Merry dancers

Мокрые разводы на паркете постоянно привлекали его внимание, и он, не выдержав надругательства над этим местом, вызвал эльфа и приказал прибраться, а заодно и убрать грязь с ботинок Северуса, который даже не заметил, как они снова заблестели, очищенные эльфийской магией. Люциус внимательно следил за Снейпом, пытаясь угадать, о чем же тот сейчас думает. Внешних признаков тревоги видно не было, но это мелкое происшествие с заляпанным паркетом доказало ему еще раз, что его коллега — очень скрытный человек.

— Жаль, что мне не удалось занять пост преподавателя по Защите от Темных Искусств, — послышался ехидный голос, донесшийся из кожаного кресла возле горшка с разросшимся фикусом. — Северус, Амикус и Алекто еще не замучили детишек?

Снейп даже не взглянул на говорящую, он был «поглощен» созерцанием ночного пейзажа за окном.

— Если не считать, что половина детей не раз побывала в больничном крыле от их наказаний, то все живы, — монотонно ответил он, совершенно не интересуясь продолжением диалога.

— Беллатрисса, боюсь, что с твоим нравом половину Хогвартса ещё до Хеллоуина вынесли бы вперёд ногами, — неожиданно вступил в разговор Эйвери, зацепившись за тему.

Белла в ответ захихикала. К чаю, приготовленному эльфами для «гостей», так никто и не притронулся. Люциус вполуха слушал необремененную смыслом беседу коллег и поглядывал на часы.

— Тёмный Лорд прибудет через двадцать минут, не пора ли привести подопытную крысу? — неожиданно сменила тему Лестрендж так же, как и Люциус, считающая каждую секунду до встречи с Хозяином.

Никто не заметил, как вздрогнул Северус – он знал, кого именно доставят для пробы зелья.

— Вы уже решили, кого мы отравим сегодня? — усмехнувшись, спросил Долохов, припоминая прошлые неудачи, и облокотился на входную дверь. — Люциус, кто сейчас сидит в подземельях?

— Сейчас в подземельях только Олливандер и Лавгуд, — равнодушно ответил он. — Остальных еще не перевели из поместья Лестреджей, — Малфой взглянул на Беллатриссу в поисках подтверждения своих слов.

Северус почувствовал мощный всплеск адреналина. Осталось двадцать минут до свершения, всего лишь двадцать минут — и девушка перенесется в далекие сороковые…

— Надо привести старого болвана, — предложил Антонин.

— Да, Лавгуд еще понадобится для шантажа, хотя Ксенофилиус уже целиком и полностью под нашим контролем, — согласился Эйвери, который именно над этим заданием и работал.

Это было нормально, что никто даже не подумал вернуть дочь отцу. Внезапно дверь в крытую оранжерею распахнулась, а Долохов, нашедший в ней опору, сильно получил по затылку и едва не грохнулся вперед лицом, над чем все бы непременно посмеялись, если бы не человек, появившийся в проеме. Тёмный Лорд не церемонился с ручками, а взмахом волшебной палочки отворял все двери, и сила его магии сдула Долохова, как пушинку.

— Мой Лорд, — одновременно сказали Белла и Эйвери.

Беллатрисса вскочила с кресла, приветствуя Хозяина, и низко поклонилась ему. Никто не склонился для поцелуя мантии, с таким количеством человек в комнате это заняло бы некоторое время, а Тёмный Лорд не любил проволочек.

— Ведите Лавгуд! — резко приказал он, игнорируя присутствие всех собравшихся.

— Мой Лорд, — начал Эйвери. — Лавгуд еще может понадобиться, её отец…

— Эйвери! — рыкнул Тёмный Лорд в сторону мужчины, который вздрогнул от страха. — С каких пор ты оспариваешь мои приказы? Что из фразы: «ведите Лавгуд» тебе непонятно?

— Простите, мой Лорд, — дрогнувшим голосом отозвался тот, стараясь не глядеть в страшные красные глаза.

— Северус, объясни, почему нам не подходит старик? — не сводя глаз с Эйвери, приказал Лорд.

— Его сердце может не выдержать, а нам нужен тот, кто…

— Достаточно, — прервал Хозяин. — Ты всё понял?

— Д-да, мой Лорд, — заикаясь, ответил Эйвери и, поклонившись, исчез за дверью вместе с потирающим затылок Антонином.

Люциус про себя усмехнулся: его забавляло, как Пожиратели дрожат и лебезят перед Тёмным Лордом — сам он никогда не использовал такой стиль поведения, даже в тех случаях, когда Лорд был в ярости. Статус и воспитание не позволяли наследнику древнего рода Малфой опускаться ниже своего достоинства. Уж лучше Круциатус, чем такая низость. А Круциатусов после провала с Пророчеством было много, даже в тюрьме не было так паршиво, как в первые месяцы свободы. Люциус с интересом наблюдал за тем, как Снейп извлекает из кармана колбы с переливающейся холодными цветами жидкостью. Это что-то новенькое: в прошлый раз зелье было цвета грязной охры, а запах… Потом неделю пришлось проветривать помещение. Несчастного испытуемого перед смертью вырвало прямо на ковер в кабинете Люциуса.

— Мой Лорд, я уверен, что с тем ингредиентом, который вы мне дали, зелье сработает, — сухо отчитался Северус. — Я опробовал его на мышах, и они исчезли.

— Время, Северус, в какое время ты отправил мышей?

— Это еще предстоит выяснить, мой Лорд, но зелье работает, — ровно сказал Снейп. — Полагаю, что не обязательно пробовать на людях…

— Снейп, — оборвал Тёмный Лорд; его змеиные ноздри раздулись — в раздражительности ему не было равных, — если зелье действует на животных, это не значит, что оно приемлемо для людей. Тебе ли не знать это?

Люциус заметил, как дрогнули губы Северуса — непозволительное для него проявление эмоций.

— Да, мой Лорд, я полностью с вами согласен, но оно еще требует доработок, я уверен, что нужно время для изучения его свойств, прежде чем мы снова попытаемся отправить кого-то в прошлое.

Северус мысленно корил себя за несдержанность — вот он уже попытался вмешаться в ход истории. Он прекрасно понимал, что не стоит перечить Тёмному Лорду и не хотел вернуться в Хогвартс истерзанным его мощными Круциатусами, но он просто не мог промолчать.

*

— Да, тебе не повезло, — протянул Долохов, провожая пленницу по коридорам Малфой-мэнора.

Луна едва держалась на ногах, она совершенно потеряла чувство реальности и пространства в сыром подземелье и шаталась из стороны в сторону, щурясь от яркого света канделябров. Глаза отказывались привыкать, а тело не слушалось. Долохов что-то бубнил ей вслед, а второй Пожиратель шел молча.

— Жаль, ты мне нравилась, Лавгуд, — сказал он с усмешкой. — Но ничего, может, тебе повезет, и ты выживешь.

Нравилась? Луна даже представить не могла, на кого сейчас похожа. Спутанные сальные волосы и грязная одежда. Всего раз в неделю в подземелье, где их содержали, приходили домовые эльфы и очищали их заклинаниями, но этого, конечно же, было недостаточно для поддержания личной гигиены. Она даже привыкла к пытке грязью, не пойми откуда бравшейся в камере, но ощущение неотмытости создавало определенный дискомфорт. Одна сережка в виде редиски потерялась еще во время нападения на Хогвартс-Экспресс, а ожерелье из пробок разорвалось и осталось «на память» мистеру Олливандеру.