песня была не слишком радостная. Точно не располагающая к жизнелюбию. «Я не чувствую больше ничего, Я никак и ничто, больше ничего».

— Это проживание боли. Принятия реальности такой, какая она есть, а не какую мы хотим видеть. Только дойдя до полного дна можно узнать как глубок водоём. — Я задумалась. На долго так. Тишину нарушали только звуки ночного леса и треск догорающих поленьев.

— Скажи Йохану, что завтра выступаем.

— Куда? С одной стороны чёрная армия, а с другой…

— Белая. Да.

— Мы не устоим…

— Скажи, Элейна, ты веришь в магию?

— Внезапный вопрос, — воительница замялась, явно сбитая с толку, — конечно, даже считаю, что моя песня вернула вас нам, но к чему вопрос?

— Если магия правда существует, то ближайшие стены особняка отсюда стали чёрными за долго до вторжения на них армии Герфельда. Там маркизат. Территории маркизов. И их стены черны от копоти. Наши воины могли бы грабить не деревни в поисках провизии, но слишком боялись соваться туда. Так что сейчас либо нас окончательно разгромят и я приму тот факт, что должна умереть в землях Крэйвола и бежать нет смысла…

— …либо?

— Либо я поверю в судьбу, предназначение и в магию.

— Вы ставите на кон всё?

— А у меня есть выбор?

Шли мы очень долго, со множеством привалов, но и оставаться на месте было больше нельзя. Идти было странно. Тело двигалось словно отдельно от сознания, ведомое простым «надо идти», которое придумала я себе сама. Не смотря на то, что маркизат был рядом, но добрались мы только к вечеру. Радует, что не ночью, иначе бы я подумала, что повернула не в ту сторону и мы в Герфельде. Дома простых жителей были как и полагается в пару белокаменных этажей, разве что потемневших от времени, но за ними тщательно следили. Мы вошли на эти земли совершенно спокойно и беспрепятственно. Никакие стражники нас не остановили, жители так и вовсе наградили нас разве что неприязненным взглядами, но никаких действий не предприняли. Когда мы прошли по идеальным ровным улочкам, то вышли на открытую территорию. Раньше я бывала в маркизате только пару раз, но хорошо помнила просторный сад с небольшим лабиринтом, за которым тщательно следили. Как и узнаваемо сверкал на солнце высокий особняк со множеством башен. Таким были эти места в моих воспоминаниях. Сейчас же разросшимся и парку и лабиринту требовался уход. Но ярче всего выступал особняк, почти полностью окрашенный в чёрный. Из каждого окна вверх поднимались чёрные ужасающие следы сажи от бушующего когда-то пламени. По отряду пошёл ропот смятения.

— Есть смысл спрашивать, что здесь произошло? — Обратилась ко мне Элейна. Я только отрешённо покачала головой. Было крайне странно видеть эту зловещую картину, помня при этом сам процесс горения, как всё происходило изнутри. Крики и суматоху.

Сейчас же внутри выглядело ещё более жутко, чем снаружи. Что не сгорело, то уже давно растащили, оставив только то, что нельзя было унести. До многоярусных светильников в хрустале просто не смогли дотянуться, а разорванные белые занавеси, колышущиеся сейчас на ветру сквозь разбитые окна были просто никому не нужны.

— Хорошие лоскуты, могут подойти для перевязки…

— Лучше из штор, они плотнее…

Услышав рассуждения отряда, блуждающего сейчас по дому, поморщилась. Конечно, они не просто устали, а вымотаны. Особенно те, кто не ранен, ведь именно они и добывали всё это время провиант и защищались от нападок небольших патрульных отрядов. Хотела подняться на второй этаж, но уперевшись на перила почувствовала осадок на руке. Посмотрев на ладонь, увидела, что и она вся пропитана сажей. Поддавшись порыву медленно провела по лицу, оставляя чёрный отпечаток на щеке.

— Успокойтесь, вы же не вандалы. Лучше осмотрите комнаты. Думаю здесь можно восстановить силы.

— Здесь?! — Возмутился Йохан, разводя руками.

— Тебе больше нравится под открытым небом? Никого не держу, но обращаю внимание, что там снег. Поищите комнаты, пригодные для жилья. Если что сажу можно попробовать отмыть, а с жителями договориться о провизии. Не говоря уже о простой возможности помыться не в ледяной родниковой воде. У слуг были термы, так что там сможете привести в порядок себя и вы все.

Помню у крестьянских незамужних дев был шепоток, сродни «Суженый ряженый…», только «Сплю на новом месте, приходи жених к невесте». Засыпая в особняке маркизов я это говорить конечно не стала. Кто знает, вдруг действительно придёт. С армией.

Весть от него пришла позже. К тому времени отряд успел восстановиться и даже пообжиться в особняке, постепенно придавая ему жилой вид. Снаружи решила так и оставить чёрные пятна на белом камне, ужасающие своим видом всех приближающихся. В комнату вбежали, почти ввалившись, Йохан с Элейной. Вопросительно изогнув бровь и скрестив руки на груди, я ждала когда воины отдышатся и сообщат.